Дар - Джулия Гарвуд

Дядя выбросил вперед руку, чтобы ударить ее, но Сара легко увернулась. Она попятилась и сразу же наткнулась на что-то твердое. Когда она повернулась, то обнаружила, что окружена несколькими мужчинами весьма подозрительного вида, к тому же крайне нуждающимися в хорошей бане.

Они были настолько загипнотизированы красотой юной леди, что совсем не замечали Натана. Он видел, что они поглощены похотливыми желаниями и забыли о всякой осторожности. Но очень скоро они, безусловно, поймут свою роковую ошибку. Натан прислонился к закрытой двери и ждал повода вмешаться.

Повод нашелся быстро. Как только первый негодяй схватил Сару за руку, Натан издал гневный рык. Звук получился глубокий, гортанный, оглушительный и очень эффектный. В таверне все замерли, все, кроме Сары. Подпрыгнув от неожиданности на целый фут, она стремительно повернулась на звук.

Если бы у нее не перехватило горло, она бы закричала. С большим трудом она пришла в себя. Когда Сара увидела огромного мужчину, стоявшего в дверях, колени ее непроизвольно подогнулись, и, чтобы не упасть на пол, она ухватилась за край стола. Сердце громко колотилось в груди, и она испугалась, что просто умрет сейчас от страха.

Боже, что это? Нет, не что, поправила она себя. Кто? Кто он? Она почти теряла сознание. Это был мужчина, да, мужчина, но такой огромный и свирепый на вид, каких она еще никогда не видела. О Боже, он стоит и смотрит прямо на нее.

Он поманил ее к себе пальцем. Сара отрицательно покачала головой. Он тоже подал знак головой.

Комната поплыла у нее из-под ног. Но ей нужно взять себя в руки. Она пыталась найти в этом человеке какие-нибудь черты, которые не пугали бы ее так отчаянно. Вдруг она почувствовала, что кто-то вцепился в ее руку. Не спуская глаз с великана, взгляд которого притягивал ее, она высвободила руку.

Огромный человек выглядел в отличие от остальной местной публики чистым и аккуратным, словно недавно вышел из ванны. Волосы его тоже были чистыми. Они были цвета темной бронзы, впрочем, как и лицо и руки. «Господи, – думала Сара, – у него такие мускулистые руки и бедра. И еще эти облегающие штаны, нескромно подчеркивающие его мужские достоинства». Сара не могла не заметить, что одежда его была вполне приличной. А злодеи в ее представлении всегда бывают одеты в рваные, отвратительно пахнущие лохмотья. Вот так, путем совершенно нелепых умозаключений, она пришла к выводу, что этот человек не мог быть разбойником. И это придало Саре силы. Теперь она могла вздохнуть спокойнее.

«Да, несомненно, он не может быть злодеем, – размышляла она. – Скорее всего он военный, офицер, – решила она, делая окончательные выводы, а еще ей подумалось, глядя на его длинные волосы, что он очень напоминает древнего викинга. – Да, каким-то непостижимым образом этот древний воин, этот варвар перенесся сюда из своего давнего времени».

Потом она поняла, что рассудок уже отказывает ей. Зеленоглазый воин снова сделал ей знак подойти к нему. Она оглянулась, чтобы убедиться, что он зовет именно ее. Позади никого не было. Он обращался именно к ней.

У Сары заныло где-то в животе. Она зажмурилась и снова открыла глаза. Но он не исчезал. Она затрясла головой, чтобы прогнать это потустороннее видение.

Он снова поманил ее пальцем и наконец произнес:

– Подойди ко мне.

У него был низкий властный и надменный голос.

«Господи, помоги», – подумала Сара и пошла к нему.

И только когда она оказалась рядом, вокруг началось светопреставление. Свист хлыста рассек воздух. Уши Сары заложило от крика глупца, который посмел прикоснуться к ней, когда она проходила мимо. Она даже не взглянула в его сторону, потому что просто не видела ничего. Ее взгляд был прикован к человеку, который упорно и методично крушил таверну.

Казалось, это была какая-то свирепая игра. Но каждый взмах его руки вызывал у присутствующих долгое и в буквальном смысле неизгладимое впечатление.

Сара успела еще заметить, что чем ближе она находилась от этого человека, тем свирепее становилось его лицо. Очевидно, воин был в плохом расположении духа. И она решила, что будет повиноваться ему до тех пор, пока окончательно не придет в себя. Потом она выскочит наружу, впрыгнет в экипаж, и они с Норой помчатся в гавань.

«Это отличный план», – убеждала себя Сара. Проблема была только в том, как ей удастся проскочить за спину этого викинга.

Тут она почувствовала, что опять приостановилась на близком расстоянии от него, и снова пристально начала изучать этого воина. Тут же кто-то попытался схватить ее за плечо и остановить. И снова щелкнул хлыст.

Сара бросилась к нему, надеясь спрятаться за ним прежде, чем сердце выскочит из груди. Наконец она остановилась, чуть не налетев на его огромное тело, и, слегка пошатываясь, взглянула, откинув голову, в пронизывающие зеленые глаза. Наконец и он взглянул прямо на нее. Совершенно непроизвольно Сара протянула руку и ущипнула его, чтобы убедиться в том, что он не был плодом ее расстроенного воображения.

Нет, он был настоящий, живой. Его тело было твердым, как сталь, и теплым. У него были притягивающие ярко-зеленые глаза, и, пожалуй, только их взгляд и спасал Сару от помешательства.

Странно, но чем дольше она смотрела на него, тем в большей безопасности чувствовала себя. Она облегченно улыбнулась, у него в ответ удивленно приподнялись брови.

– Я знала, что ты не злодей, Викинг.

Внезапно Саре показалось, что она стала невесомой. У нее было такое чувство, будто она плывет по темному тоннелю навстречу викингу, ожидающему ее на солнце.

Натан успел подхватить ее. Его невеста была без сознания, когда он взвалил ее на плечо. Он окинул таверну последним взглядом, надеясь, что ничего и никого не упустил. Зрелище было впечатляющее: по всему полу валялись неподвижные тела. Но и этого Натану было недостаточно. У него было непреодолимое желание оставить отметину на дядюшке Генри, который все это время трусливо прятался под столом, издавая только приглушенные всхлипывания.

Натан отшвырнул ногой стол, чтобы добраться до своей жертвы.

– Ты знаешь, кто я, Уинчестер?

Генри скорчился, чем-то напоминая плод в утробе матери. Когда он стал отрицательно трясти головой, его толстые дряблые щеки замотались по грязному полу.

– Взгляни же на меня, подлец!

Голос Натана прозвучал как раскат грома. Генри поднял на него глаза.

– Я – маркиз Сент-Джеймс. И если ты еще раз посмеешь появиться на глаза моей жене или той старой женщине, я просто убью тебя. Надеюсь, ты понял меня?

– Ты… он?

От ужаса к горлу Генри подступила тошнота, он не мог больше ничего сказать, он задыхался. Натан пнул его носком сапога, повернулся и вышел из таверны.