В поисках любви - Хилари Уайльд

Расхаживая взад и вперед по гостиной, Сью продолжала размышлять. Еще два дня… Всего только два дня!

Глава 3

Первый день с детьми показался Сью суровым испытанием. Она боялась сказать или сделать что-то не так. Рано позавтракав, она поспешила по дороге, ведущей к дому. То здесь, то там ей попадались щиты с просьбой не нарушать уединения владельца отеля. Вдоль дорожки росли кокосовые пальмы, вокруг пели птицы. Вскоре за поворотом показался дом:

Он был построен в типичном колониальном стиле – белые стены, веранда, опоясывающая здание по кругу. Стуча в темно-красную дверь, Сью размышляла, что за день ждет ее впереди. Скоро она это узнает.

Ей открыла пухлая креолка и почти злобно взглянула на нее.

– Мистер Берджес меня ждет, – с улыбкой сказала Сью.

Женщина отступила назад, придерживая дверь, но взгляд ее оставался враждебным.

– Следуйте за мной, – проговорила она.

Они прошли в просторный холл, где их встретил Энтони Берджес.

– Доброе утро, мисс Митчелл. Это Мария. Мария, мисс Митчелл будет присматривать за детьми. Они становятся старше и нуждаются в обучении.

– Беби? – спросила Мария. Берджес покачал головой:

– Малышка останется с Колетт.

Мария просияла, и ее лицо преобразилось.

– Сюда, мисс Митчелл, – через плечо бросил Берджес. – Боюсь, вы столкнетесь здесь с трудностями, поскольку Мария и Колетт склонны рассматривать малышку как свою собственность. Они присматривают за ней с момента ее рождения. Моя сестра была не очень хорошей матерью, – сухо добавил он.

Сью ужасно хотелось спросить, был ли Барри хорошим отцом, но она не осмелилась.

Берджес провел ее в детскую. За столом завтракали мальчик и девочка: Ни один из них не поднял глаз, пока Сью и Берджес стояли на пороге.

– Питер! – позвал Энтони.

Неохотно и даже почти дерзко Питер повернулся и посмотрел на него. Лицо мальчика ничего не выражало.

– Это мисс Митчелл. Ты стал старше, Питер, и тебе пора научиться читать и писать. Она будет тебя учить. Джоанна! – Сью заметила, как смягчился его голос. Малышка оглянулась, рот ее был набит кашей. – Будь хорошей девочкой, Джоанна, и мисс Митчелл расскажет тебе сказки. Ну вот, мисс Митчелл, – заключил он, улыбаясь странной улыбкой, – передаю их вам. Сью улыбнулась в ответ.

– Согласна! – весело сказала она и подождала, пока за Берджесом закроется дверь. – Заканчивайте завтракать, Питер и Джоанна, а я пока почитаю одну из ваших книг, можно?

– Если хотите, – ответил Питер. – Они все глупые.

– Разве? – Сью стало интересно, не те ли это книги, что она привезла. Но нет, сверток оставался нетронутым и лежал на столе. – Я на днях купила новые. Когда поедите, мы их распакуем.

Ни один не сказал ни слова, ни один не стал есть быстрее. Устроившись на широком подоконнике большого окна, Сью притворилась, что читает.

Внезапно кто-то тронул ее за колено. Она посмотрела вниз. Это была Джоанна.

– Ты можешь рассказать мне сказку?

– Да, могу. Твой дядя сказал правду. – Сью старалась говорить спокойно, несмотря на страстное желание прижать девочку к себе и покрыть ее милое личико поцелуями.

– Дядя! – презрительно фыркнул Питер. – Что он знает о сказках! Я ненавижу его… он не любил моего… – Лицо мальчика побелело, и он выскочил из комнаты.

Сью встревоженно размышляла, что ей делать. Решив, что благоразумнее будет проигнорировать уход бедняги Питера, она подчинилась требованию Джоанны и начала рассказывать сказку про одинокую ведьмочку, которая была доброй и хотела, чтобы люди любили ее.

Она точно не знала, когда вернулся Питер, но к концу сказки он стоял перед ней.

– Мы можем открыть сверток? – спросил он.

– Конечно.

Сью развернула сверток, и дети с удовольствием принялись рассматривать новые книги и игрушки. Позже, после ленча, все отправились на пляж. Сью построила из песка замок. Она купила три лопатки, каждому по одной, но сначала дети просто наблюдали за ней. Когда же холм превратился в замок, а вода из лагуны просочилась в ров, окружавший его, Питер отвернулся и начал строить свой собственный замок. На пляже было жарко, и Сью, отдуваясь, засмеялась.

– Хоть бы ветерок подул!

– Я подую! – с готовностью откликнулась Джоанна и дунула на Сью. Девушка притворилась, что падает назад, и малышка радостно завизжала. – Сделай так еще! – попросила она, Сью повиновалась, и игра продолжилась.

Немного погодя Сью встала.

– Я собираюсь искупаться, – сказала она и сняла платье, оставшись в белом купальнике. Потом посмотрела на детей.

– Можно я? Можно я? – восторженно запрыгала Джоанна.

– Конечно. – Сью сняла с нее платьице, оставив девочку в трусиках. Осторожничая, она не смотрела на Питера. Он сидел к ним спиной и рыл яму. – Не заходи слишком глубоко, Джоанна, – предупредила она и бросилась в воду.

Проплыв немного вперед, Сью остановилась и повернулась.

Питер стоял, приложив ладонь к глазам, и пристально наблюдал за ней. Джоанна сидела в небольшой лужице и плескалась, визжа и смеясь. Сью плавала кругами, продолжая бдительно следить за детьми и удивляться, как они смогли так быстро измениться. Они больше не сидели без дела. Может, потому, что она чем-то похожа на их маму? Но разве Венеция была похожа на нее? По словам Энтони, Венеция была плохой матерью, но как можно доверять его словам, если он считал Барри вором?

Когда она вернулась на пляж, Питер подошел и сел рядом с ней. Сью зевнула и потянулась.

– Эх! – счастливо выдохнула она. – Это настоящее блаженство!

Питер удивленно взглянул на нее:

– Вы сказали «Эй»?

– Я сказала «Эх», – возразила Сью, заметив озорные искорки в его глазах, сразу же напомнившие ей о Барри. Он тоже всегда так смотрел на нее, когда поддразнивал. Возможно, поэтому она никогда и не возражала, сколько бы он ее ни дразнил.

– Вы сказали «Эй», – настаивал Питер. Сью покачала головой:

– Я сказала: «Эх».

В этот момент Джоанна села в более глубокую лужу и была так напугана, что закричала. Сью бросилась к ней, Питер следовал позади.

– Джоанна, ты должна научиться плавать.

Питер затрясся и побледнел.

– Я никогда не захочу плавать! Я ненавижу море! – крикнул он, повернулся и помчался к дому.

Сью быстро собрала вещи, схватила за руку Джоанну, которая уже позабыла, почему плакала, и они побежали вслед за Питером. Как это все взаимосвязано? – размышляла Сью, входя в дом. Во-первых, дядя Питера. «Он ненавидел моего…» – сказал мальчик. И еще море, которое ненавидел он сам и от которого бежал прочь. Здесь должна быть какая-то связь. Может, бездумные взрослые сказали ему, что море поглотило его родителей? Знал ли он о ссоре, вынудившей их отправиться в тот гибельный полет?