Разлюбить князя (СИ) - Ирма Хан

снял футболку, и Марина с Артуром увидели несколько порезов у него на груде, плечах и животе. — А это? — он вынул из рюкзака футболку, на которой остались явные порезы от ножа и засохшие бурые пятна крови. — Я надеюсь, что Тане удастся вырваться каким-то образом из того мира, но не уверен, что она найдёт дорогу назад. Поэтому я и заявил в полицию. Пусть в поиске будут участвовать как можно больше людей. Ну, что? Вы-то готовы поехать со мной?

— Конечно! — Марина подошла к Максу. — Прости… Я сама не знаю, что говорю… — дотронулась до его руки. — У меня в голове каша… другой мир… князья… и Танюшка моя пленница… Господи, что же с ней там происходит сейчас? — всхлипнула она.

— Готовы, готовы. Иначе, зачем бы мы сюда приехали? — согласился Артур с женой. Он подошёл к ней, обнял за плечи. — Мариша, соберись! Тут слезами горю не поможешь. Давай, малыш, бери себя в руки.

Когда они подъехали к кладбищу дольменов, то увидели, что несколько человек ходят по склону.

— Волонтёры, — сказал Максим.

— Ну и где эти Врата? — повертела головой Марина.

— Их отсюда не видно. Надо подняться намного выше и пройти в лесок.

Они поднимались и спускались, уходили то в одну сторону, то в другую. Углублялись в редкий лесок. Проходили через Врата.

— Смотрите, — Макс показал на влажную землю. — Вот тут наши следы. Вот… У Тани ножка маленькая, видите? И тут её следы есть, а тут, — он прошёл через дольмен, — нет. Мои — есть, а её — нет.

— Ты тут так натопал… Хотя… Знаешь, ты прав. Если есть твои следы на той стороне, то должны быть и её…

Уставшие и голодные, через несколько часов безрезультатных поисков, они стали спускаться к машине. Когда вошли в дом тёти Кати, то их там ожидал лейтенант Величко.

— Ну, что? Как поиски?

— Безрезультатно, — угрюмо сказал Максим.

— А я вот знаете, что подумал? Может, и не потерялась ваша Таня? Может, дома уже давно, а?

— Если бы она и поехала куда, то только к нам. У нас её нет. К тому же вещи её все здесь. — Сказал Артур.

— Так, может, ты её… того?.. — Величко провёл по горлу ребром ладони. — «Бритвой по горлу и в колодец»?

— Вызывайте собак. Пусть они ищут. Может, найдёте место, где я её закопал. — С сарказмом произнёс Макс.

— Это можно считать признанием? — опять вкрадчиво спросил Величко. Такая уж у него была манера разговора.

— Послушайте, лейтенант. Что Вы ерунду городите? Я понимаю, что вам в отделе висяк не нужен, но границы не стоит переступать. — Встал рядом с другом Артур.

— А это у нас тут кто такой умный?

— А это у нас капитан Басов. — Артур сунул под нос Величко своё удостоверение.

— Прокуратура, значит? Ну, ну… — поджал тот губы.

— Послушайте… Ваш подполковник говорил, что давно был похожий случай… — припомнил Макс.

— Раз говорил, значит, был, — нехотя согласился лейтенант.

— Какой случай? — встрепенулся Артур.

— Да такой же. Около двадцати лет назад тут тоже девушка пропала, а потом нашлась. Я-то тогда ещё под стол пешком ходил, а подполковник Ильин это дело хорошо помнит. Ладно, пошёл я. Жду вас всех завтра в отделении. Надо пару вопросов под протокол. — И Величко, отсалютовав, ушёл.

— Ты ничего не говорил про тот случай.

— Не успел. Так же, как с тётей Катей поговорить не успел.

— А тётя Катя тут причём?

— Так девушка в её гостевом доме останавливалась. Тогда он ещё не такой шикарный был, но комнаты она сдавала…

— Да, что рассказывать-то? — всплеснула руками тётя Катя. — Приехали студенты из Краснодара на красоты наши полюбоваться. Компания большая. Я сейчас точно и не скажу, сколько их было… Может, восемь, может семь… Не помню. Ну, вот так же, как Таня с Максом гуляли тут. На Кизинчи ходили. Шашлыки на речке жарили. Отдыхали, в общем. А потом решили на это кладбище дольменов сходить. И девушка эта… Ольга, кажется… точно, Ольга, тоже потерялась. Нашлась потом через пару лет, но ничего не помнила — где была, с кем? Как жила? Вот и вся история. Когда Макс-то про Таню сказал, мне прямо не хорошо стало. Словно в прошлое вернулась…

— А почему ты мне не рассказала про эту Ольгу?

— А что бы это изменило? — глубокомысленно спросила женщина. — Вы, вот что, ребята, давайте-ка ужинать и спать. Утро вечера мудренее. Завтра встанете пораньше и на поиски пойдёте. Вдруг повезёт…

— Сначала к Величко, потом на поиски, — вздохнул Макс.

— Значит, Ольга… — подул на чай Артур. — Будем эту Ольгу искать. Не просто так она говорила, что не помнит ничего. Видно, боялась сказать правду, что бы её за сумасшедшую не приняли.

— Да где теперь найдёшь эту Ольгу? — в сердцах Макс поддал ногой стул.

— Тихо, тихо… Мебель не ломай! Может и не найдём, но попытаться надо. Я, когда завтра с тобой в полицию пойду, переговорю с этим подполковником. По архивам пошарю. По своим знакомым пройдусь. У моего приятеля сестра в Краснодаре живёт, так у неё муж — наш коллега. Мент менту глаз не выклюет, — хохотнул Артур. — Короче, если эта Ольга из Краснодара не уехала — найдём, не сомневайся.

Часть 2 глава 7

Они поднялись по лестнице на второй этаж. Князь открыл перед Таней дверь, и она оказалась в большой спальне.

— Проходи.

В изголовье широкой кровати стояли высокие подсвечники. В комнате царил полумрак, потому что не все свечи горели. В этом полумраке ослепительно белели простыни.

«Как же они достигают такой белизны?» — совсем не к месту подумала Таня, подходя к кровати. И посмотрела на Буршана:

— А ночная рубашка для меня есть?

— Ночная рубашка? — удивлённо спросил князь.

— Это одежда для сна. Или ваши женщины спят без них?

— Я знаю, что такое ночная рубашка. Только зачем нужна одежда для сна такой сиятельной красавице? Разве можно скрывать такое прекрасное тело? — Буршан протянул к ней руку и снял лямку сарафана с её плеча.

Таня отступила назад:

— Может, хватит на сегодня?

— Не хватит, сиятельная Таня. Ты слишком хороша, что бы тобой можно было так быстро насытиться.

Но Таня продолжала отступать назад. Буршан резко рванул её на себя. Раздался треск, и тонкая ткань блузы порвалась.

— Буршан… — Таня расстроено смотрела на рукав. Порванная ткань свисала с плеча. — Зачем?..

— Я, кажется, говорил, что слово «нет» для тебя не существует? У тебя плохая память? Или ты плохо слышишь? — с этими словами он стал срывать с неё сарафан.

— Подожди! Не надо портить такую красивую вещь.