Стальная мечта - Норман Спинрад

— В ближайшем будущем нам следует обзавестись подобным средством передвижения, — заявил Феррик Богелю. — Именно так надлежит ездить вождю скорость, шик, класс! На самом деле так надлежит путешествовать любой элитной группе.

— Но нефть ведь чудовищно дорога, — печально заметил Богель. — При нынешнем состоянии дел вся партийная казна уйдет на горючее для газомобиля меньше чем за год.

— Отнюдь нет, если контролировать нефтяные разработки в юго-западном Зинде, — задумчиво пробормотал Феррик.

— Что-о?!

Феррик улыбнулся:

— Я просто размышляю о нашем будущем, дружище Богель. О том будущем, когда первоклассные магистрали свяжут воедино все районы Хелдона, когда даже хелдонец среднего достатка сможет себе позволить такой вот газомобиль. О том недалеком будущем, когда гигантские нефтяные месторождения юго-западного Зинда будут принадлежать нашей стране, и только ей.

Богель судорожно перевел дыхание.

— Твои мечты прекрасны, Феррик Яггер, но это только мечты, — выдавил он.

И вот что ответил ему на это Феррик:

— Действительность, которую несет с собой Новая Эра, далеко превзойдет самые смелые мечты, друг Богель. Это будет героическая действительность. А чтобы претворить мечты в жизнь, мы должны, мы просто обязаны стать расой героев. И когда мы достигнем этого, мы будем жить так, как подобает жить полубогам.

Вскоре и паробус, вслед за умчавшимся вперед газомобилем, въехал под зеленые своды Изумрудного леса. Дорога здесь шла по правому берегу быстрой и чистой речки, чье русло петляло по лесным низинам. Водитель был вынужден снизить скорость примерно до тридцати миль в час, так как дорога теперь изобиловала довольно-таки крутыми поворотами.

Феррик жадно смотрел в окно. Наконец-то он видит вблизи легендарный древний лес.

Никто не мог бы точно определить возраст этих могучих деревьев, что медленно и величаво проплывали за окном паробуса. Могучие, кряжистые стволы возносили вверх раскидистые темно-зеленые кроны. Каждое дерево стояло особняком, на значительном удалении друг от друга. Самым же удивительным было то, что все деревья отстояли друг от друга на почти одинаковое расстояние, нигде лес не редел и не становился гуще. По этому лесу можно было идти в жаркий летний полдень, почти все время оставаясь под сенью крон. Подлесок здесь состоял из невысокого кустарника, то и дело перемежаемого лужайками и участками мягкого зеленого мха. То и дело острый глаз Феррика примечал грибы, росшие здесь в изобилии.

Как не похоже это было на страшные радиоактивные джунгли, покрывающие значительную часть Боргравии и населенные столь чудовищно мутировавшими тварями, что даже у сильного человека при одном их виде выворачивало желудок.

Деревья Изумрудного леса были генетически чистыми. Неведомым образом местный лес в целости и сохранности пережил Время Огня. Радиоактивные осадки не осквернили его почву. Никто не ведал, сколько лет Изумрудному лесу. Он был куда старше Хелдона. Вполне возможно, и его нынешний вид сохранился с доисторических времен — времен, когда истинный человеческий генотип был еще не выяснен. Кстати, согласно некоторым преданиям, человеческая раса зародилась именно в этом лесу.

Хотя, возможно, это только легенда. Но тем не менее во Время Огня именно здесь, в Изумрудном лесу, нашли себе приют и убежище небольшие и разрозненные отряды истинных людей. Изумрудный лес стал их домом. И они охраняли его, истребляя любых мутантов, которым взбрело в голову сунуться сюда. Впоследствии Шталь Хелд — Стальной Герой — объединил отдельные племена истинных людей в королевство Хелдон. Поколения сменялись поколениями, Хелдон непрерывно расширял свои территории, пока постепенно не вышел за пределы Изумрудного леса, очищая прилегающие земли от мутантов и утвердившись в конце-концов в границах, близких к современным. Впоследствии именно сюда, в исконный край своих предков, бежал во время Гражданской войны Зигмарк Четвертый — последний из хелдонских королей. Легенды гласили, что именно здесь он спрятал Громовую Палицу — символ власти хелдонских королей. Согласно тем же легендам, Громовой Палице суждено быть скрытой от людских глаз до тех пор, пока великий воин с чистейшим генотипом, прямой потомок хелдонских королей не найдет вновь это легендарное оружие и заявит свои права на королевский трон.

Сам же Зигмарк Четвертый, скрыв от мира Громовую Палицу, бесследно исчез вместе со своим двором. Тогда же, в седой древности, затерялся и след королевской родословной.

Вообще об Изумрудном лесе ходило великое множество легенд, причем некоторые из них повествовали о мифических временах и народах, существовавших прежде Огня. В хелдонской истории и хелдонском фольклоре Изумрудному лесу отводилось едва ли не центральное место.

Стоит ли удивляться, что Феррик, столько времени отдавший изучению истории фатерлянда, замер в кресле, точно завороженный. Все связанное с Изумрудным лесом: легенды, былины, предания, вперемешку с сухими историческими фактами, — все это проносилось у Феррика в голове.

Подумать только! Ведь они едут через единственный уцелевший островок того мира, что был до Огня! Генетически чистого мира. Какая же колоссальная мистическая энергия должна быть у этого места, если в течение веков оно продолжало оставаться эталоном генетической чистоты. Все, что было сейчас на Земле чистого и здорового, шло отсюда, только отсюда. Сам Хелдон вышел отсюда. А Изумрудный лес как стоял, так и продолжает стоять, служа живым доказательством того, что когда-нибудь и весь остальной мир станет генетически чистым.

— Величественное зрелище, не правда ли? — шепнул ему на ухо Богель.

У Феррика не было слов, чтобы выразить все то, что теснилось в груди. Поэтому он ответил молчаливым кивком. А паробус все больше углублялся в священный лес.

Вскоре после того, как солнце миновало точку полудня, стюардесса разнесла пассажирам бортпаек, состоявший из черного хлеба, холодной колбасы и пива. К этому времени «Изумрудный зефир» уже приближался к самому сердцу леса. Ландшафт за окном сменился, местность стала холмистой, и дорога петляла вдоль подножий заросших лесом холмов. То и дело перед глазами подкрепляющихся пассажиров возникали заяц или красавец олень, стремглав уносящийся прочь, под сень деревьев. Пассажиры, надо отметить, вели себя сдержанно. Никто не вопил, никто не кидался к окнам при виде лесного жителя. За все время пути никто из попутчиков так и не заговорил ни с ним, ни с Богелем. Очевидно, в Хелдоне не принято было докучать незнакомцам. Как не похоже это было на горластых боргравийцев, с их вечным галдежом и непрестанными ссорами, с их вечными приставаниями. Они так и рвались доложить о каждом очередном идиотизме, пришедшем в их слабоумные головы.

Основную массу пассажиров «Изумрудного зефира» составляли представители средних классов, степенные, люди, очевидно, с достатком. Среди них Феррик заметил несколько крестьянских семей, должно быть, на отдыхе. Одеты они были просто, но исключительно чисто и опрятно. Расцветка одежд традиционная для сельчан — сочетание белого, красного, желтого и голубого. На глаза Феррику попались и несколько человек, одетых побогаче. Это были торговцы, путешествующие вместе со своими женами. В дополнение к ним, в паробусе находились еще несколько респектабельного вида людей, мужчин и женщин, чей род занятий Феррик так и не смог определить.

В салоне царило торжественное молчание, лишь изредка нарушаемое приглушенными и несколько торжественными возгласами. Должно быть, лес навевал это настроение, обступая со всех сторон дорогу, по которой бежал паробус. Все вокруг было пропитано флюидами первобытной мощной жизненной энергии; все так и дышало седой и славной стариной.

Только мутант или бездушный доминатор мог бы решиться разрушить мистическую атмосферу этого места громкой болтовней.

— Знаешь, Богель, я чуть ли не телом ощущаю, сколь великая сила исходит от этих мест, — тихо проговорил Феррик. — Здесь я явственно испытываю, сколь неотъемлемо я связан со славной историей нашей расы… Я буквально слышу голос своих генов, и он, этот голос, поет мне саги о наших генетических предках.

— Да, странные леса, — согласился Богель. — И люди, доныне живущие здесь, — они тоже странные — охотники, кочующие с места на место, собиратели грибов и трав, разбойники. А если верить старинным преданиям, среди них встречаются и адепты Черного Искусства, что дошло еще с Доогненных времен.

Феррик ухмыльнулся:

— Ты что, боишься лесных колдунов и троллей, а, Богель?

— Во всю эту сверхъестественную чушь я не верю, — отозвался Богель. Однако горсточка древних выжила в древних лесах во время Огня — это исторический факт. К тому же они жили здесь достаточно долго, чтобы успеть изготовить Громовую Палицу для Шталя Хелда. А ведь тот жил много поколений спустя после Огня. Так что, уважаемый генсек, вынужден признать, мне что-то не по себе делается при мысли о том, что где-то в этих глухих местах сидят сейчас дальние потомки древних кудесников, изыскивая способы вновь ввергнуть мир в Огонь. И это при том, что я прекрасно понимаю, что никаких злых волшебников не существует.