Вкус искушения - Лори Коупленд

Поставив корзину с фруктами на стол, она взглянула на огромное белоснежное атласное покрывало на постели для новобрачных. Если он думает, что его маленькая шарада обеспечит ему ночь развлечений, он глубоко заблуждается, подумала она.

Но помимо своей воли она представила, как Тейлор обнимает ее под мягким стеганым одеялом, и в бессильной ярости схватила корзину и отшвырнула ее в сторону, так что фрукты раскатились по всей комнате.

Не в силах оставаться без движения, она ходила по комнате. Но огромная кровать доминировала и в комнате, и в ее воображении. Войдя в ванную, она зажала рот рукой, чтобы не закричать. На мгновение ей показалось, что в комнате много людей. Затем она заметила, что все стены были отделаны зеркалами, отражающими свет дюжины свечей, установленных в подсвечнике на углу огромной ванны для двоих, заполненной пенящейся водой. На краю ее лежали два пушистых полотенца. Надо отдать тебе должное, Тейлор, ты все продумал.

Снова раздался резкий стук в дверь.

— А теперь что, Троянский конь? — пробормотала она, сжимая пальцы на ручке двери и открывая ее.

На лице посыльного она опять увидела неловкость.

— Ваш заказ, мадам.

— О, как мило. И что же здесь?

Посыльный нервно сглотнул и взглянул на карточку на тележке.

— Шампанское и икра в номер для новобрачных.

— Это тоже от администрации? — резко спросила Анни.

— От мистера Мак Куэйда, мадам.

— Ну конечно, входите. Этот мистер Мак Куэйд все продумал, правда? — елейным голосом сказала она, шире распахивая дверь. Посыльный ввез тележку в номер и поспешно вышел, опять не ожидая чаевых.

Анни шагала по комнате, обходя тележку, как зверь в клетке. Весь день Тейлор планировал, как они будут тут ночью резвиться, на этой площадке игр для двоих. Лицо ее пылало от стыда, когда она вспоминала, как она смеялась с ним, с доверием говорила с ним, даже испытывала какое-то теплое чувство к нему! Ну и дура же она была!

Она услышала, как в замке повернулся ключ, и замерла. Сердце ее больно колотилось. Дверь распахнулась, и Тейлор вошел спиной вперед, втаскивая за собой свой багаж.

Оглянувшись, он в изумлении остановился.

— Что ты тут делаешь?

— Брось притворяться. Это тебе не поможет. Медовый месяц окончен.

Он уставился на нее непонимающе.

— О чем ты говоришь?

— Убирайся из моей комнаты.

— Твоей комнаты? — Он поднес к глазам ключ, чтобы проверить номер.

— Ладно, хватит. — Она прошла мимо него, возмущенная тем, насколько далеко он был готов зайти.

Бросив чемодан, Тейлор поспешно поднял трубку телефона.

Анни следовала за ним по пятам.

— Объясни, почему номер для новобрачных зарегистрирован на наши имена, как мужа и жены.

Тейлор упорно набирал номер администратора.

— Это, очевидно, какая-то ошибка.

— Именно так я и подумала, — холодно сказала Анни. — Твоя ошибка.

— Нет, погоди минутку, — сказал он. — Я не имею к этому никакого отношения.

— Тогда как же это произошло?

Глядя ей в глаза, от сказал не менее холодно:

— А откуда мне знать, может, это ты сама все подстроила?

— Я? Это просто смешно. — Она взяла карточку с тележки с шампанским и протянула ее ему.

Тейлор взял карточку у нее из рук и рассматривал свою подпись.

— Я этого не подписывал.

— Ну конечно, нет.

Служащая отдела бронирования наконец сняла трубку, и Тейлор услышал ту же информацию: номер зарегистрирован на имя Мак Куэйд и Малоун, какая-то ерунда со свадьбой, и других свободных комнат нет.

— Но ведь должно же быть какое-то объяснение всему этому, — сказал он, пытаясь успокоить ее и вешая трубку. Но будь он проклят, если он понимает, в чем дело.

— Я уверена, что объяснение есть — может, маленький просчет с твоей стороны?

— Послушай, — сердито сказал он, — я не прибегаю к таким дешевым трюкам, чтобы заполучить женщину в свою постель. — Взгляд его скользнул по стенам комнаты. — И номер для новобрачных? — он покачал головой. — Определенно не мой стиль.

— Просто уходи, — повторила она.

Поднимая свои вещи, он на мгновение остановился.

— Послушай, а ты уверена в себе, не правда ли?

— И что ты этим хочешь сказать?

— Да то, мисс Малоун, что я не припоминаю, чтобы я хоть когда-нибудь намекал, что ты мне нравишься. Ты так чертовски уверена, что я гоняюсь за тобой, что твое воображение работает сверхурочно.

Схватив с пола киви, она запустила им в него.

Зеленая мякоть растеклась по резному наличнику двери, закрывшейся за ним.

Рассвет разбудил спящий Вейл. Анни с трудом открыла глаза и рассматривала балдахин цвета слоновой кости над своей головой. Она потянулась и зевнула, прежде чем заметила, что огромное пространство атласного покрывала рядом с нею. было нетронуто. Она была одна.

Затем, приподнявшись на локте, она увидела, что Тейлор спит в кресле, положив ноги на другой стул.

Рука его, свешиваясь через подлокотник, утопала в мягком ворсе ковра, и он беспокойно поворачивал голову из стороны в сторону, пытаясь, видимо, поудобнее устроиться на жесткой прямой спинке, но безуспешно.

Внезапно она почувствовала, что ее решимость иссякает. Ведь это уикэнд накануне Дня Труда, рассуждала она, и, конечно, свободных мест нет. Тейлор, должно быть, вернулся ночью, но, по крайней мере, у него хватило совести не занять ее кровать. Тень сомнения прокралась в ее мозг. А что, если эта ситуация подстроена не им?

Анни выскользнула из уютного тепла, не давая себе времени порассуждать над тем импульсивным порывом, который привел ее к нему. Она слегка потрясла его. Когда он никак не отреагировал, она шагнула к стулу напротив его кресла и резко отодвинула его. Ноги Тейлора с грохотом упали на пол, а туловище качнулось вперед.

— Что, к…

— Ш-ш-ш, — прервала его она, подпирая его сбоку плечом. Положив его руку себе на плечи, она попыталась заставить его подняться на ноги. Он оказался выше и тяжелее, чем она себе представляла, и она чуть не сложилась пополам, когда он оперся на нее. — Шагай, — приказала она ему, подталкивая его локтем. Если он не будет сам держаться, они оба скоро рухнут на пол.

Он едва волочил ноги, когда она, спотыкаясь, торопливо подвела его к кровати, и упал лицом вперед на постель. Придавленная его весом, Анни попыталась выбраться.

— Если ты хотела заполучить меня в свою постель, для этого есть более легкие пути, — со стоном произнес он.

— Уж конечно! — Анни вся кипела от негодования. — Дай мне встать. Я не могу дышать.

Он перекатился на бок, руки его обняли ее, и он быстро нашел ее рот своим. Удивленная этим, Анни позволила его губам, теплым и настойчивым, касаться ее губ. Поцелуй затягивался, и губы ее приоткрылись перед настойчивостью его языка, а напрягшееся тело расслабилось, когда он прижал ее к себе. Шелк против джинсовой ткани, нежность против силы — что-то первозданное дрожало между ними.