История шпионажа - Санш Де Грамон

Дело Джулиуса и Этель Розенбергов стало последним, окончательно потрясшим общественность США. Хотя вина Розенбергов была доказана, им пришлось пережить еще больше из-за того, что их дело оказалось на самом гребне волны гнева американского общества. В памяти людей супруги Розенберг навсегда останутся либо «шпионами, укравшими атомную бомбу для русских», либо «невинными мучениками, павшими во время охоты на ведьм». Однако они не были ни теми, ни другими.

Тот факт, что Джулиус и Этель стояли в центре организации, похищавшей информацию об атомных разработках, доказан полностью. Однако большинство экспертов указывало на абсурдность обвинений в похищении атомной бомбы. Но судья Ирвинг Р. Кауфман, приговоривший супругов к смерти, подчеркивал, что они «передали русским секреты атомной бомбы задолго до того, как русские сами смогли бы ее создать», и, по его мнению, «этот факт уже вызвал коммунистическую агрессию в Корее».

Наиболее плачевным последствием совместной работы атомных шпионов (Мэй, Фукс, Понтекорво, Розенберги) стало «возможное ускорение на полтора года советской атомной программы», как следует из доклада Объединенного комитета конгресса по атомной энергии, сделанного в 1951 году. Это, хотя и не является незначительным нарушением, все же нельзя сравнивать с похищением атомной бомбы. Далее в докладе говорится, что подобное ускорение «вовсе не подразумевает невозможности создания Советским Союзом атомной бомбы своими силами», то есть без помощи шпионов. В связи с этим вспоминается тот факт, что США испытали свою первую бомбу в июле 1945, а СССР — только в сентябре 1949 года.

Еще одним человеком, развенчавшим миф о возможности похищения атомной бомбы, стал Нобелевский лауреат Гарольд Юри. «Для этого потребуется восемьдесят или девяносто томов материалов, которые сможет прочитать только ученый или инженер, — сказал он. — Даже если кто-либо может достать такую информацию, ее можно быстрее получить, работая в лаборатории».

Эдуард Теллер, сыгравший ключевую роль в создании водородной бомбы, писал в статье, опубликованной в газете «Нью-Йорк таймс» 13 ноября 1960 года:

«Я полагаю, что русские ученые создали бы атомную бомбу и без помощи шпионов. Русские обладают всеми возможностями, чтобы раскрыть секреты природы и затем эффективно их использовать; скорее всего нет такого направления в науке, которым бы не занимались в России… основные принципы (бомбы) были опубликованы в докладе Смита в начале 1945 года… На Женевской конференции по мирному использованию атомной энергии, проходившей в 1955 году, мы сами раскрыли несколько частей, обязательных для производства реакторов. Нет причин полагать, что страна, заинтересованная в создании своего атомного оружия, не сможет этого сделать, потратив определенное количество средств и времени».

Розенберги были виновны, но их вина была признана не в то время, они стали своего рода жертвами катарсиса[8] — их смертная казнь была искуплением правительства за тридцатилетнее безразличие к шпионажу. За четыре года до этого проходило малоизвестное слушание дела лейтенанта советского ВМФ, обвинявшегося в попытке приобрести информацию об атомных испытаниях на полигоне Бикини. Лейтенанта Николая Редина выследили агенты ФБР, которые видели, как он получал информацию от американского связного. На суде этот человек признал, что продал Редину информацию, но сказал, что это были данные, которые можно найти в библиотеке. Прокурор предупредил присяжных, что «если они вынесут приговор „не виновен“, то признают лжесвидетелями офицеров ФБР, что может привести к нежелательным последствиям». Присяжные заседали 10 часов и вынесли оправдательный приговор. Это было в 1946 году.

Потребовалось всего четыре года, чтобы шпионаж стал самым серьезным преступлением. Во время суда над Рединым судья Ллойд Л. Блэк не воспринимал слушание серьезно: «нет ни одного факта, свидетельствующего о том, что Кремль проинструктировал Редина похитить секретную информацию. Не подтверждается также, что Кремль знал, что он был в Америке. Мне жаль, что честь настоящего суда ставится под угрозу столь экстравагантными требованиями». В деле Розенбергов также не было свидетельств о причастности Кремля или самого Сталина к их деятельности, но это не спасло их от смерти. Американские суды сделали обычными жестокие приговоры в делах о шпионаже. 7 августа 1961 года был приговорен к пожизненному заключению Роберт Соблен, брат шпиона Джека Собла. Соблену был 61 год, он болел лейкемией. Приговор, вынесенный ему, звучал как ирония, потому что доктора говорили, что он проживет не больше одного года. В суде так и не было определено конкретно, какие секреты Соблен передал Советскому Союзу во время Второй мировой войны, за пятнадцать лет до суда над ним (напомним, что «закон Розенбергов» отменил срок давности в делах о шпионаже). Федеральный судья Уильям Б. Герландс объяснил, что «суровость приговора должна соотноситься с серьезностью преступления обвиняемого. Похищение и передача кому-либо секретной информации об американской обороне может подвергнуть опасности жизни всех американцев. Такое преступление аналогично организации массового убийства».

Это дело характерно для того подхода к делам о шпионаже, который практиковался Министерством юстиции, — он заключался в обвинении в заговоре. Розенберги, Джудит Коплон, Рудольф Абель и Собл были признаны виновными в организации заговора. Денис Ноуэл Притт, британский адвокат, писал в своей книге «Свидетельствуют шпионы и информаторы»:

«Преступление заговора начинает существование с того момента, когда двое или больше людей договорились в любой форме, устно или письменно, совершить преступление. В этом случае обвинению не нужно доказывать, было ли совершено само преступление или были предприняты какие-либо шаги к его совершению. Таким образом обвинить человека в организации заговора гораздо легче, чем в совершении любого другого преступления, потому что нужно собрать меньше доказательств; а предрассудки или волнение присяжных могут привести к обвинительному приговору на основании простого утверждения того, что обвиняемые вступили в сговор, в то время как при попытке доказать само преступление суд скорее всего вынесет оправдательный приговор в связи с недостаточностью улик.

В сложившейся ситуации неудивительно, что во всех странах во времена напряженности представляется очень много обвинений в заговорах, многие люди обвиняются в этом и приговариваются к заключению, хотя против них очень мало свидетельств и их нельзя обвинить в совершении других преступлений».

Избавившись от слабой системы безопасности, правительственные организации стали чересчур осторожными. Ученые, занимавшиеся атомными проектами, рассказывали сотни анекдотов об абсурдных и неэффективных мерах, связанных с ее обеспечением. Например, говорится, что офицеры, охранявшие секретность в лаборатории в Саванне, штат Джорджия, которая занималась разработкой водородной бомбы, получили приказ вычеркивать из писем все упоминания о водороде. Тем не менее жена кого-то из ученых получила одно из писем нетронутым. В нем говорилось: «Дорогая, мы работаем над таким секретным проектом, что я ничего не могу рассказать тебе о нем. Я даже не могу назвать главный компонент, хотя если ты соединишь две части его с одной частью кислорода, то получишь воду».

ЦРУ, основанное в 1947 году, стремилось найти исторические доказательства существования разведки в США. В первом абзаце его брошюры говорится, что «Соединенные Штаты занимаются разведкой еще со времен Джорджа Вашингтона, хотя эта работа систематизирована только после Второй мировой войны».

Сам Вашингтон и не знал, что дает основания для подобного заявления своим письмом Джону Хэнкоку, датированным 26 июля 1777 года:

«Необходимость обеспечить надежную разведку ясна и не нуждается в дальнейших обсуждениях. Единственное, что можно добавить — пожелание сохранить всю эту деятельность в тайне. Именно от секретности зависит успех большинства подобных мероприятий, в то время как ее отсутствие приведет к провалу, вне зависимости от того, насколько хорошо все спланировано».

Это и еще семь писем выставлены в главном зале ЦРУ.

Избавившись от ярлыка «антиамериканской», разведка получила благословение отцов-основателей государства. У генерала Вашингтона была целая сеть разведчиков за вражескими линиями. Он не получал платы за руководство армией, а вел книги, которые помогли бы ему впоследствии возместить убытки. Среди его счетов можно найти следующую запись: «Пять гиней выдано на расходы и как вознаграждение жителю Джерси за доставку корреспонденции через линию фронта».

Таким образом, ЦРУ перестало обращать внимание на традицию, считавшую шпионаж делом бесчестным, о чем Эддисон сказал, что «если человек способен на такое позорное дело как шпионаж, значит, он будет хорошо работать только за вознаграждение».