Орден Тьмы / The Dragon in the Sword - Майкл Муркок

— И это — единственная причина? — рассмеялся фон Бек.

— Во всяком случае — главная, — ответила девушка. — Ведь он простой, примитивный человек, не так ли?

— Чем проще человек, тем он опаснее, — сказал я. — Нам хотелось бы помочь вам, Белланда, освободиться от его тирании.

— Мы можем рассчитывать исключительно на несчастный случай, — ответила она. Девушка говорила открыто. Стало ясно, что они не желали делать убийство непременною вехой в истории своего корабля.

Я был рад, что Белланда просветила меня на этот счет, и решил обратиться к ней за помощью.

— Со слов Аримиада я понял, что считаюсь здесь чем-то вроде народного героя. Он упоминал о приключениях, не совсем знакомых мне. Вы знаете, в чем их смысл?

Девушка снова засмеялась:

— Вы либо слишком скромны, Принц Фламадин, либо весьма умело разыгрываете скромность. Конечно, вы не можете не знать, что в Маашенхайме, так же, как и в других землях Колеса, о ваших подвигах рассказывают в каждом доме и на всех ярмарках. По всему Маашенхайму продаются книги о том, как вы победили того или иного огра или спасли от смерти ту или иную девушку. Вы же не станете утверждать, что никогда не видели этих книг!

— Вот такую, например, — сказал другой молодой человек и протянул книгу в яркой обложке, которая напомнила мне наши старые викторианские книжки-ужастики по одному пенсу за штуку или десятицентовые романчики. — Видите? Я хотел бы получить ваш автограф, если не возражаете.

— Вы говорили мне, что были избранником-героем во многих своих инкарнациях, герр Дейкер, но до этого момента у меня не было тому доказательств! — тихо сказал фон Бек.

К моему великому удивлению, фон Бек взял книгу из рук юноши, осмотрел ее и передал мне. На обложке был изображен человек, несколько напоминающий меня. Он скакал верхом на существе, похожем на ящерицу, в руке его сверкал меч, который должен был обрушиться на врага — некую помесь водяной собаки и большого бабуина. Рядом с человеком в седле сидела испуганная девушка. На обложке красовалось броское название:

— Принц Фламадин, воитель шести миров: В книге описывались великие подвиги Принца Фламадина, конечно, в основном, вымышленные, превозносились его красота и благородное сердце. Должен признаться я был смущен, чувствовал себя обескураженным, но при этом сам не заметил, как взял книгу в руки и поставил свою подпись — Фламадин — с пышным росчерком. Это поступок я совершил автоматически, мои действия были естественны, как и то, что я говорил и читал на местном языке. Да, я был героем этого мира, но героем, подвиги которого были полностью вымышленны, как, скажем, подвиги Джесса Джеймса, Буффало Билла или, в меньшей степени, некоторых популярных звезд спорта и шоу-бизнеса в двадцатом веке! Фон Бек добавил:

— Вот не думал, что судьба сведет меня с человеком, таким же знаменитым, как Старый Шаттерхенд[1] или Шерлок Холмс!

— Неужели все написанное правда? — спросил молодой человек. — Трудно поверить, что вы совершили так много, а выглядите при этом совсем молодым!

— Вам решать, что правда, что — нет, — ответил я. — Могу сказать, во всякой выдумке есть частица правды, как и в этой книжке.

— А я готова верить каждому слову, — сказала Белланда, широко улыбнувшись. — Ходят досужие сплетни, что ваша сестра — главная движущая сила, а вам остается лишь разрешить талантливым писателям использовать ваше имя. Но теперь, когда я встретила вас. Принц Фламадин, я верю, что вы настоящий герой, до последнего дюйма.

— Вы очень добры, — поклонился я. — Но моя сестра заслуживает большого доверия.

— Принцесса Шарадим? Я слышала, что она не захотела, чтобы ее имя упоминалось в этих романах.

«Шарадим»! Опять это имя! А ведь только вчера о ней говорили как о моей невесте.

— Я случайно не обидела вас? — растерянно спросила Белланда. — Я бываю слишком непосредственна в разговоре, Принц Фламадин…

— Нет-нет. А что, Шарадим — распространенное имя в этой стране?.. — задал я глупый вопрос, который смутил Белланду.

— Не понимаю вас…

Тут меня снова выручил фон Бек.

— Я слышал, что Принцесса Шарадим — невеста Принца Фламадина.

— Так оно и есть, — сказала Белланда. — И его сестра. Ведь такова традиция, разве нет? — Она смутилась еще больше. — Если я повторила глупую сплетню или поверила во всякие выдумки, прошу прощения…

— Вам не за что извиняться, — заверил я девушку. Потом подошел к краю башни. Подул ветер, он развеял дым, и мне стало легче дышать, в голове все встало на свои места. — Я устал, иногда я забываю самые обычные вещи…

— Пойдемте, — сказал фон Бек, — я помогу вам добраться до нашей комнаты. Пора отдохнуть.

Я позволил ему увести себя от совершенно опешивших молодых людей.

Когда мы вернулись к себе, то увидели посыльного, ожидавшего нас у дверей.

— Уважаемые господа, — сказал он, — Барон Капитан передает вам привет. Он сейчас завтракает.

— Означает ли это, что мы должны немедленно присоединиться к нему? спросил фон Бек.

— Если не возражаете.

Мы вошли к себе, и я сразу направился в спальню и тяжело опустился в кресло.

— Прошу прощения, фон Бек. Эти открытия не должны так сильно тревожить меня. Если бы не мои сны — женщины, призывы Шарадим…

— Кажется, я понимаю, — сказал он, — но вы должны взять себя в руки. Мы ведь не хотим, чтобы события обернулись против нас. Убежден, что интеллигенция гадает, тот ли вы герой, который так красочно расписан в книгах. Полагаю, ходит слух, что Принц Фламадин — просто кукла. Вам так не кажется?

Я кивнул.

— Может быть, поэтому они и призывают Шарадим.

— Что-то я не понимаю вас.

— Существует предположение, что вся власть в ее руках, что наличие ее брата — ее помолвленного жениха — полнейшая фальсификация, ложь. Возможно, ей выгодно поддерживать эту лживую легенду о популярном герое. Такие отношения довольно обыденное явление в нашем мире. Я не говорю, что дело обстоит именно так, я просто допускаю такую гипотезу. Разве это означает, что вы и Фламадин из Вала-дека обязательно одна и та же личность?

— Телесная оболочка может изменяться, фон Бек. Дух и характер неизменяемы. Я не в первый раз переселился в тело прославленного героя.

— То, что интересует лично меня, так это — как я-то оказался в данном мире. Думаете, это скоро выяснится?

— Ни в чем не могу быть уверенным, мой друг. — Я встал и выпрямил плечи. Давайте приготовимся к противному завтраку, который нам предстоит отведать.

Когда мы вышли из комнаты и направились в обеденный зал Барона Капитана, фон Бек заявил: