Припять – Москва. Тебя здесь не ждут, сталкер! - Алексей Молокин

We’re going through the tunnel, push, boys, push!

We’re saving this old tunnel, push, boys, push!

В общем, эй, дубинушка, ухнем!

Впрочем, это не блюз, это work song[7], но уже почти тепло. Так почему бы блюзу не прижиться в России-матушке?

…А ведь не прижился же! Ну, играют блюз кое-где, слушает блюз сотня-другая любителей, а настоящего блюза не то что в России, а и в Москве как не было, так и нет. Потому что настоящий блюз – его не только играть, его жить надо, и у каждого свой блюз. Можно мастерски играть композиции великих американских блюзменов, но при этом истинным блюзменом так и не стать. У каждого, понимаешь, чувак, свой разговор с Богом, и чужими словами свою судьбу не расскажешь. И чужой музыкой тоже. Понял, чувак?

Утром Берету позвонил Карапет и сообщил, что Кощей намерен встретиться с ним уже сегодня, в семь вечера, в блюзовом клубе под названием «Дом у дороги».

Вообще-то, проживая в Москве, Степан посещением развлекательных заведений не злоупотреблял, а проще говоря, до сих пор не был ни в одном из них ни разу. Ну, во-первых, ходить он уже научился, а вот с танцами дело пока что обстояло неважно. Берет и в молодости был не ах каким танцором, а в горячих точках и особенно потом, в Зоне Отчуждения, – какие танцы! Разве что с костлявой, но она, эта вечно мертвая стерва, не самая приятная партнерша. Да и с выпивкой бывший сталкер осторожничал, дурное это дело и недешевое, если, конечно, не на лавочке с соседями по двору и не лирическую народную водку «Соловушка». А вот Кощей, оказывается, был не чужд красивой жизни, впрочем, с его замашками это казалось естественным. Хотя в превращении стареющего пижона и щеголя в жуткое существо, способное буквально высосать защиту взбунтовавшихся мутантов, как это случилось в Лыткарино, как раз естественного ничего не было. Впрочем, щеголи и пижоны, как правило, на поверку все как один рано или поздно оказываются чудовищами, спросите матерей-одиночек, уж они-то знают доподлинно.

Идти в пусть блюзовый, но все-таки клуб в привычном камуфляже было неудобно. Да и нервничал Степан, к собственному удивлению, изрядно, боялся показаться смешным в московском кабаке, ну не привык он к кабакам и барам, что делать, не привык. Не успел как-то. Бар «100 рентген» не в счет, там все привычное, и там он был уместен, как патрон в патроннике. Знакомые лица, знакомые песни, да и ассортимент напитков и закусок знакомый, хотя какой там ассортимент – водка «Казаки» да тушенка. А здесь? Он достаточно нагляделся на москвичей в метро, и то, как они выглядели, как одевались, да и как вели себя, ему решительно не нравилось. Москвичи казались Берету мутантами, в общем, безобидными до поры до времени, но кто знает, когда наступят эти самые пора да время? Впрочем, сталкер вовремя вспомнил, что мутантом-то является он сам, а вовсе не обитатели чудовищного мегаполиса, но это ничего не меняло. Недолюбливал он нынешних жителей столицы, и все тут. Выцвели лица, вымерли песни…

Впрочем, делать было нечего, если уж Кощею приспичило назначить встречу в кабаке, то выглядеть следовало соответственно. Как и чему соответственно, Берет не имел ни малейшего представления, поэтому решил привлечь к решению этой проблемы какую-нибудь женщину, хотя бы продавщицу или, как теперь их называли, менеджера торгового зала. Желательно, конечно, чтоб эта менеджерка выглядела как-нибудь по-свойски, на этот счет у сталкера имелись совершенно четкие представления, ну, например, как та контрабандистка. Хотя… Берет представил себе киоскершу, у которой он ежедневно покупал сигареты, в летном комбинезоне и очках-консервах, и понял, что его представления о том, как должна одеваться симпатичная женщина, мягко говоря, не совпадают с общепринятыми. Потом представил себе чернобыльскую ведьму в обтягивающих джинсах, на десятисантиметровых каблуках и с серьгой в пупке. Получилось завлекательно, но как-то неубедительно, и почему-то стало неловко. Хотя девок Берет не боялся и не избегал, а вовсе даже наоборот, потому что считал их существами полезными для здоровья, а также психического и гормонального равновесия. Только вот назвать Ночку девкой… Да попробовал бы кто-нибудь!

Вздохнув, он запихнул в карман камуфляжных штанов пачку денег и отправился в торговый центр. Заниматься жопинг-шопингом, как говаривал Карапет.

Шопинг-жопинг начался и завершился в первом же торговом ряду длиннющего крытого рынка, носящего гордое название «Пассаж». Берет посмотрел на себя в зеркало, тихо матюгнулся, поскольку джинсы оказались какими-то несерьезными. По мнению Берета, джинсы должны стоять сами по себе. Настоящие правильные джинсы, мечта далекой молодости глубокого и нездешнего цвета индиго. Но таковые, как любезно пояснила продавщица, пардон, менеджерка торгового зала, давным-давно вышли из моды.

А может быть, их просто разучились делать? Услужливые производители в угоду изнеженным потомкам трапперов и золотоискателей заменили джутовую основу на что-то неприлично мягкое, понаделали искусственных потертостей и дыр, да и пустили полученного уродца гулять по подиумам двадцать первого века. А старое оборудование отправили на переплавку. И есть джинсы – и нету их. Это вроде как гламурный вокалист взял, да и запел «Brother, Can You Spare A Dime»?[8] И похоже на блюз – и нет его!

«Я и сам вышел из моды, правда, недавно», – самокритично буркнул сталкер, уцепил пакет с покупками и отправился домой или, как изысканно выражался тот же Карапет, «на фатеру».

«Что-то многовато я словечек от него нацеплял, – подумал Берет. – Ведь и бандюк-то он мелкий, неавторитетный, а надо же, какой заразный! Вот Кощей, тот да, тот везде и всегда будет в авторитете, хотя, на первый взгляд, пижон пижоном».

И вдруг понял, что ни с одним нормальным человеком за все время своего пребывания в столице как-то не встречался. Не сложилось. Словом даже не перекинулся. Ну, разве что вот с этой продавщицей. Сразу стало тоскливо и захотелось куда-нибудь в другое место. Но как ни вспоминал, другого места, кроме Зоны Отчуждения, представить себе не мог. И «Зона внутри» самодовольно ухмыльнулась.

Так что встреча с Кощеем была даже и кстати. Кощей был настоящим, хотя и страшноватым. Может, что-нибудь важное сообщит блестящий полковник-мутант. Ведь не просто же так пригласил, не потому, что ему выпить не с кем… А может быть, именно потому, что не с кем. Не с Карапетом же ему водку пьянствовать, в самом деле!

«Хотя, если разобраться, чем я отличаюсь от того же Карапета? – думал сталкер, пристраивая отремонтированный старенький обрез под джинсовой курткой. – Да в общем-то ничем. А раньше отличался?»

И понял, что отличался, только вот чем именно, так и не смог однозначно сформулировать, плюнул с досады и отправился в «Дом у дороги». Пора было.