Любимец публики - Дениза Алистер

Воспользовавшись отсутствием Дика, Мелли выбралась из ванны и закуталась в махровый халат. Какое счастье, что она вовремя отказалась от мысли принять ванну нагишом! Какой уязвимой и беспомощной она себя ощущала даже в черном цельнокроенном купальнике! На пороге возник Дик с двумя стаканами, и Мелли непроизвольно затянула пояс потуже.

— Тоже мне защита, — усмехнулся актер, водружая стаканы на журнальный столик. Он протянул руку и резко дернул за пояс. Халат распахнулся, и Мелли задохнулась от возмущения. — Видно, что в скаутах вы никогда не числились, — отчитал он, умело завязывая пояс надежным узелком. Осторожно потянул концы на себя, и Мелли пришлось невольно сделать шаг вперед. — А где «спасибо»?

Она почувствовала, что последние остатки самообладания оставляют ее, и ситуация неотвратимо выходит из-под контроля.

— Вы замечательно… справляетесь с узлами… — Если Дик ее отпустит, она, чего доброго, рухнет к его ногам. Что за дура — жалкое, бесхарактерное ничтожество!

— Я же яхтсмен! Умение вязать узлы на борту всегда пригодится. А вам известно, что вы разговариваете сама с собой? — Нежданный вопрос еще больше смутил бедняжку.

— Что?

— Именно за этим я вас и застал.

Страх придал ей сил. Воинственно выставив вперед подбородок, Мелли отстранилась от собеседника как можно дальше: непростое дело, поскольку Дик по-прежнему держал ее за поясок.

— Вздор!

— Ничего компрометирующего я не услышал: одни невнятные восклицания и сплошные вздохи. Как насчет «Глупо, глупо, глупо!»? — Щеки Мелли вспыхнули предательским румянцем, и Дик лукаво усмехнулся. — А после «Черт его дери, чтоб ему в ад провалиться!» вы ушли под воду так надолго, что я уж собрался прыгнуть в ванну и выловить утопленницу!

— Да как вы смеете за мной шпионить? Бессовестный наглец!

— Скажите, Мелани, прав ли я, принимая ваши проклятия на собственный счет?

Бедняжку бросало то в жар, то в холод, но она решительно покачала головой.

— Ну, если вас это утешит, я ощущаю себя именно там, где вы отвели мне место. Если откровенно…

— Избавьте меня от откровенности, — оборвала его Мелли.

Этот человек не знает меры в обсуждении щекотливых тем. Говорить о физическом влечении напрямую Мелли опасалась. Сердце сжималось от тоски, но, по крайней мере, она не поступилась самоуважением и гордостью. А ведь это главное; некогда Мелли утратила и то, и другое и поклялась впредь избегать подобных ловушек.

— А как прикажете себя вести? — резко бросил Дик. Голос его звучал глухо, пальцы сжались в кулаки. — Уж и не знаю, чем вы меня приворожили… — Нахмурясь, он пристально вглядывался в девичье личико, любуясь нежным оттенком кожи, совершенством черт.

— Памятуя, что я не в вашем вкусе…

— Сколько ерунды я вам наговорил! — фыркнул он. — Влечение анализу не поддается, однако, какие бы уж там механизмы ни вступили в действие, нас друг к другу влечет, — напрямую объявил Дик.

— У вас воображение разыгралось…

Проще было бы отделаться язвительной шуткой, да только на этот раз об актерской игре речь не шла: в бескомпромиссной прямоте Дика не ощущалось ничего нарочитого. Похоже, ему приходилось не менее тяжко, чем ей.

— Мне адски непросто держаться от вас на расстоянии вытянутой руки. Я изрядно сглупил. Все мои благие намерения ни к чему хорошему не привели.

— Я запамятовала, что вы имеете в виду. Похвальный обет воздержания, препятствующий нам броситься в объятия друг другу?

— Не самая реалистичная из моих идей.

Мелли открыла рот. Что за непомерное самомнение!

— А вот меня такой план вполне устраивает! В ярких синих глазах поблескивали смешливые искорки.

— Вы намекаете, что я вам не нравлюсь?

— Голову мне вскружила ваша скромность, не иначе. — Демонический взгляд подчинял себе, и Мелли чувствовала: все ее попытки сопротивляться обречены.

— Перестаньте бога ради, Мелани. Я с вами откровенен до конца. Я вижу разницу между подлинным чувством и той нелепой одержимостью, что охватывает некоторых женщин при виде кинозвезд и прочих знаменитостей. Знаю, до моей славы вам дела нет, и это мне нравится.

— Да ну?

Лучше солгать, решила Мелли, нежели сознаться, что и она, посмотрев очередной фильм с участием Дика Грейсона, подобно большинству зрительниц предается блаженным грезам, воображая себя на месте героини.

— Ну да! — Дик резко выпустил ее и с досадой взъерошил волосы. — Я вовсе не пытаюсь зазвать вас в свою постель.

Мелли едва устояла на ногах. Почему же на душе вдруг стало горько и пусто? Ей-то казалось, что именно это Дик и предлагает. Услужливое воображение уже нарисовало несколько вариантов, при помощи которых коварный соблазнитель вполне мог добиться своего.

— Ах, нет? А почему, собственно, нет? Чем это я вам не показалась? — Она в ужасе закрыла рот ладошкой. Боже, что я такое несу!

Глаза Дика заискрились смехом, и напряжение отчасти схлынуло.

— У вас полно недостатков, но я готов закрыть на них глаза, — успокоил он. — Я просто подумал, что нам стоит получше узнать друг друга.

— Отлично, — с трудом ворочая языком, отозвалась Мелли. Боже, она готова очертя голову ринуться в пропасть, а этот человек, видите ли, предпочитает беседовать о спорте, хобби и политике! Что за унижение: она сама бросается ему на шею, — только протяни руку! — а ему и дела нет!

— Вас влечет ко мне. — Дик внимательно наблюдал за ней. — И вы хотите переложить решение на мои плечи.

— Ничего подобного… — пролепетала она срывающимся голосом, проклиная здравый смысл: ну почему она не в силах позабыть о страхах и безоговорочно уступить чувственной страсти? Замечание Дика заключало в себе неприятную долю истины.

— Что вы сказали? — медленно переспросил Дик, и отказ замер у нее на устах. — Поутру вы сможете оправдаться тем, что поддались минутному заблуждению. Что я воспользовался вашей слабостью. В конце концов, я киношный супермен. Так чего еще от меня ждать?

— А вам-то какое дело, что я почувствую поутру? — парировала Мелли. — Вы просто боитесь, что я уволюсь и картина останется без консультанта!

— Да будьте же реалисткой, Мелани! На свете полным-полно медиков, которые жадно ухватятся за возможность занять ваше место, — презрительно бросил Дик. — А может, мне наплевать на ваши чувства! Может, я бездушный эгоист и пекусь только о себе! Может, я хочу большего… Может, я считаю, что любые отношения нужно возводить на надежном основании. Если, конечно, хочешь упомянутые отношения сохранить.

— А вы хотите сохранить их?

На лице Мелли отразилось смятение, голое беспомощно дрогнул. Дик заметно напрягся.