Ибо богиня - L++

Точка-точка, два крючочка… Залез на лошадь, слез с лошади, залез на лошадь, слез с лошади… А натертые ноги болят, а отбитая задница болит, но опять: слез с лошади, залез на лошадь… Да сколько ж можно!

Приехал никакой. Только повалился на траву, только ноги вытянул…

– Чего уселся? Неужели тебе совсем своё животное не жалко?! – и тут же совсем другим тоном: – Устал, мальчик мой хорошенький, устал! Ну, ничего, сейчас мы искупаемся…

Пришлось подниматься и заниматься «своим животным». Она хоть поняла, что сказала?…

А потом ещё и ужин… Когда он достал тесак, научница смилостивилась, поковырялась в вещах и достала нормальный столовый ножик:

– Держи, – подошла к нему. – Специальный, для чистки картофеля, не предлагаю – за него штраф: так как средневековье картофеля не было, то и таких ножей не было тоже… Кстати, то, что ты «приготовил» вчера, есть было невозможно. Так что либо ты учишься, либо ешь своё варево сам.

«„Отказ напарника“ – минус 80% баллов, начисляемых за „ведение хозяйства в полевых условиях“ – всплыло в голове у Блейка, – да и есть ту гадость в одиночку?!»

– У меня нет компа, – «наличие компьютера – минус 90% баллов за поход», – мне негде взять рецептуру. Не подумал я.

– Не ты первый, – неожиданно без злобного ехидства улыбнулась девушка. – Держи.

Она протянула ему книжку. Толстенькая, небольшого формата, с плотной обложкой на застежках. Мелкий шрифт, невесомые листики. Вот уж точно – «карманное издание».

«Как без чайника приготовить чай, а ещё и прочие руководства для чайников», – прочитал он.

– За десять лет достали вы нас уже своими полусырыми овощами, – хмыкнула она. – Приготовишь сегодня съедобное – завтра разрешу взять арбалет. Поохотишься. Или я поохочусь.

– Я.

– А ты когда-нибудь хоть что-нибудь живое убивал? Сможешь?

– Смогу.

– Ну-ну, посмотрим. Это ж тебе не дисплейный фонтан крови на Даяне. Здесь ты птичку стрелой ранишь, она будет лежать и плакать, а тебе надо её в руки взять и свернуть шею.

– Я смогу.

– Завтра посмотрим, – с сомнением проворчала опытная сворачивательница шей. – Нашатырь у меня в комплекте есть.

«Столовый нож, „руководство“, нашатырь… Интересно, что ещё входит в комплект по уходу за геймерами?»

«Я не геймер – программист», – попытался он поспорить с собой.

«Не смеши мою мышку», – хихикнул бывалый программист.

«Плевать, – огрызнулся неопытный в ведении домашнего хозяйства геймер и замотал головой. – Всё! Задача: приготовить съедобный ужин. Ингредиенты есть, инструкция есть».

«Правильно, чем отличаются программисты от геймеров? – программисты читают, что написано на экране. Итак, читаем… Ни хрена ж себе: «…и запомни, чайник, все продукты закладываются только в кипяток». К лошади – только слева, продукты – только в кипяток…

«А у вас? „Компьютеры понимают любой язык, но программный код вводится по-английски. Запомни, чайник: по-английски!..“»

Галина Осиповна не особо наблюдала за борьбой чайника с чайниками – с котелками, то есть. Своих дел хватало. Собранное за день надо было рассортировать, переложить в контейнеры и не абы как, а строго определённым образом; составить паспорт каждой точки сбора, и всё – руками, руками. Ни голосовому вводу, ни клавиатурному её собственный начальник не верил. Он, начальник, полагал, что доверять можно только тому, что написано карандашом.

(«При первых полетах в космос американцам пришлось придумывать специальные технологии: тогдашние шариковые авторучки в невесомости не писали. Русские этой проблемы даже не заметили – карандаши отлично пишут и в дождь, и в пустыни; и в жару, и на Оймяконе; и в болоте, и на орбите»).

Хорошо хоть на гусином пере он не настаивал, вот бы – пока очинишь, пока макнёшь…

(«Куда вам спешить-то? А так вы за время укладки пять раз на образцы глазками посмотрите, ручками потрогаете, и будет гарантия, что ничего не напутаете… Да и я буду знать, что это делали вы сами, а не свалили работу, требующую скрупулезной аккуратности, на этих психов из Даяны!»)

«Кстати, а конкретно этот псих, так и ничего – и фигурка есть, и личико… И лицо-то – своё, не пластилиновое. Сутулый, конечно, бледный да дёрганный – ну, так геймеры все такие… Интересно, ему сколько рейтов надо? На минимум, чуть больший начального, или на что посерьезней? Если он управится в пару недель – то разве что чуть загореть успеет, да к лошади немного привыкнуть, а вот если…», – дальше Галина Осиповна не стала додумывать: у неё всё равно по окончанию этого выезда отпуск. А то, что прошлой ночью она с него, так и не проснувшегося, обувь снимала и пледом укрывала – ну, не зверь же она, чего парню зря мучиться.

Суп, приготовленный по книжке, оказался съедобным.

«И ничего странного: делай всё правильно, получишь правильный результат. А вот то, что вкус своеобразный… Вот это всё-таки непонятно: почему все готовят по одному рецепту, а вкус супчика у каждого „повара“ получается свой?»

Но с чаем она рисковать не стала. До заглавной статьи в книге «программист» то ли не дошел, то ли решил, что уж это-то он и так знает, что главное во всём том: «Евреи, не жалейте заварки!»

Улыбнулась на парня: как он смотрел на её чайный набор! Доктор Джугэ в одной из экспедиций наткнулся на белую глину и увлёкся керамикой… Делает всё сам: и лепит посуду, и расписывает её, и обжигает… И продаёт. Или дарит – некоторым.

А заварила она себе одну тутошнюю травку, цветы у неё похожи на ромашку, но крупнее, жёстче – в общем, действительно мужские какие-то. Привилось название «ромащик».

Если из настоя его верхних листьев сделать вечернюю маску, то снятся такие яркие сны… Привыкания не даёт, сил не отбирает, скорее наоборот – наутро прекрасное настроение… У отвара, правда, эффект нестабилен, зато в ход можно пустить всё – и нижние листья, и цветы, и даже нетолстые веточки. А уж вкус получается, а уж запах, цвет… Особенно при свете костра и чужих звёзд.

Цены на него последние годы на Земле стали просто космическими. Жаль, что встречаются эти цветы редко и небольшими, очень небольшими группками. На её личной карте – были отмечены только четыре семейки. Теперь пять.

Перед тем, как пойти спать в свой раскладной домик на глайдере, она потребовала от парня разуться. Он зыркнул на неё, сжал зубы, смолчал, разулся. Хотел опять что-то высказать и опять смолчал.

Но всё равно, в удовольствии самолично разбудить мальчишку полпервого ночи и прогнать с «поста» в постель, Галонька себе не отказала.

Назавтра никому сворачивать шею от Блейка не потребовалось: не попал он ни в кого. По счастью, повезло. Вполне хватило того, что он своими глазами увидел весь процесс превращения стайки глупых бегающих птах в шкворчащий шашлык. Шок был такой, что парень без труда выдержал все три часа ночного дежурства. Он, может, и до утра досидел бы, да только полвторого ночи Галина Осиповна подошла и силком влила в него кружку отвара какого-то местного сорняка:

– Пять часов прошло, должно бы уже настояться, – пробормотала она, позёвывая. – Пей и не зли меня. А то спеленаю и на глайдере отправлю в холд.

– Не справишься, – попробовал пошутить он.

– Геймер, не смеши меня, – не рассмеялась и она. – Чёрный пояс для экспедитора – вступительный минимум. А у вас, там, даже школьный зачёт по физкультуре – и тот не у всех. Тебе нужны рейты?! – пей!

Рейтинговые очки ему были нужны. Да и… Девица едва ли не на голову была выше его, а разворот плеч… а ноги… Блейк видел, как она по ходу их марша время от времени бросала поводья, управляясь лишь… этими, как их?.. шенкелями! («внутренняя поверхность ног от пятки до колена» – кто не знает). Так что, человека ей удавить…

Запах у варева оказался приемлемым, вкус – горьковатым, а уж действие… Кажется, обувь с него опять пришлось снимать начальнице.

На следующий день охоту девчонка не устраивала: «Программу надо выполнять, а из-за тебя…»

Из-за него.

Потому что подняли его утром поздно и учинили над ним полный мед-тест.

– Да я уже в порядке, – попытался оправдаться он, но оказалось, что дело не в его нежных геймерских нервах.

– Ты первый раз попробовал местную пищу – надо посмотреть: нет ли аллергенных реакций.

– А не поздно?

– Ну, ты ж жив – значит, ещё не поздно, – хихикнула Галина Осиповна.

– А серьёзно?

Блейк посмотрел на научницу и с некоторым ужасом прислушался к себе… В низу живота что-то покалывало…

– А если серьёзно, то в стрессовом состоянии организм принимает чужую органику легче, отвар лапотника противопоказаний ещё никому не давал, туб с анти-аллергеном был у меня при себе, часик ночью я над тобой посидела, а на базе дежурный врач находился в готовности №2.