Прорыв. Штормовое предупреждение - Следопыт

Неудержимый спаситель в считанные секунды проволок Бондарева метров двести и буквально перебросил его через поваленный участок забора. От всех этих трюков Денису вновь сделалось худо, ему стало казаться, что голова вот-вот взорвётся, настолько сильной стала пульсирующая боль, но внутренние проблемы и внешние – «две большие разницы», поэтому Бондареву пришлось стиснуть зубы и продолжить занятия полевой акробатикой.

С наружной стороны охранного периметра пролегал глубокий ров, в который и скатились спасённый и его спаситель. Скатились на самое дно, однако надолго там не задержались. «Ускоренный» вновь схватил Бондарева за руку и дёрнул так, что едва не вывихнул сустав. Майор не стал создавать проблемы ни себе, ни «локомотиву» и побежал, что было сил. В конце концов Бондарев всё-таки не выдержал темпа, споткнулся и рухнул, но к тому времени «локомотив» успел оттащить майора достаточно далеко от лагеря.

- Стоп! – задыхаясь, прохрипел Бондарев. – Хорош! Вырубай «пружину»!

- Я и не врубал, извините, - спаситель упрятал артефакт в металлический контейнер с завинчивающейся крышкой – внешне маленький термос. – Я не хотел, само так вышло. Увидел, что эти… «мочалками» кидаются, испугался, ну и…

Спаситель опустил взгляд и слегка порозовел.

- Всё правильно сделал, Артём, - Бондарев сел и махнул рукой. – Молодец. А что испугался, не стыдно. Нормально это. Откуда ты взялся? И «пружину» откуда взял?

- Так ведь… мне рядовой Бубликов койку показал в казарме, а потом жетон в столовую дал. Вот я и пошел, а тут тревога, взрыв, столовая прямо перед носом у меня сложилась. А потом гляжу – вы… Ну, вот.

- А «пружина»?

- А она у меня давно, я сам её нашёл, честное слово, повезло! Она в вещах у меня была. Мне вещи сразу вернули.

- Да, с «пружиной» тебе повезло, вовремя она у тебя оказалась, - Бондарев помассировал едва не вывихнутое Артёмом плечо. – Удачливый ты парень. И прогуляться вышел удачно.

«И хорошо вооруженные силы неизвестного противника атаковали форпост очень уж вовремя, – мелькнула у Бондарева мысль. – А что особенно интересно, главный удар пришелся на сектор гауптвахты. Опять череда совпадений? Вот теперь точно не поверю. Скорее всего, «мавры сделали своё дело» и теперь их пытаются вытащить из застенков. Остаётся непонятным, зачем бывшие разведчики пошли на такой риск? Кто за ними стоит? В чём суть их рискованной игры? Пока ясно одно: версия о заговоре верна. И если держать в уме хорошую осведомлённость заговорщиков в делах и нравах Армии Возрождения, нетрудно сделать вывод, что в заговоре участвуют не только внешние силы, но и внутренние. Шпионы. Кто они – непременно следует выяснить. Вот только, похоже, действовать придётся автономно, без всякой поддержки и даже без ведома штаба. Ведь шпион может сидеть на самом верху».

Денис поморщился от очередного приступа головной боли и мысленно приказал себе осадить лошадей. Если развивать идею, получалось, что откопать корни заговора Бондарев сумеет, лишь самостоятельно выяснив, куда мог подеваться артефакт, какую роль в этом деле сыграл Савенко и кто был его куратором в штабе Армии. Но чтобы всё это выяснить, следовало нырнуть в туман, покрывающий эту странную историю, и грести до самой Черновки. Денис, как сказано, любил туман и риск, но не до такой степени, чтобы в одиночку, без страховки проникнуть в логово заговорщиков и разбираться, что там к чему, делая при этом вид, что ни о каком заговоре даже не подозреваешь. Понятно, что тут надо применить военную хитрость противника против него самого и «всё складно рассказать». Это не вопрос. Зачем все эти сложности кабинетному майору на старости лет – вот вопрос! Ради выполнения воинского долга? Это не входит в служебные обязанности. По всем уставам и инструкциям Бондарев должен сейчас отсидеться в кустах, а когда форпост отразит атаку, майор должен будет вернуться на своё место, чтобы допрашивать новых пленных. Вот это и будет выполнением воинского долга и служебных обязанностей замначальника контрразведки гарнизона. А выяснение обстоятельств на месте – дело специально обученных людей, которые впоследствии должны будут подать майору Бондареву подробный рапорт. Так что и вопрос «зачем» и ответ на него – «незачем», звучали правильно. Очень правильно. Но…

Но имелся в деле один существенный нюанс. Сколько бы майор ни ссылался на инструкции – мысленно или вслух – сколько бы ни взывал к внутренней дисциплине и формальной логике, он не мог отбросить в сторону главный мотив – личную заинтересованность в расследовании дела. Приметы Мамы Юли практически полностью совпадали с приметами Юлии Сергеевны Бондаревой. Денис не мог оставить этот факт без проверки. Да, инициатива майора вступала в противоречие с инструкциями, но… чёрт побери, Бондарев столько лет служил верой и правдой, столько лет строго соблюдал все инструкции, что становилось даже неудобно. И перед товарищами, и перед начальством. Иметь послужной список чище, чем у командующего, куда ж это годится?! А если без иронии, кто на самом деле осудит, если у Бондарева получится совместить личные дела со служебными? Вот если не получится…

- Товарищ майор, - отвлёк от размышлений Артём. – Что будем делать? Может… подкрадёмся и в тыл ударим?

- Чем? – Бондарев принял решение, и ему сразу же стало легче. То ли он подсознательно понял, что решение верное, то ли один факт принятия решения снял напряжение – неизвестно. Но Денис заметно расслабился и даже усмехнулся. – Чем предлагаешь атаковать? Пыльными мешками? И сколько врагов ты думаешь уложить таким способом?

- Ну-у, я не знаю… - Артём стушевался. – А что ещё делать?

- Работать, - майор поднялся в полный рост и с деланной строгостью посмотрел на юношу. – Подозреваю, мой юный друг, наши проблемы очень тесно связаны с вашими. Вот и будем искать комплексное решение для всех проблем сразу. Не слишком умно выражаюсь?

Бондарев отбросил напускную строгость, смерил парня ироничным взглядом и подмигнул.

- Нормально, - Артём сначала удивленно вскинул брови, как бы интересуясь, с чего это вдруг майор развеселился, но после тоже усмехнулся. Видимо понял, что теперь перед ним чуть другой Бондарев, не столько дотошный контрразведчик, сколько следопыт, соскучившийся по настоящему делу. Не кабинетному, а реальному, пусть и с отчаянно скверными стартовыми условиями: после контузии, практически в одиночку и почти без оружия. Юный проводник и пистолет не в счёт.

- Веди в Черновку, Артём, - майор проверил пистолет, сунул в кобуру, а затем ободряюще улыбнулся и похлопал скаута по плечу. – Будем на месте разбираться, что там к чему. А за форпост не переживай, гарнизон здесь боевой, отобьются ребятки. Не в первый раз живут.