Книга заклинаний - Жаклин Уэст

– Вы нашли его, ваше величество? Эльдорадо, золотой город?

– Что он несет? – спросил Мортон, даже не понизив голос.

– Просто притворись, что понимаешь, – прошептала Олив в ответ и, глядя в безумно горящие зеленые глаза Харви, ответила: – Возможно, да, нашли. Нам только надо проверить все эти картины.

Харви посмотрел на стопку полотен, распушил усы и стремительно подставил девочке хвост. Та взялась одной рукой за него, а другой – за Мортона, и, пока свеча не еще совсем не догорела, они путешествовали в Иные места и обратно.

Компания бродила по укутанным снегом деревням и по богатым садам, по тихим крестьянским дворам и пустынным долинам. Они забрасывали друг друга снежками, которые рассыпались обратно в сверкающие сугробы, и рвали цветы, которые неизменно возвращались на свои стебли. За ними погналась стая гогочущих гусей, которые оказались далеко не такими мирными, какими выглядели. А у реки, вдоль которой росли плакучие ивы, Олив запуталась в своих ногах и сбила Мортона с его собственных, отчего они оба бухнулись носом вперед в холодную зеленую воду. Вот только книга заклинаний нигде им не встретилась.

Из картины с рекой они выбрались одновременно, но Харви выпрыгнул бодро, Олив вылезла, хлюпая мокрой одеждой, а Мортон – хотя он тут же полностью высох – мрачно хмурясь.

– Я устал, – объявил он, когда Олив принялась выжимать воду из рукавов пижамы, а Харви поскакал обратно на стропила с криками:

– Тянуть фалрепы! Швартовать швартовы!

– Ты не умеешь уставать, – напомнила ему девочка.

– Я устал искать. – Мортон сел на пол и откинулся на свернутый ковер. – Мы все ищем и ищем. Уже каждую картину на этом дурацком чердаке проверили и все равно ничего не нашли.

– Но мы так близко! – сказала Олив. – Я чувствую. – Но даже при неверном свете свечи она ясно видела на лице мальчишки недоверие.

– Откуда ты знаешь?

– Не знаю, просто… просто чувствую. Как будто… как будто меня сам дом направляет.

Мортон посмотрел на нее с таким сомнением, как если бы она сказала, что ей помогает в поисках сэндвич с ветчиной.

Олив вздохнула.

– Может, мы его пропустили? Наверное, надо еще раз проверить эти картины.

– Ну, можешь еще раз проверять без меня.

– Но ведь один глаз хорошо, а два лучше, – возразила Олив. – То есть два хорошо, а четыре лучше. То есть…

– Две головы, – сказал Мортон. – И вообще, если ты так хочешь найти эту книгу, ищи одна. Сел в каноэ – сам греби. Так Люси говорила.

– Что за бред? И кто такая Люси?

– Моя… – начал он и внезапно замолк с озадаченным видом. – Была… моей сестрой…

– Мортон… ты вспомнил ее имя! – Олив вскочила на ноги. Капельки воды застучали по полу. – Ты разве не хочешь найти книгу и узнать, вдруг она поможет нам выяснить еще что-нибудь? Вдруг там есть заклинание, которое поможет вернуть потерянные воспоминания, или сделать компас, чтобы найти пропавших без вести, или еще что-нибудь такое!

Мгновение он размышлял, но когда повернулся к Олив, на лице его стояло очень непонятное выражение.

– Может, тебе лучше его не находить.

– Что?

– Книга принадлежит им, – пояснил Мортон. – Так что… может, тебе лучше его не находить.

– Но МакМартинов больше нет, – возразила Олив. – Ты же это знаешь. Ты был там, со мной.

Мальчишка посмотрел на нее с сомнением, его сжатые губы криво изогнулись.

– Мортон … – начала Олив, но тот вскочил и зашагал к лестнице.

– Я больше не буду с тобой искать, – бросил он через плечо. – И мне кажется, что тебе тоже не стоит. Сэр Уолтер! – позвал он, обратившись к балкам над головой. – Спускайся и отведи меня домой.

– Будет исполнено, сэр Пододеяльник! – Харви слетел с потолка на спинку старого стула, спружинил и приземлился у ног Мортона. Они отправились вниз по лестнице, и у Олив не осталось выбора, кроме как схватить свечу и поспешить следом.

10

Олив так разозлилась на Мортона, что даже не попрощалась с ним. Как только они с Харви полезли в раму с изображением Линден-стрит, девочка отвернулась, поспешила в свою спальню и принялась стягивать мокрую пижаму (рассердившись еще сильнее, когда одна из пуговиц запуталась в волосах). Наконец она надела сухую ночную рубашку и бросилась на кровать. Гершель скатился ей на лицо, и Олив оттолкнула его – немного грубо. Она была настолько рассержена, что даже не заметила отсутствия Горацио.

Ведь они подобрались так близко – так близко, но гримуар снова ускользнул сквозь пальцы. Тяга, которая шла из-за двери чердака, казалась теперь почти неприятной, будто слишком растянутая резинка. В голове мелькнул вопрос, что произойдет, если резинка лопнет.

Олив уткнулась лицом в подушку. Ну и отлично. Завтра она будет искать дальше, одна, без Мортона, если уж он так хочет. Она бы и без Харви искала, если бы могла. Если бы не дурацкие разбитые очки…

Мягкая, глубокая подушка немного приглушала скрипы и стуки старого каменного дома. Не успев оглянуться, Олив уже окунулась в перистый серый туман полузабытья, но в следующую секунду резко вынырнула из сна, перевернулась на спину и в оцепенении уставилась в потолок. Ее что-то разбудило – то, что до сих пор шелестело в голове, будто хвост пролетевшего дракона, словно длинный шелковый шлейф платья.

Девочка смотрела в потолок, а перед мысленным взором ее тускло мерцала картинка, разгоняя туман – все ближе и ближе, и вот уже она почти могла ее коснуться.

Это была книга.

Огромная, тяжелая на вид книга.

Зажатая в крупных костлявых руках.

Она уже где-то видела эту книгу раньше. Она была уверена в этом. Последние клочья тумана разошлись, как разорванные нити паутины, и в следующее мгновение Олив уже точно знала, где искать.

Она вскочила с кровати и стремглав кинулась обратно в коридор. Слабое свечение предрассветного неба окрашивало стены, пол и картины в оттенки синего. Ее собственные руки, когда она потянулась к двери ванной, были бледного, жемчужно-голубого цвета, словно ладони утопленника. Олив нашла свечу и спичечный коробок и на цыпочках прокралась обратно.

– Сэр Уолтер? – прошептала она так громко, как только смогла. – Сэр Уолтер Рэли? Ты меня слышишь?

Из открытой двери розовой комнаты впереди высунулась пятнистая голова Харви.

– Ваше величество?

Олив торопливо зашлепала к нему по ковру.

– Сэр Уолтер, мне кажется, я обнаружила местонахождение… Как ты там его называешь? В общем, я нашла Эльдорито.

– Потерянный город золота? – прошептал Харви в ответ, распахнув зеленые глаза. – Наваждение Орельяны? Погибель Писарро?

– Да, – поспешно подтвердила девочка. – Но мы должны спешить. Нужно успеть до рассвета. Ты отведешь меня обратно на чердак?

– Ах, да, северный перевал. Конечно, ваше величество! Следуйте за мной! – И Харви, развернувшись, шмыгнул во мглу.

Спустя несколько секунд они уже забрались в раму и снова ступили на пыльную чердачную лестницу.

– Позвольте мне исследовать подветренный берег! – объявил кот и бросился куда-то вглубь беспорядка. Олив едва успела расслышать эти слова.

Тянущее ощущение теперь стало еще сильнее и настойчивее. Она глубоко вздохнула, подняла свечу и позволила затащить себя вверх по лестнице, по скрипящему, усыпанному мертвыми насекомыми полу прямо туда, где стоял мольберт Олдоса. Ткань, которой он был завешен, покрывал толстый слой пыли – везде, кроме того места, где когда-то ее касались пальцы Олив. Девочка ощутила волнение от мысли, что долгие годы никто не касался мольберта – и вообще ничего на этом чердаке. Никто, кроме нее.

Олив одной рукой приподняла ткань.

Под ней на мольберте обнаружилось незаконченное полотно. Девочка однажды его уже видела, но все равно вздрогнула. Олив пыталась забыть об этом, но память, должно быть, просто запрятала воспоминание куда-то далеко – быть может, в тот самый захламленный, редко открываемый ящик, где хранились старые номера телефонов вперемешку с правилами каких-то карточных игр и рецептом яблочного пирога. А теперь она снова смотрела на него, сравнивая с картиной, явившейся к ней во сне.

Полотно изображало синюю комнату. На переднем плане на темном деревянном столе лежала открытая рукописная книга. Книгу стискивали две костлявые ладони с длинными пальцами. Это были руки Олдоса МакМартина. Они доходили до запястий, а потом внезапно кончались размытой линией зубчатых мазков там, где были бы предплечья Олдоса, если бы он закончил картину.

Сердце в груди Олив трепетало, как пойманная птица. Это был дневник с заклинаниями. Сомнений больше не было. Олдос создал для него надежный тайник и собирался нарисовать там себя самого, стоящего на страже. Но видно, не хватило времени. Пока она стояла, глядя на книгу, притяжение все крепло и в конце концов стало почти таким же сильным, как гравитация – та сила, что толкает вниз с лестницы, не давая времени схватиться за перила.