Попаданки домой не возвращаются! (СИ) - "Китра-Л"

— Сам же сказал, что три ночи — это предел. Прямо сейчас может быть поздно. Не хочешь давать меч — не надо. Ключом отобьюсь. Скажи, куда фаты увели Марину и разойдемся.

Когда рыцарь понял, что сдаваться я не собираюсь, он сдался. Но одну не отпустил. Вместе со мной похромал. Морщился от боли, сжимал зубы, бурчал под нос, но упрямо шел. Не перевелись еще настоящие мужики. Хотя, если продолжат так бездумно геройствовать, то все-таки переведутся.

Прошло не меньше вечности, прежде чем мы добрались до котлована. И вот глядя на строение из забытых кошмаров, я чувствовала, как мурашки ползут по спине с явным намерением свалить от меня куда подальше.

— У них есть главный? Кто ими командует?

— Женщина-медуза. Но с ней лучше не встречаться. Обойдем стороной. Новеньких держат в правом крыле.

Рыцарь коротко описал план.

Ничего сложного. Притворяешься тенью и тихонечко крадешься по коридорам. Охраны нет в привычном нам понимании. Те, кто попадают внутрь, не горят желанием куда-то уходить. Оттуда не сбегают и туда не вламываются. Никаких замков, никаких патрулей.

Нет желающих проникнуть в сердце Немерности. По крайней мере, рыцарь раньше таких не встречал. Было дело, попадались счастливчики, случайным образом занесенные на эту сторону. Но обычно они не знали, как сюда попали и что здесь происходит. Когда-то у Вити была целая группа любителей-исследователей. Они не боролись с фатами (не знали, что с ними надо бороться), они изучали Немерность. Пытались понять законы ее существования, занимались картографированием, проверяли разные теории. Они не трогали фатов, а фаты не трогали их.

Целая группа добровольцев-исследователей Немерности! А потом Витя остался один. Больше он никого и ничего в Царстве Забвения не изучал.

— Иди за мной. Не проявляй интереса, не смотри им в глаза и оставайся равнодушной. Их может спровоцировать любое проявление сильных эмоций.

Хороший был совет.

Следуя ему, мы спустились вниз и проникли в здание. На дверях не было замков. По коридорам бродили, то заполняя лестничные пролеты, то расходясь по кабинетам

Квадратное сердце Немерности напоминало школу. Центральная лестница, симметричные коридоры, двери с нечитаемыми табличками. И несмотря на всю наполненность, здание продолжало казаться пустым и негостеприимным.

Фаты огибали нас, будто масло, скользящее по воде. Мы в самом деле были им не интересны. Когда мы пробрались на второй этаж, тени и вовсе поблекли, и практически пропали.

Все шло как нельзя лучше.

А потом я все испортила.

Тень вынырнула из-за двери прямо передо мной. Я не взвизгнула. Не закричала. Даже не испугалась. Я сделала нечто более глупое и безумное.

Я заглянула в кабинет.

Краем глаза.

Я ничего не выискивала. Это было даже не любопытство. Я не хотела знать, чем фаты занимаются в свободное от похищения людей время. Но тусклый голубенький свет (цвет в черно-белом мире!) мазнул на периферии. И я посмотрела.

— Дробь, — шикнул рыцарь, когда я запнулась на ровном месте. — Дробь, — куда напряженней позвал он, когда я остановилась. — Что ты творишь?

Он дернул меня, но было поздно. Я ухватилась за ручку и распахнула дверь настежь.

— Дробь?

- Это Атрос, Витя. Это же Атрос!

— 16 -

— Тише! — прошипел рыцарь. — Какой Атрос? Мы здесь одни.

— Нет же. Смотри! — Я ткнула пальцем на учительский столик.

Это был самый настоящий школьный кабинет с партами, доской, портретами великих людей и книжным стеллажам. Будто в старом советском кино. Не хватало только вымпелов, флагов и стенгазеты. Зато был тот самый стол с макетом вулкана, из которого исходил голубоватый свет.

— Что я должен видеть? — спросил рыцарь, аккуратно прикрывая за нами дверь.

Совсем маленький вулканчик с ладонь высотой, а внутри кристаллы. Мелкие, будто крошево стекла, блестящие, как песчинки золота. Рядом крошечный колокольчик. Я была уверена, что если в него позвонить, то симпатичная металлическая конструкция издаст тот самый перезвон, сопровождающий каждое слово Атроса.

— Цвет, — сказала я. Конечно же Витя не мог знать Атроса, но голубоватое сияние, не характерное для черно-белого фильтра Немерности, не могло казаться обыденным. — Исходит из жерла. Вот, это Атрос в миниатюре, хоть и не яма.

Он же видит это все, да? Моя кукушечка еще не улетела из домика?

— Мы натыкались с друзьями на этот феномен, — осторожно отвешивая каждое слово, ответил исследователь-любитель. — Но не смогли определить, что является источником голубого свечения и откуда он берется. Атрос — это физическое или химическое явление?

Религиозное, — мысленно ответила я, понимая, что не могу то же самое сказать вслух.

— Блин. Я не уверена.

Мужчина приблизился к столу.

— Скажи ведь, напоминает сооружение для совершения ритуальных действий. Базовый алтарь с тремя объектами поклонения. Звук, — указал на колокольчик, после перевел палец на вулкан, — свет. А вот у нас блюдце с выгравированным цветком.

До этого я не обращала на него внимания, но вот теперь пригляделась.

— Лотос?

— Запах. Я полагал, что на блюдце помещают цветок в качестве подношения. И это не лотос. Неправильный изгиб внутреннего круга лепестков и форма тычинок иная.

— Или у кого-то кривые руки, — предположила я, в то время как в голове прокручивались те несколько дней в Лэйтарии. В их строениях на стенах и на полу располагались похожие не-лотосы. Они работали как считывающие устройства, определяя, кому открыт проход, а кому нет. — Так это алтарь?

Рыцарь приложил палец к губам, прислушиваясь к чему-то. Покачал головой.

— Ни в одной из религий, ни у одного из племен нет точно такого набора ритуальных атрибутов. О которых нам известно, конечно же. Что из себя представляет свет, мы не смогли разобраться.

Мои ладони вспотели, когда я оказалось рядом с мини-алтарем.

— Ты пробовал звонить в колокольчик? Притащить любой другой цветок?

На сером болезненном лице сложно было разглядеть, и все же показалось, что мужчина побледнел. Буквально несколько тонов отделяло его от того, чтобы он начал светиться подобно луне.

Рыцарь покачал головой, но жест означал не «нет». Он нес иной посыл: не вздумай этого делать!

А руки чесались проверить.

Это совпадение? Если нет, то может ли быть алтарем Атроса? Но кто мог его здесь разместить и зачем? Незыблемый трон десятки тысяч лет назад уничтожил богов. Лэйтарцы забыли их имена и избавились от всего, что напоминало о теистическом прошлом. Безликие и безымянные боги канули в лету. Атрос остался жив лишь потому, что к моменту великой битвы он перестал быть действующим богом. Как и его магия. Как и символы его величия?

Единственные, кто знают, что Атрос — выживший бог Лэйтарии, это я и Тинхе. И мы оба не имеем представления, как Атросу поклонялись в те древние времена. Я так точно. А Тинхе скорее самоубьется собственным мечем, чем притронулся к чему-то подобному.

Рыцарь шлепнул меня по ладошки. Это стоило ему еще одной гримасы боли, поскольку он сместил вес на больную ногу. Я отдернула руку и зашипела:

— Да не собиралась я.

— Уходим, мы слишком долго на одном месте.

Я бросила последний взгляд на исторгающий свет вулкан. Все-таки вулкан, а не яма. Монохромный мир связан с Атросом. В Лэйтарии созывается совет. А я здесь.

Атрос стер мне память и вернул домой, чтобы защитить от Врага? Я могла это попросить, но он не смог бы этого исполнить.

— Больше никаких отклонений. — Рыцарь вышел первым.

Я перехватила закрывающуюся дверь и толкнула ее не сдерживая сил. Кто ж мог подумать, что у нее нет ни стопора, ни доводчика? Але, двадцать первый век!

Дверь легко поддалась движению, влетая ручкой прямиком в стену. Грохот пронесся по коридорам, удвоенный эхом. Будто в мусоропровод скинули весь набор строительных материалов.

Секунду я таращилась на дверь-предательницу, а рыцарь на меня.