Режиссёр из 45г - Сим Симович

Директор кивнул медленно:

— Правильные слова. — Он откинулся в кресле. — Знаете, товарищ Леманский, я двадцать лет в кино. Видел разных режиссёров. Одни хотят славы. Другие — денег. Третьи — власти. Но самые лучшие — те, кто хочет дать людям что-то настоящее.

Михаил Сергеевич вернулся с подносом — два стакана чая в подстаканниках, сахар, баранки. Поставил на стол, вышел, прикрыв дверь.

Борис Петрович взял стакан, отпил:

— У вас есть идея для фильма?

— Есть. Короткометражка. Лирическая комедия. Про демобилизованного шофёра и девушку-почтальона. Встречаются случайно, влюбляются, всё путают, теряют друг друга, находят снова. С музыкой. Легко. Светло.

— Бюджет?

— Минимальный. Натурные съёмки, непрофессиональные актёры, своя команда. Тридцать минут хронометража.

Директор слушал, кивал. Потом спросил:

— А идеология где?

Владимир напрягся. Вот оно. Соцреализм, партийность, всё такое.

Но Борис Петрович усмехнулся:

— Шучу. Расслабьтесь, товарищ Леманский. Я не из тех, кто требует в каждом кадре портрет вождя. — Он помолчал, потом добавил серьёзно: — Но запомните: кино должно быть честным. Не лживым. Не фальшивым. Если снимаете про любовь — пусть будет настоящая любовь. Если про радость — настоящая радость. Понимаете?

— Понимаю.

— Вот и хорошо. — Борис Петрович открыл папку, достал бумаги. — Даю вам небольшой бюджет. Плёнка, костюмы, декорации — по минимуму. Команду соберёте сами. Срок — три месяца. К сентябрю хочу увидеть готовую короткометражку. Если понравится — дам полный метр.

Владимир почувствовал, как сердце забилось сильнее.

— Спасибо, товарищ директор.

— Рано благодарить, — Борис Петрович усмехнулся. — Работа предстоит тяжёлая. Плёнка дорогая, каждый метр на счету. Ошибки стоят денег. Команда — ваша ответственность. Справитесь?

— Справлюсь.

Директор посмотрел на него долго, оценивающе. Потом кивнул:

— Верю. Во фронтовиках есть стержень. Знаете, что такое довести дело до конца, несмотря ни на что. — Он встал, протянул руку. — Удачи, товарищ Леманский. Снимите хорошее кино.

Владимир пожал руку — крепко, уверенно:

— Сниму.

— И ещё, — Борис Петрович остановил его у двери. — У нас на студии есть правило. Мы — семья. Большая, шумная, но семья. Помогаем друг другу. Не стесняйтесь спрашивать, если что-то непонятно. Михаил Сергеевич покажет студию, познакомит с людьми.

— Спасибо.

Владимир вышел в коридор. Ноги будто не держали — адреналин, волнение, радость. Он получил свой фильм. Свой первый настоящий фильм.

Михаил Сергеевич ждал у двери:

— Ну что, одобрил?

— Одобрил.

— Поздравляю! — помощник улыбнулся. — Пойдёмте, покажу студию, познакомлю с народом. А там и за работу приметесь.

Они пошли по коридорам. Михаил Сергеевич говорил, показывал, объяснял:

— Вот монтажная. Там Катя работает — лучший монтажёр на студии, молодая, но талантливая. Вот костюмерная — Вера Дмитриевна заведует, строгая, но если понравитесь, горы свернёт ради вас. Вот павильон номер три — там сейчас Семён Семёныч снимает драму, можете зайти, посмотреть...