Черный трафик - Кирилл Казанцев

– В смысле? Какая борьба за власть?

– А, не за эту, – догадался Суюнов. – За другую власть, власть над браконьерами. Ты думаешь, что новый глава района пришел и не думает об этом? Еще как думает! Тоже деньги, большие деньги. А на кого ему опереться? Не на кого, новый он человек здесь. И начальник полиции новый человек. А за кого он? Может, за Евсюкова, а может, и сам за себя.

– Кто новый, Сачков?

– Нет, начальник районного УВД, Буренин.

– Скажите, Артур Робертович, а вы на чьей стороне? Вы за кого?

– Я-я? – искренне удивился Суюнов и нравоучительно покачал указательным пальцем в воздухе: – Я сам за себя. Я за свой завод, за свой бизнес, за свою семью.

Антон сделал вид, что сразу поверил и одобрил позицию винодела. Жаль, что тот Антона за дурака держит. Нельзя иметь положение в городе, иметь заметный бизнес и никого не держаться, ни к кому не примкнуть. Невозможно, потому что в политике, пусть и районного масштаба, действует только один девиз и закон: «Кто не с нами, тот против нас!»

Расстались они очень довольные друг другом и с условием, что Антон придет послезавтра в одиннадцать утра на дегустацию. Как раз будут люди из областной администрации с гостями из других областей. Самое время и вина попить, и с нужными людьми познакомиться.

Антон вышел с завода, постоял немного в раздумье и двинулся к центру не по улице, а берегом Исыньмы. Мало ли, может, какое знакомство завяжется, разговор интересный состоится. В целом он собой был пока доволен. Всего ничего в городе, а уже два интересных знакомства. И, главное, ненавязчиво так получилось, естественно. Для бравурного доклада Быкову этого, конечно, мало. Он же ни на шаг пока не приблизился к браконьерам и тем, кто над ними стоит. Канала поставок черной икры отсюда в Екатеринбург пока и не видно.

В данной ситуации Антон мог бы поспорить с Быковым. Имеющаяся ситуация совсем не означала отсутствие успеха. Он, сам того не зная, мог уже оказаться на нужной тропинке, на расстоянии вытянутой руки от своей цели. Может, Мамаев за всем этим стоит, может, Суюнов в «деле» и сейчас как раз к Антону присматривается. Ну, не слесарь же дядя Вася всем этим тут руководит! Руководит тот, кто умеет руководить, у кого талант организовывать, подбирать людей, выкручиваться в безвыходных ситуациях. Это лидер по натуре, человек, который никогда и ни при каких обстоятельствах не станет довольствоваться малым, если можно заполучить больше. Нет, искать надо не дядю Васю, а дельца.

А информация тут распространяется плохо, подумал Антон, идя вдоль воды и присматриваясь к лодкам, не сети ли кто выбирает? А почему он решил, что плохо? Потому что к нему не кинулись искать долгосрочных договоров, раз он такой великий приехал из Самары за поставками продуктов питания? А с чего он взял, что в таких ситуациях обычно сразу кидаются? Вот если бы приехал из-за границы инвестор, если бы областное правительство озвучило какую-то программу, какие-то переговоры, тогда – да.

Парень сидел на днище перевернутой лодки, подстелив под себя кусок газеты. Это было очень неестественно, и Антон сразу обратил на него внимание. Дно лодки не смоленое, а только очищенное, а он боится джинсы испачкать. Не рыбак! И сидит осторожно, боязливо. Зачем садиться, если боишься штаны испачкать? Чтобы рыбаком казаться?

Антон мгновенно оценил ситуацию. Оружия при себе у него не было и не должно быть по «легенде». А нападение на него вполне укладывалось в «легенду». Кому и зачем надо нападать в этой глуши на заезжего коммерсанта? Выкуп, угроза как конкуренту? Глуповато как-то, но в принципе возможно. И машина где-то рядом. Вездесущий запах рыбы был чуть-чуть разбавлен запахом автомобильного мотора, разогретого масла. От иномарок так не пахнет, это местный отечественный «драндулет».

Не меняя скорости шага, он поравнялся с лодкой, и парень, щурясь на солнце, вдруг окликнул его:

– Здорово, землячок!

– Здрасте, – буркнул Антон с видом человека, который понимает, что в деревнях принято здороваться со всеми встречными.

– Ты не спеши, не спеши, зема! – требовательно повысил голос парень.

Неожиданно впереди появился еще один, в светлых летних брюках и светлых ботинках в дырочку. Тоже городской, на рыбалку в таком виде не приезжают. Значит, надо останавливаться. Они предусмотрели, что я могу их проигнорировать, или думали, что стану прорываться? Почему? Какие у них основания так думать? Запах машины, скорее всего, от «уазика», а он – исконно в нашей стране милицейско-полицейская машина. И парни городские, чувствуется, себя уважают. При исполнении?

– Да! – Антон остановился и повернулся к парню, сидевшему на лодке: – Что случилось?

– Пока ничего, – ответил тот, поднимаясь и машинально отряхивая джинсы.

Был он на голову ниже Антона, у́же в плечах, но жилистый. Такие обычно обладают силой не меньшей, чем накачанный, с рельефной мускулатурой. И на костяшках набиты мозоли. Вот почему он так себя уверенно ведет – каратист. Ну-ну!

– Поговорить надо. – Парень остановился четко на расстоянии вытянутой руки – расстоянии атаки.

– Говори, в чем дело.

Антон повернул голову, увидел, что сзади подходит третий, молоденький, с пухлыми розовыми щеками, и окончательно понял: опера, местный уголовный розыск. А это третий у них, самый молоденький и неопытный.

– Ты, говоришь, самарский? – Вопрос был явно риторический, но Антон поспешил ответить:

– Кому говорю?

– Всем. Ходишь-бродишь, вынюхиваешь. Что за дела в Белуше?

– А вы кто такие и какое вам до этого дело? Ваши претензии выглядят несколько нелепо, особенно если учесть место их предъявления. Я могу, между прочим, послать вас в любом доступном моему воспитанию направлении и буду прав. Не находите?

Антон специально старался вести себя крайне корректно, разыгрывал интеллигента. Обычно это противника расслабляет, заставляет быстрее проявить себя, свою сущность. Старший недобро посмотрел на него и вытянул из заднего кармана красную книжечку служебного удостоверения:

– Старший лейтенант Ольховец, уголовный розыск.

– И что? – широко и беззаботно улыбнулся Антон. – А я тут при чем? Уголовников и ловите, а меня-то вы что остановили, основания у вас какие для этого? Извините, но я спешу.

Он сделал движение вправо, как будто в самом деле хотел уйти. Разумеется, уходить он не собирался, надо было лишь выяснить пределы терпения и намерения этой троицы. Это скажет еще о многом. И о том, какие тут порядки установлены и насколько полиция зарвалась. То, что его ждали на берегу, может говорить и о том, что она крышует браконьеров. Попросить старшего лейтенанта раскрыть удостоверение, а то он сунул его в нос нераскрытым. Что там написано? Водная милиция, территориалы, ГУВД по области? Смысл? Сейчас он все равно это узнает.

– Спокойно, – остановил Антона рукой второй опер, который зашел спереди. – С нами проедешь.

– Не имеете права, – капризно возразил Антон, – без объявления оснований.

– Имеем, – злорадно усмехнулся старший. – Для установления личности и проверки причастности к преступлениям. Есть у нас такое право.

Повинуясь толчкам в спину, Антон пошел к крайнему дому, где возле забора наконец увидел долгожданный «уазик» с надписью «Полиция». Какая-то бабка тревожно глазела поверх забора. Сегодня в ее среде поползут слухи, что бандита поймали или маньяка какого-нибудь.

Около машины Антона остановили, заставили расставить ноги и поднять руки, а после беглого ощупывания затолкали через заднюю дверь в «собачник». Все правильно, при людях обыскивать не стали, иначе слухи в самом деле поползут.

Ехали недолго. Антон смотрел через зарешеченное окошко в задней дверке и пытался сориентироваться. Если в водную полицию, то поедут прямо, вдоль реки, если в районное управление, то свернут налево и объедут центральную площадь слева. Хуже всего, если повезут в какое-то третье место. Тогда он точно попал в лапы каких-то сил. Причем эти силы его или раскусили, или в Екатеринбурге в ведомстве Быкова произошла утечка. Жаль, Алексей Алексеевич расстроится!

Свернули налево. Пронеслась за окном центральная площадь, машина проехала еще квартал и снова свернула, уже направо. Вот и погнутый столб, который Антон помнил стоящим перед входом в местное РУВД. «Уазик» не остановился, а заехал куда-то во двор. Все.

Дверь открылась, и в глаза Антону ударил яркий солнечный свет. Как и следовало ожидать, оно сейчас клонилось к западу. Судя по этому признаку и замеченным по пути ориентирам, Антона все-таки привезли в РУВД. Уже хорошо, потому что причин его тут держать у местных оперативников совсем мало. К воде и браконьерству они отношения не имеют, значит, просто заинтересовались приезжим, который, возможно, по приметам на кого-то похож. Разберутся, лишь бы времени не очень много потерять.

– Уснул! – рявкнул хорошо поставленный голос. – Вылезай на свет божий, голубь.

Антон улыбнулся, представив, как это голубь может вылазить на свет божий.