Руны. Обряды и наследие предков - Андрей Васильченко

«Издательство „Нордланд“ было основано летом 1933 года в Магдебурге, чтобы полностью поставить себя на службу новому возрождению немецкого человека». Такие короткие строчки содержались в рекламном объявлении фирмы «Нордланд», которая намеревалась посвятить себя издательской деятельности. Фактически сразу же после основания издательство выпустило журнал «Источник», который распространялся в Мюльхейме (Рур). Попытки современных историков обнаружить подробные сведения об этом журнале, чей первый номер увидел свет 15 августа 1933 года, не увенчались успехом. В Мюльхнейме не сохранилось никаких данных об изданиях, которые выпускались «Нордландом». Надо отметить, что в оставшихся от издательства архивах вообще не хватало множества документов. Например, нет протоколов учредительного собрания и соглашения, которое должно было заключаться с Фритьофом Фишером. Эти и другие схожие по своему значению документы помогли бы пролить свет на обстоятельства, связанные с основанием издательства «Нордланд». Однако некоторые детали удалось уточнить благодаря архивам еженедельной газеты «Самооборона», которая распространялась как раз в Мюльхейме.

Учредитель и издатель «Самообороны. Еженедельника духовной свободы, немецкой чести, иерархии и силы» Хуго фон Клюзе летом 1933 года в одном из своих писем сообщил: «Фритьоф Фишер — весьма ловкий литератор, с которым я завел близкое знакомство пару лет назад. Тогда он был приверженцем идей оккультиста Рудольфа Штайнера. Однако он очень быстро смог приспособиться к нашему мировоззрению и нашим взглядам на жизнь. Как это произошло? Не знаю, но он смог написать весьма недурственную передовицу для „Самообороны“. Я опубликовал этот материал, взяв всю ответственность на себя».

Сразу же надо оговориться, что в Германии Фритьоф Фишер был более известен под творческим псевдонимом Вульф Зеренсен. Именно под этим именем он поведал некоторые из подробностей, связанные с историей и целями еженедельника «Самооборона». Он писал: «Хуго фон Клузе был одним из тех, кто весной 1928 года основал в Мюльхейме местное отделение Союза „Танненберг“, в нем практиковались языческие обряды… Когда казалось, что борьба сторонников Людендорфа со дня на день увенчается успехом, генерал, пребывая в радостном воодушевлении, весной 1932 года издал в десяти выпусках свой боевой памфлет. Это был журнал немецкого дела, который назывался „Открытые письма“… Несмотря на то что „Открытые письма“ должны были распространяться бесплатно (но отнюдь не раздаваться в виде подарков), что едва ли позволяло покрыть хотя бы себестоимость их изготовления, количество читателей этого журнала росло не слишком быстро. После этого стало понятно, что молодое издание вряд ли сможет заиметь в ближайшем будущем широкий круг читателей, а потому едва ли сможет оказывать заметное влияние на общество. В силу этого стесненного положения, в борьбе за сохранение достигнутых успехов, обороняясь против угроз и опасностей, сражаясь против порабощения немецкого народа, был основан еженедельник „Самооборона“».

После того как было выпущено чуть более тридцати номеров «Самообороны», журнал был закрыт. Причина этого была проста — издатели не могли рассчитаться по долгам с типографией. Хуго фон Клюзе отмечал по этому поводу: «Печатник Фарби был чужд наших идей. Он был предпринимателем, которого в первую очередь интересовала чистая прибыль». Однако у этой на первый взгляд и вовсе незначительной истории было свое продолжение. 19 июня 1933 года Фарби потребовал у фон Клюзе отказа на издание, требуя, чтобы тот оказал поддержку господину Фишеру. Пару недель спустя Фарби решил, что в качестве взыскания долгов сам мог бы получить права на выпуск еженедельника «Самооборона». То есть очевидно, что летом 1933 года журнал «Источник» (наверное, происходивший от фразы Людендорфа: «В святом источнике — немецкая сила») должен был выходить в «обновленном» издательстве «Самооборона». Если говорить о стоимости издательства, то она едва ли превышала стоимость тиража еженедельника, которую как раз и задолжал фон Клюзе. Видимо, между партнерами сразу же возникли трения, так как 15 августа именно Фарби выпускает номер «Источника, журнала постижения немецкой сути». Сразу же после этого Фритьоф Фишер основывает издательство «Нордланд» («Северная земля»).

15 ноября 1933 года Фритьоф Фишер переводит издательство «Нордланд» в Дюссельдорф, где регистрирует его в торговой палате под номером HRA 9571. Сам Фишер зарегистрирован как розничный торговец собственными изданиями. Проходит чуть менее года, и летом 1934 года Фишер переводит «Нордланд» из Дюссельдорфа в Магдебург. В декабре 1934 года происходит несколько значимых событий. 8 декабря происходит официальное засвидетельствование договора между компаньонами. Издательство «Нордланд» становится фирмой с уставным капиталом 20 тысяч рейхсмарок. Главными партнерами Фишера становятся Пауль Хиршберг (Мюнхен) — его доля в фирме составила 19 500 рейхсмарок, и Бруно Гальке (Пазинг) — с уставной долей в 500 рейхсмарок. У фирмы «Нордланд» одновременно было сразу два коммерческих директора. Ими являлись Фритьоф Фишер и Бруно Гальке.

Чтобы понять логику происходивших событий, как описанных выше, так и тех сведений, что будут изложены дальше, необходимо остановить внимание на фигуре Бруно Гальке. Именно ему Гиммлер в первый год существования «Наследия предков» доверял исполнять обязанности куратора «Аненербе».

Вмешательство Гальке в деятельность «Наследия предков» являлось ярчайшим примером того, что Гиммлер даже не думал соблюдать официальный Устав исследовательского общества. Должности особого представителя рейхсфюрера СС в Уставе «Аненербе» не было прописано, но тем не менее Б. Гальке занимал ее (типичная ситуация для Третьего рейха). С первых дней своего пребывания в «Аненербе» он распространил свое влияние почти на всех сотрудников, включая Райшле, который считался человеком Дарре. Зиверс не только не препятствовал, но всячески помогал ему в этом. Однако власть Гальке не была безграничной, как правило, он воздействовал на сферу организационного планирования «Наследия предков». Чтобы понять, как к нему попали многие нити управления Аненербе, обратимся к некоторым моментам его биографии.

Гальке, дипломированный специалист по торговле, примкнул к СС вместе со своим другом Карлом Вольфом еще в начале 20-х годов. Бруно, почти сразу же ставший адъютантом Гиммлера, при помощи Вольфа возглавил в 1935 году хозяйственное управление СС. До прихода нацистов к власти хозяйственное управление фактически выполняло функции эсэсовской кассы — сюда стекались все взносы и пожертвования. Негласная задача управления состояла в том, чтобы финансировать те проекты, к которым Гиммлер проявил личный интерес, но которые не входили в компетенцию «охранных отрядов», а стало быть, не могли претендовать на бюджет СС. Как и следовало ожидать, в 1935 году в число подобных проектов попало «Аненербе». Первоначально функции Гальке в «Наследии предков» были весьма скромными: он должен был изыскивать из кассы СС субсидии для проведения исследований «Аненербе». Надо сказать, он весьма успешно справлялся с этой задачей. Вскоре многие сотрудники общества пришли к выводу, что Гальке являлся «серым кардиналом» «Аненербе». Так, например, он копировал все документы, включая рукописи, приходившие в «Наследие предков», и отправлял копии лично рейхсфюреру СС. Как представитель Гиммлера он присутствовал на всех, даже закрытых, совещаниях. Гиммлер не только не сдерживал инициативы своего подчиненного, которые все больше и больше выходили за рамки финансовых вопросов, но, напротив, приветствовал их. Осенью 1936 года Гиммлер и Гальке сделали решительный шаг, чтобы ликвидировать влияние Имперского продовольственного кабинета на «Аненербе». Они собирались перевести «Аненербе» в подчинение личному штабу рейхсфюрера СС.

Еще в октябре 1936 года на одном из собраний «Наследия предков» представитель Дарре говорил о поддержке главным управлением по вопросам расы и поселений «Немецкого наследия предков», а несколько дней спустя, 9 ноября 1936 года, оно было уже выведено из подчинения РСХА. Теперь «Аненербе» действовало под непосредственным контролем адъютанта рейхсфюрера, находясь полностью в его юрисдикции. Но этот ход окончательно не ликвидировал влияние Дарре. В «Аненербе» продолжали работать и Райшле, и Метцнер, и Кинкелин. Предполагаемая реорганизация не была проведена — на их место было сложно найти подходящие научные кадры. Имперский продовольственный кабинет продолжал, как и ранее, со-финансирование «Наследия предков». Выгнать людей Дарре из исследовательского общества фактически означало поставить крест на этих финансовых средствах. Гиммлер пока не хотел рисковать. Решение «проблемы Дарре» было запланировано отложить на более поздний период.