Дочь от другой. Развод в 50 - Виктория Борисовна Волкова

пожалуйста. Нельзя ее сейчас одну оставлять. И про развод забудь. Слышишь? Сейчас важно держаться вместе. Не надо никуда из родного дома уезжать. Нехорошо это.

– Знаешь что? – не выдерживаю. – Рем меня и так унизил. Так я еще должна протащить его дочку через весь медицинский центр. Всем на потеху объявить о прибавлении в семействе? Радостно представить приблуду? Опустить себя ниже плинтуса, да? Ты себя на мое место поставь. Ты же руки не подашь падшему человеку, не уронишь репутацию.

– Да, западло, – соглашается со мной Чебук.

– А почему я должна? Под забором родилась, что ли?

– Рем один не справится, Валюх, – заявляет горестно Чебуков.

– Я повезу девочку в Москву. Там врачи лучше, чем у нас, – тараторю как заведенная. Поглядываю на водителя и охранника. Но они что-то обсуждают лениво и не обращают на меня никакого внимания.

Знают, наверное!

– Валь. Да ты все правильно обосновала. Уболтала меня. Наверное, в Москве тебе будет спокойнее. А я охрану подгоню. Не отказывайся, – заявляет Чебуков на прощание.

– Хорошо, – соглашаюсь нехотя. – Я уже приехала, Слава. Не могу говорить. Береги себя.

– И ты, Валюха. Номер себе запиши. Если что надо, звони. Поняла?

– Да, – бурчу недовольно. На автомате сохраняю контакт и точно знаю простой и непреложный факт.

Я никогда не позвоню Чебукову. Никогда!

На крыльце медцентра меня уже ждут Вера и Павел.

– А малышку с кем оставили? – целую в щеку подругу. Киваю ее мужу.

Думаю, как предупредить Веру. Если Чубук чем-то интересуется, значит, неспроста. А интерес криминального авторитета к законопослушным гражданам ничем хорошим не заканчивается.

«Завод. Его интересует завод!» – догадываюсь запоздало.

– Павел, вы тут посидите, – киваю на красные кожаные кресла. – А мы с Верочкой пока все оформим. И подойдя к окошку регистратуры, закрытому шторкой, стучу негромко.

– Окно не работает, – слышится противный женский окрик.

– Аня, открой, пожалуйста, – прошу тихо.

– Валентиночка Сергеевна, – открывает шторку толстая румяная девица. – Вы уже из отпуска вернулись? Как отдохнули?

– Отлично, – натягиваю на лицо чахлую улыбку. Диктую заведующей регистратурой назначения и, взяв листок бумаги и ручку, прямо на стойке пишу Вере.

– Мне звонил Че. Одноклассник наш. Про Юру сказал. Ты уже знаешь? – давлю взглядом.

– Да, Герцогиня вчера сообщила. Допрыгался Лужан, – кивает Вера. – На, держи, – достает связку ключей от квартиры. – Я уже дала указания домработнице. Она вас встретит. Заодно покажет, каким ключом что отпирается. Юра там наворотил, конечно, – усмехается криво.

– Жалко его. Хотя сам виноват…

– В последнее время он сильно изменился. Понимаешь? А при разводе вообще с катушек слетел, – добавляет Вера и косится на регистраторшу. А та деловито печатает, но ушки греет.

– Спасибо, Анечка, – забираю документы. Вера расплачивается. Возвращаемся к Павлу. Все вместе проходим через рамки, предъявляем пропуск охране.

– Нам на второй? – вздыхает Павел.

– На третий, – мотаю я головой.- Лучше воспользоваться лифтом.

Нажимаю на кнопку. Здороваюсь с кем-то из коллег. И резко поворачиваюсь к двери. Натыкаюсь на изучающий чуть насмешливый взгляд глубоко посаженных глаз. Человек тут же отворачивается. Смешивается с посетителями.

А меня словно током прошибает.

Глава 14

– Валь, ты чего? На тебе лица нет, – кладет мне руку на предплечье Вера. – Что случилось?

– Да нет, все нормально. Просто показалось, – стараюсь улыбнуться, а не получается. Из глубины души поднимаются воспоминания. И я чувствую себя овцой, которую ведут на заклание.

Леон. Чтоб ему провалиться! Откуда он взялся через столько лет?

– Он тебя больше никогда не побеспокоит, – убеждал меня Рем. Ошибался?

Да не мог он ошибиться!

А вот я обознаться – запросто. Нервы и так на пределе.

– Так, сначала к неврологу, – выйдя из лифта, киваю на кабинет слева. – Присаживайтесь. Я халат надену и вернусь.

Открываю свой кабинет. Бездумно пялюсь на табличку «Эндокринолог Лактомская В.С.». И войдя к себе, безвольно кидаю сумку на кушетку.

Неужели это был Накосов? Даже в страшном сне не могу представить нашу встречу. И почему именно сейчас, когда я развожусь с Ремом? Откуда он взялся спустя годы?

– Я начну с дальнего круга, чтобы ты понимала. На каждый твой отказ буду наказывать кого-то из твоего окружения, пока ты не поймешь… Тебе некуда бежать. Ты моя, Алента. И всегда будешь моей, – словно наяву слышу вкрадчивый голос.

Снова чувствую его ладонь, скользящую по моей шее. Другая медленно движется по бедру. Я дергаюсь. Даже во сне мне снится этот урод.

Но раньше всегда на помощь приходил Рем. Когда я кричала от кошмаров по ночам, обнимал, шептал ласковые слова и убаюкивал как маленькую.

А сейчас… Даже не знаю, что мне делать.

«За границу уеду. В тот же Дубай. Вылечу Ренату и свалю», – убеждаю саму себя. Повесив пиджак в шкаф, надеваю халат, цепляю бейджик и звоню подружке-неврологу.

– Кать, у тебя под дверью сидит Зимин. Это от меня клиент. Ты вызови. Я сейчас подойду.

– Хорошо, Валечка, – весело отзывается коллега. Дает указание медсестре вызвать пациента. Выхожу из кабинета, иду к Вере и Паше.

– Сейчас наша очередь, – замечаю тихо. – Доктор направит на КТ и на анализы. Все сделаем ЦИТО. А потом нужно будет вернуться. Катерина Дмитриевна выдаст заключение.

– Валя, что бы мы без тебя делали? – вздыхает Вера. – Вот уедешь ты…

– Любой другой врач подхватит мой маленький бизнес, – улыбаюсь я.

– Да подхватить не проблема, – морщится от боли Павел. – Ты как дирижер, Валя. Везде за ручку отведешь, а потом еще сама посидишь-покумекаешь над полученными результатами. Я сколько раз сюда приходил. Сдаешь кучу анализов, до фига диагностики пройдешь. А потом в одно целое соединить результат некому. Каждый про свое говорит…

– Китайцы лечат организм целиком. А мы отдельно правую руку и левую ногу, – улыбаюсь печально.

Смотрю вдаль по коридору и снова вижу знакомую фигуру.

Не может быть! Господи, не допусти! Почему Накосов мне мерещится? Совсем нервы ни к черту.

«Может быть, защитная реакция организма», – размышляю, вместе с Верой и Павлом, входя в кабинет невролога.

Вполуха слушаю доктора и отвлекаюсь на эсэмэску.

«Мам, я подъехал. Жду тебя на парковке центра. Как