Двойной удар - Владимир Поселягин

«Какие они суровые, как бровки-то напомаженные хмурят. Ой, ща лужу напущу!» — мысленно хмыкнул я.

Чуть склонив голову, я скрестил руки на груди.

— Чем обязан? Для чего столь великим воинам, которые одним взглядом разрушают горы, понадобился маленький забитый русский боярин? — спросил я слегка подрагивающим голосом, стараясь не рассмеяться. Ничего опасного в этой ситуации я не видел.

Некоторые воины приняли мои слова на веру, расправив плечи и кидая вокруг грозные взгляды: все ли расслышали мои слова о них? А вот старший и еще два воина не повелись.

— Ты подло убил десятника Ханиф-оглы. Мы хотим свершить правосудие! — прогремел над огромной площадью его голос, а где не прогремел, там передали благодарные зрители.

— Все сразу? — спросил я, скукожившись и испуганно втянув голову в плечи.

— Все вместе! — резко кивнул старший воин.

— Ну и хорошо, — расправив плечи, буднично ответил я. И уже громко: — Я принимаю вызов от столь славных воинов!

Выхватив сабли, я сделал тренировочный комплекс тычковых ударов, перейдя на «Тень ветра». Перед тем как начать, заметил ужас в глазах воина, он понял, что они крепко влипли.

Я так понимаю, они на прошлом бое не присутствовали и слышали только рассказы. Где мой финт был посчитан подлым ударом.

— К бою! — рявкнул я.

Надо отдать старшему должное, он быстро пришел в себя и начал командовать своими воинами, которые стали окружать меня.

Нападать они не спешили, выжидающе глядя на меня. Ага, ждите. Игорь еще на первых тренировках вдалбливал мне, что в соотношении большого количества противников на меня одного нужно занимать оборонительную позицию, что, возможно, приведет к победе. В атаке всегда есть шанс нарваться на случайный удар. Противников много. Острых железяк тоже.

Так мы и стояли, отслеживая движения противника. Все были опытными, смотрели на ноги друг друга. Мне было тяжелее, они окружили меня. Я быстро смог проанализировать по движениям и вооружению воинов, что против двуручного они никогда не выходили. Они были вооружены саблями и небольшими щитами, ранее находившимися за спиной. Про шлемы и кольчуги я не говорю, но у троих еще имелись наручи. У них был мизерный шанс справиться со мной, если бы их вооружение дополняли копья или нечто похожее, с длинным древком.

Решив с чего-то начать, я ковырнул носком сапога втоптанный между камней брусчатки камешек и подкинул его, приняв на саблю. Через пару секунд я уже жонглировал четырьмя камешками. Тут старший скомандовал атаку, решив, что я слишком увлекся этим занятием. Я уже давно не сосредотачивался на жонглировании, так что атаку не пропустил, хотя она и была достаточно качественной. Быстро отправив в полет все четыре камешка так, что они попали в лица четырех воинов справа, я рванул к ним. Пока они на мгновение потеряли ориентацию от удара и боли — кажется, одному я попал в глаз, от чего он стал вытекать — провел серию быстрых ударов.

Дезориентированных воинов мне не составило труда дорезать, просто пробежав мимо, коснувшись острой саблей шей и вскрыв сонные артерии. Мало того, я еще успел скрестить клинки с пятым, он первым успел к нам. Приняв его первый удар, я присел и второй саблей ударил по ногам. Одну успел отрубить и задеть вторую. Дальше пришлось отскакивать, меня оттеснили от раненого остальные.

«Минус пять», — мысленно пропел я. Пока мы дрались, раненые истекали кровью, хотя даже с медицинской помощью у них не было шансов. Я знал куда бить. Дальше было веселее. Остальные семь воинов стали отжимать меня от четырех тел и шевелившегося обрубка, я их использовал как препятствия, мешающие вести бой в строю. Этакие мягкие камни.

Работали они уверенно, даже как-то с огоньком. Видимо, решили отомстить за убитых товарищей.

Для меня это был фактически первый бой лицом к лицу с множеством противников. Бой в долине, поединок с подделкой и тренировочные спарринги не в счет, так что я упивался новыми ощущениями. Одновременно я изучал противников.

«Командир их, сразу видно, пороху не нюхал. Да, опыта турнирных схваток ему не занимать… Но реальный бой, через боль, пот и кровь — это другое дело. Хорошо, что я крови не боюсь!»

Дальше была просто тупая рубка. Я часто пользовался ногами, ударом о щит, откидывая то одного воина, то другого. При первом таком ударе я воспользовался неожиданностью и образовавшейся прорехой в строю, воткнув острия сабель в бока воинов, стоящих слева и справа от выбитого, сократив их количество до пяти. Удары пришлись подмышку, пробив кольчугу, так что они не жильцы. После чего едва успел отскочить, остальные не дремали и активно махали своими железками.

Мне быстро наскучило это тупое топтание на одном месте и я, ускорившись, врезался в щиты, отбив в сторону удары двух сабель. Двое воинов отлетели, тут же вскочив на ноги, но уже было поздно, строй распался, разбившись на отдельные схватки. Тут я уже был в своей стихии.

Дальше ничего особо трудного не было, я и двигался быстрее, и оказался более умел в схватке. Закончив с четырьмя оставшимися, я выдернул застрявшую в ребрах одного из воинов саблю и посмотрел на стоявшего и глядевшего на меня исподлобья старшего воина. Его я оставил напоследок.

Дико закричав, он рванул в атаку. Отбив довольно умелый удар в сторону, я возник у него сбоку, ударом ноги сзади под колено свалил его и приставил обе сабли к шее, сделав этакие ножницы из лезвий, и только потом огляделся. Площадь безмолвствовала. Не такого зрелища они ожидали.

Посмотрев на макушку стоявшего на коленях ко мне спиной воина, я сомкнул лезвия, глядя, как по окропленной кровью брусчатке покатилась голова. Сработали «ножницы».

— Боги рассудили наш поединок! — крикнул я ритуальную фразу.

Достав тряпочку, протер лезвия и вернул оружие в ножны, после чего махнул рукой Али и направился к выходу с площади.

Безмолвная толпа расступилась, образовав широкий коридор. Али уже догнал меня, поэтому я спросил:

— Чего это они?

— Они вас не знают, — пожал плечами мальчишка.

— О как?

Остановившись перед образованным коридором, я вскинул руки и прокричал:

— Слава воинам, сложившим свои головы во имя веры.

— Да-а!!! — вскричала толпа, радостно скандируя мои последние слова. Чего им еще надо, зрелище было — вот и радуются. А что чужак? Всякие воины бывают. И черные и желтые.

«Ну все, мосты за собой я сжег, нужно убираться отсюда побыстрее. Пока все идет по плану, должен обо мне слух пойти на Русь. При возвращении мне это ой как пригодится. Главное чтобы не траванули, от железок я еще отмахаюсь, но вот яд в еде не распознаю. Нужно быть осторожнее и быстрее сматываться».