Одноклассник - Владимир Анин

из окна руку и показала мужику средний палец.

— Где они? — спросила она Веру.

— Кто?

— «Кто, кто»… Этот твой, с этими…

— Я… не знаю.

— Как не знаешь? Ты куда смотрела?

— На тебя, — растерянно пробормотала Вера, всё это время напряжённо следившая за автомобильной дуэлью подруги с неизвестным водителем.

— Да ёлки! Зачем ты на меня-то смотрела? Никогда не видела, что ли? Ты должна была за «мерином» следить!

— За кем?

— За «мерседесом» — куда он едет, куда сворачивает, — всё больше распалялась Марина, раздосадованная тем, что все труды насмарку. — Как мы его теперь найдём?

— Мне кажется, он вон там свернул, — робко сказала Вера, показывая рукой направо.

— Тебе кажется? А если его там нет?

— Я не знаю…

— Ладно, давай проверим, — проворчала Марина и свернула направо.

— Вон они! — подпрыгнув на сиденье, вскрикнула Вера.

— Похоже… — Марина прибавила газу, чтобы догнать «мерседес». — Ты номер их запомнила?

— Нет, а зачем?

— Ну как зачем! А если это не та машина?

— Но ведь… она же чёрная.

— И что? Мало ли в городе чёрных мерсов! Да на каждом шагу! Вот клуша!

— А ты почему тогда не запомнила?

— Я? Ну ты даёшь, подруга! Я же за рулём была. Как я могла и то и другое… Я тебе этот, что ли… Юлий Цезарь?

— Мне кажется, это они, — сказала Вера.

— «Кажется»… А зачем они туда прутся? Там же промышленный район.

— Наверное, по работе.

— По какой работе? Сама же говорила — выходной.

— Ну, по каким-нибудь делам.

— По каким делам?

— На станцию, например.

— А что они на станции забыли? Нормальные люди на вокзал едут. Ну, хотя… Нет, блин, свернули. Станция — туда, а они туда едут, — затараторила Марина, размахивая руками. — Это точно не они.

— У нас всё равно выбора нет, — заметила Вера. — Последим до конца, пока не остановятся. Если не они, уедем. А?

— Ладно, — со вздохом согласилась Марина. — Погляди, что за улица, я что-то запуталась тут. А то потом дорогу домой не найдём.

— Чкалова, — прочитала Вера.

— Даже не знаю такую! Всю жизнь тут живу и не знаю.

— Смотри, они останавливаются! — схватив подругу за локоть, вскрикнула Вера.

— Вижу! Не щипайся!

Марина притормозила метров за пятьдесят от «мерседеса». Справа вдоль улицы тянулся сплошной забор белого цвета. Краска во многих местах облупилась, и из-под неё выглядывали уже начавшие крошиться от старости бурые кирпичи. За забором из-за буйно разросшейся одичавшей растительности сиротливо глядели на мир пустыми глазницами окон брошенные много лет назад строения.

Из «мерседеса» выбрался Егор и подошёл к ржавым, покосившимся воротам.

— Я же говорила, что это они, — прошептала Вера.

— Вижу, — тоже шёпотом отозвалась Марина.

— Что он, интересно, там делает?

— Говорит с кем-то.

— С кем?

— Ну а я откуда знаю! С кем-то.

— Что-то ничего тут интересного нет, — неуверенно сказала Вера. — Может, лучше в другой раз последим, а?

— Ну уж нет! — воспротивилась Марина. — Зря мы, что ли, за ними полгорода проехали? Давай теперь поглядим, зачем они сюда припёрлись.

— Но я не понимаю, что здесь можно… Что здесь вообще?

— Какая-то фабрика. Похоже, заброшенная.

Между тем ворота открылись.

— Смотри, заезжают! — взвизгнула Вера.

— Чего орёшь? Вижу, — буркнула Марина.

— Так поехали!

— Ага, щас! Так нас туда и пустили.

— Но их же пустили.

— Ты что, совсем дура или прикидываешься? Если их пустили, значит, им разрешено.

— А как же мы?

— А мы пойдём другим путём, — заявила Марина и заглушила двигатель. — За мной!

Они выбрались из машины и подошли к забору, посреди которого чернела уже порядком заросшая каким-то кустарником металлическая калитка.

— Ой, а я и не заметила, — прошептала Вера.

— Ага, из тебя ещё тот сыщик, — бросила Марина и попыталась открыть калитку.

Калитка не поддалась. Марина очистила верхнюю, решётчатую часть калитки от веток и просунула внутрь руку.

— Та-ак! Вот-вот-вот! Есть! — воскликнула она, с трудом сдвинув толстую щеколду, и навалилась всем телом на калитку.

Калитка отозвалась жалобным скрежетом и немого приоткрылась. Вера топталась на месте, нервно поглядывая по сторонам.

— Чего стоишь? Помогай! — яростно прошептала Марина.

Вера вздрогнула и присоединилась к подруге. Калитка лязгнула и сдвинулась ещё немного, образовав проход, через который вполне могла пролезть худенькая женская фигура.

Оказавшись на территории заброшенной фабрики, подруги огляделись. Вид, открывшийся их взору, очень напоминал пейзажи из постапокалиптических фильмов: расчерченный трещинами асфальт, сквозь которые то тут, то там пробивались пучки подсохшей травы; бледно-розовые строения с выбитыми оконными стёклами, а порой и вовсе без рам, краска на стенах местами облупилась, местами отвалилась вместе со штукатуркой; повсюду на земле осколки стёкол, битый кирпич, куски шифера, гнилые доски, ржавые железки и прочий хлам. Слева вплотную к забору примыкала какая-то полуразвалившаяся бытовка, что было очень кстати, поскольку она загораживала подруг от того, кто открыл ворота и впустил чёрный «мерседес». Следовательно, был шанс проникнуть на территорию фабрики незамеченными.

— Гляди! — воскликнула Вера, хватая Марину за рукав.

— Тише ты, оглашенная! — шикнула на неё Марина. — Услышат же! Ну?

— Вон! — Вера показала рукой на двухэтажное здание, под самой крышей которого едва проглядывали крупные голубые буквы «ОЛОКО».

— Ёлки-палки! Так это ж молокозавод! — догадалась Марина. — Я помню, мать всегда требовала, чтобы я молоко именно с этого завода покупала. Бог ты мой! Сколько ж лет прошло!

— И давно он закрыт?

— Да шут его знает! Может, лет десять уж. Или больше.

— И за всё это время никто не захотел купить его?

— А кому он нужен, хлам этот?

— Но ведь можно было вложить в него денег, отремонтировать…

— Я тебя умоляю! Никто по доброй воле никуда деньги вкладывать не станет. Я бы не стала, например. Вот если бы мне дали… ну, не знаю, миллиончиков сто, скажем, и сказали, мол, бери, Мариночка, этот заводик и делай с ним что хочешь…

— И что бы ты сделала?

— Я? Да продала бы его — на фиг он мне сдался? — ещё за сто миллиончиков. И уехала бы куда-нибудь в тёплые края. Ладно, хорош болтать, мы сюда не за этим пришли.

Крадучись, они пересекли открытое пространство между забором и ближайшим строением, обошли его кругом и заглянули за угол. Никого. Затем совершили «бросок» до следующего строения. И опять никого.

— Так, и куда нам теперь? — спросила Марина.

— Я не знаю, ты же сама…

— Я знаю, что сама. Я саму себя и спрашиваю.

— Может, туда? — решила всё-таки проявить инициативу Вера, заметив открытую дверь в длинном одноэтажном здании шагах в тридцати от них.

— Может, и туда, — ответила Марина и, пригнувшись, побежала.

Вера секунду помедлила и засеменила следом. В отличие от Марины,