Понедельник – день тяжелый - Наталья Валенидовна Колесова

говорила… Артем отмахнулся: мол, накрайняк покажет мои студенческие работы, кому говорят, живо!

Генерального, сухопарого невысокого светловолосого мужчину за пятьдесят, я поймала уже на выходе. Тот окинул невнимательным взглядом меня и мои документы и кивнул на маячившего за его плечом Черкасова:

— Наш ведущий архитектор вас порекомендовал, так что, Евгения, добро пожаловать, оформляйтесь!

Вот так нежданно я оказалась на новом месте работы…

Я уставилась на Черкасова с внезапным любопытством.

— Кстати, а откуда у тебя взялись мои студенческие работы?

Это моё «кстати» Артему совершенно не показалось кстати. Нахмурился:

— Меняешь тему разговора?

— Не, ну реально, только сейчас вспомнила!

Повернувшись к столу, Черкасов педантично, по миллиметру, выровнял уже залапанный нами монитор.

— С института еще завалялись, всё никак руки не доходили папки почистить.

— Зачем ты их вообще хранил? — не отставала я.

— А ты не помнишь, как Баталов тогда на каждом семинаре вещал: «Смотрите на работы Самохиной, смотрите и учитесь!»

Я заулыбалась, польщенная:

— Что, ты и правда у меня учился?

— Ну да, — буркнул Черкасов. — Было чему!

Не то что сейчас, закончила я мысленно. Артем наверняка тоже об этом подумал, потому что прочистил горло и закончил непривычно для него дипломатично:

— Тогда я у тебя учился, теперь ты у меня. Нормальный бартер!

— Буквально натуробмен, — машинально подытожила я. В черкасовском взгляде мелькнула смешинка.

— Ну, на «натуре» я совершенно не настаиваю, но если что — обращайся!

Я шлепнула его по твердому плечу.

— Между прочим, это настоящее сексуальное домогательство на рабочем месте!

— Между прочим, ты сама предложила! Значит, это натуральная провокация!

— Да вам, мужикам, что не скажи, что не сделай, не надень — всё будет провокация!

— Да-а, Самохина, видать, тебя в нашем бюро регулярно домогаются! Шепни на ушко — кто? Неужели Алексеич у себя в загородке зажимает? Максик заманчивые предложения шлет в мессенджере? Или — тьфу-тьфу-тьфу, такая красота для мужиков пропадёт! — наша Кристина молчком ориентацию сменила?

— Ха-ха-ха! С чего это вдруг Лазаревой ориентацию менять, когда рядышком ходит такой вот, — я махнула рукой сверху вниз, показывая на Артема — от ухмылявшегося лица до упиравшихся в мое кресло колен, — молодой, холостой, незарегистрированный!

— Ну да, я такой, — кивнул Черкасов. — Добавь еще: талантливый, перспективный, нереально сексуальный!

— Да уж, кто-то от скромности точно не умрет! Долго свою речёвку сочинял?

— Самохина, ты безнадежно отстала, это не речёвка, а целый рекламный слоган! Но так и быть, добавлю в него твои свежие идеи…

— Ага, — возрадовалась я, — вот и я тебе, наконец, пригодилась!

— И еще больше сгодишься, когда нормально обучишься визуализаторству. — Артем внезапно вспомнил, за каким занятием меня сегодня застукал. — Так что давай по-быстрому спрашивай, что тебе непонятно, пока я добренький!

Я вздохнула. Отказываться дальше было уже как-то по-детски. Да и Черкасова — по причине всего вспомнившегося — обижать реально не хотелось. Я вновь развернула к нему многострадальный монитор.

— С чего мне вообще начинать? С онлайн-курсов? Или роликов на ютюбе хватит? Какие программы устанавливать?

— Для начала берешь самый элементарный графический редактор…

Ну это без проблем, все ж таки архитектурный заканчивала! С Черкасовым на пару. Правда, он дальше, в магистратуру пошел, а я на бакалавре почила…

Целых полчаса я усиленно вникала, кивала и делала, как мне говорил-показывал Артем.

А потом начала отвлекаться.

Во-первых, уже поздний вечер, практически ночь, какая тут учеба!

Во-вторых, Черкасов сам неожиданно оказался мощным отвлекающим фактором. Сидеть с ним вдвоем рядом в полумраке офиса, то и дело сталкиваться руками, соприкасаться ногами, иногда чуть ли не щекой… Как-то поневоле станешь рассеянной.

Наконец и наш ведущий, по совместительству обучающий, заметил неладное. Прервался на полуслове, откинулся на спинку кресла и уставился на меня: я сжалась, ожидая, что мне сейчас выдадут.

— Слушай, Самохина, я думал, это фигня, которой любой дурак может пользоваться. Ты меня переубедила — не любой!

Черкасов в своем репертуаре! Незаметно выдохнув, я обвинила:

— Вот видишь, интернет реально терпеливее! И вообще, глянь на время, конечно, у меня мозги уже не работают! — Я ткнула пальцем на часы на стене и сама ахнула: — Уже полночь?!

Артем со вкусом потянулся, хрустнув суставами.

— Может, здесь и переночуем, а? Все равно утром на работу. Чего туда-сюда мотаться?

В его шутливом предложении мне почудился некий намек. Вот и кто из нас двоих кого домогается? Хотя бы мысленно, теоретически… Я покачала головой, зловеще предупредив:

— Не советую! Ты в курсе, что ночью по офисному зданию рыщет призрак?

— Призрак? Ого! Какой-нибудь уборщицы со шваброй наперевес?

— Хуже.

— Да куда уж хуже! Тут живая-то уборщица кого угодно запугает, а уж мертвая…

— Призрак заработавшегося бухгалтера! Умер, бедняга, прямо на рабочем месте, но до сих пор ищет несошедшиеся копейки. Вот не бери с него пример, не упластывайся на работе! — Протянув к шее Артема скрюченные пальцы, я провыла: — Отда-ай мои платежные ве-едомости!

— Страсти какие, — Черкасов отмахнулся, я опустила руки и назидательно резюмировала:

— Я к тому, что нужно соблюдать режим труда и отдыха! А мы с тобой сегодня явно перерабатываем.

— Но как же я мог встать на пути твоей любви к знаниям! — Артем с показным кряхтеньем (ой-ой, притомился, бедняжка!) начал вставать с кресла, но замер и вытаращился на что-то за моей спиной. — Это еще что такое?!

Я фыркнула, собирая свои пожитки:

— Что, полуночный бухгалтер все-таки до нас добрался?

— Ну правда, Самохина, ты только глянь… — таким свистящим шепотом произнесАртем, что я невольно послушалась. Обернулась — и тоже замерла.

По потолку темного коридора, освещенного сейчас только аварийной подсветкой, метался непонятный, то увеличившийся, то уменьшавшийся блик. Мы с Артемом одновременно оглянулись на завешенное жалюзи окно: нет, отблеск фар сюда не попадает, тем более и этаж тринадцатый…

— Прямо офисное НЛО какое-то, — неуверенно пробормотала я. — Пойдем посмотрим, что там такое?

Вместо ответа Черкасов неожиданно с силой надавил мне на шею, укладывая под прикрытие монитора и загородки. Сам привалился рядом, прижавшись щекой к столу и наблюдая за ползущим по потолку кругу света: тот становился то ярче, то тусклее, метался туда-сюда…

— Что это все-таки такое? — выдохнула я. — А?

Не отрывая глаз от неведомого явления, Артем ответил шепотом:

— Это охранник с обходом и фонарем…

— Тьфу, блин! — Все-таки разыграл! Я рассерженно попыталась выпрямиться — Черкасов удержал. — Тогда чего мы от него прячемся?

Повел плечом: глаза неприкрыто смеются.

— Ну как-то уже неудобно выныривать: подумает еще, что мы здесь с тобой… невесть чем занимаемся!

А. Ну да. Фу-у…

— Ну ты и гад, Черкасов! Реально же меня напугал!

— Сама первая начала стращать своим призрачным бухгалтером,