Ближе некуда (СИ) - Леру Юлия

Когда лекция закончилась, Ининджер попросил задержаться тех, кто поедет завтра с ним. Я огляделась вокруг — не так уж и много нас осталось, всего шесть человек. Я. Широкоплечий Малгмар. Улыбчивая Лидилла. Керридар, который ухмыльнулся, поймав мой взгляд. И еще две девушки, имен которых я не помнила.

— Значит, так, — сказал Ининджер, расхаживая между рядами. — Записываем материал на завтра. Теория перемещений — главы с первой по третью. Техника безопасности при контакте с иномирцами. Техника безопасности при прыжке через Ворота. Техника безопасности при работе в Закрытых мирах.

Более или менее я знала только о ТБ при прыжке. Знала, что ступать нужно аккуратно, закрыв глаза, чтобы не ослепнуть, когда увижу разом свет миллиардов звезд, знала, что проходить можно только через стабильные Ворота, или Ворота, скорость исчезновения которых равна скорости их полного открытия, умноженной на два.

Остальные две главы я пропустила. И все из-за этих проклятых кошмаров. Я сделала пометки в тетради, надеясь, что успею послушать параграф — поскольку на клинописи Белого мира я не читала, мне досталась аудио-версия учебника — хотя бы сегодня. Технику безопасности я научилась уважать еще в своем институте. Подобные дисциплины зря не придумываются, тем более, это касалось такой важной вещи, как перемещение между мирами. Обязательно нужно выучить.

— Далее. Астрофизика Дайтерри. Биология дайт. Религия государства Литвайя. Особенности политеса. Я надеюсь, никому не придет в голову при них говорить о деревянной мебели и кострах.

Я записала все пункты. О них я тоже почти не имела представления. Конечно, я исправно записывала, что говорили учителя, но запомнить и не пыталась. Просто не могла сосредоточиться на чем-то, кроме своих снов.

Ладно. Впереди у меня была вся ночь. Я подчеркнула астрофизику и религию — их я должна была выучить по учебнику. Биология дайт все-таки немного отложилась в памяти. Я помнила о том, что это древесные люди, жизнь, развившаяся из разумных растений. Они жили в мире, полном света и тепла, размножались почкованием и не имели института семьи. Деревни строили из мха и окружали кошачьей травой — растением, которое ночью выполняло роль самого сурового стража. Я знала, что они приручили местную форму фауны — диких птиц, и пользовались ими в качестве транспорта.

Остальное предстояло выучить.

Ининджер произнес напутственное слово. Мы должны были собраться во дворе школы, куда будут поданы автобусы для каждой из групп. Нам предстояло отправиться в путь на желтом автобусе. Предлагалось одеться потеплее и взять с собой набор путешественника по Дайтерри: легкую тунику белого или коричневого цвета, сандалии, накидки на головы. Нас покормят уже после перемещения. Новичкам завтракать не рекомендовалось во избежание желудочных проблем при первом прыжке.

Ининджер также напомнил некоторые правила касательно запретов на перемещение.

Запрещалось проносить с собой в Дайтерри и иные миры с растительными цивилизациями украшения из дерева и камня, книги, изделия из бумаги и металла.

Запрещалось проносить с собой в любой Закрытый мир технологические новшества, средства связи и времяисчисления, а также учебники, художественную литературу, только если она не была написана на языке этого мира, еду и питье.

Запрещалось проносить через любые Ворота животных и растения. Запрещалось посещать миры в состоянии лихорадки либо ранее, чем через десять дней после последнего повышения температуры, в острой стадии любого заболевания, при беременности.

Еще раз напомнив о технике безопасности, Ининджер, наконец, смилостивился и отпустил нас по домам.

Уже на пороге дома я услышала жизнерадостный голос Аргенты — он рассказывал тетушке, что Ининджер в конце лета решил все-таки вернуться на пост советника Владыки, правда, ненадолго, чтобы подготовить своего преемника.

— И кто же им будет? — спросила тетушка. — Эглена?

— Не знаю, — Аргента, похоже, очень интересовался этим вопросом, но не хотел этого показывать. Во всяком случае, в голосе его звучало любопытство, которое он отчаянно, но безуспешно пытался скрыть.

— Наверняка, Эглена, — продолжила тетушка. — Но тогда освободится место Мастера права. Ты не хочешь на него претендовать?

Я вошла в кухню, где они сидели, и Аргента предпочел сделать вид, что вопроса не было. Он приподнялся на стуле и шутливо мне поклонился.

— Рад тебя видеть, Протеже. Готова к первой практике?

Я пожала плечами, слишком измотанная, чтобы изображать любезность.

— Тетушка, вы не возражаете, если я поужинаю у себя в комнате? Мне необходимо повторить все перед завтрашним прыжком.

— Конечно, не возражаю. — Она кивнула. — Ну, вот и еще одна из моих подопечных завтра отправится в первое путешествие. Кажется, только вчера впервые прыгал ты, Аргента.

В голосе тетушки Раштлек, тем не менее, не было ностальгии. Она просто констатировала факт. А вот Аргента был взволнован. Он поднялся, взял кое-что со стоящего рядом стула и подошел ко мне. Я увидела в руках своего Патрона пакет, в котором аккуратной стопкой была сложена белая ткань.

— Я позаботился о наряде, — сказал он, улыбаясь. — Это твоя туника. Там же — сандалии и накидка.

Я догадалась, что размеры ему дала тетушка, и не задала вопросов.

— Дайтерри — интересный мир, — продолжил он, вручив мне пакет. — Я думаю, тебе там понравится. Кто из Патронов вас будет сопровождать?

Я замялась.

— С нами поедет Ининджер, больше, кажется, ни о ком не говорили.

— Хм, нет. Ининджер будет с вами на каждой практике, так как он — куратор Закрытых миров. А кто из Патронов встретит вас там, не знаешь?

— Не знаю.

— Ладно. Уверен, все пройдет нормально. Я буду с вами прыгать на втором курсе, в быстрые миры. Погуляем по кратерам Луны Гикоспарце и искупаемся в банях Сафаег.

Мне бы его энтузиазм.

Нас собрали на школьном дворе рано утром, погрузили в шестиколесные микроавтобусы и повезли к Воротам — каждую группу по отдельности, как и говорил Ининджер, ибо тем, кому Кристалл определил Открытые миры, не попасть было в Закрытые, и наоборот.

Стояла та утренняя духота, которая позже становится невыносимой жарой, и я собиралась уже выскочить из дома в легком брючном костюме, но тетушка Раштлек встала в дверях и сообщила непреклонным тоном, что без ветровки в путь меня не пустит. Пришлось взять. Она хотела дать мне на дорогу еще и пирожков с кагцве, и мне с трудом удалось отговорить ее. Все-таки первый прыжок. От волнения и так крутило живот. Не хватало еще, чтобы меня стошнило сразу после перемещения.

Я влезла в теплый салон автобуса, в котором уже сидели Лидилла и атлет Малгмар, занявший сразу два места. Мы обменялись приветствиями, и я уселась подальше от входа, на место рядом с окном. В кармашке сиденья впереди я увидела несколько пачек с напитками. Здесь, как я уже заметила, бутылками не пользовались. Я даже в магазинах видела только картонные коробки и пластиковые емкости наподобие тех, в которые у нас упаковывают соусы.

Поскольку дорога занимала достаточно долго времени, я предполагала вздремнуть. Легла я вчера совсем поздно, залпом «проглотив» весь заданный материал, и теперь в голове была каша из обрывков уже ставшего обязательным ночного кошмара и вновь обретенных знаний. К счастью, спинки откидывались. Я аккуратно уложила в кармашек пакет с одеждой, накрылась пледом — они лежали на каждом сиденье, и стала ждать остальных.

Наконец, появились Керридар и две девушки. Увидев меня, он приветливо махнул рукой и плюхнулся рядом.

— Привет, Стил. Как делишки? Это от тебя так вкусно пахнет пирожками?

— Дела отлично, — сказала я. — Наверное, от меня. Тетушка Раштлек очень хотела мне дать их с собой в дорогу.

— Жаль, что не взяла. Я бы не отказался.

Он тоже откинул спинку и улегся рядом со мной. Двери закрылись, водитель, усатый молодой человек в униформе, быстро провел перекличку, и мы тронулись.

Кроме нас и водителя в микроавтобусе оказалось еще человек пять, поэтому при желании Керр мог спокойно пересесть на свободное место. Однако он этого не сделал. Наоборот, расположился рядом со мной поудобнее, вытянул ноги и принялся болтать о том о сем. Я сначала отвечала с видимой приветливостью, потом односложно, а потом и вовсе перестала вслушиваться в его болтовню. Его это, кстати, нисколько не смущало.