Торпеда-оборотень - Максим Шахов

– Будем надеяться.

Сэм Мэтью быстро отключил телефон и снова приладил на воротник микрофон. Арчибальд Спенсер, «морской котик» без боевого стажа, уже скрылся за углом. Сэм Мэтью, заранее разведавший все подступы к приемной Дельфы, тронул машину с места...

37

Хапсалис не назвал таксисту адреса Дельфы, а велел остановиться у расположенного неподалеку кафе. Сунув вперед деньги, он буркнул:

– Сдачи не надо!

После чего быстро выбрался и двинулся по улице назад. Чисто автоматически Александр отметил, что такси сразу отъехало. Через несколько метров он остановился и закурил. Несмотря на развернувшуюся в странах Евросоюза антиникотиновую кампанию, Хапсалис курить бросать не собирался. Для разведчика эта вредная привычка была очень даже полезной. Вот и сейчас Хапсалис вполне мотивированно смог оглянуться. Всего на какую-то секунду, но его натренированному взгляду было достаточно и этого. Такси влилось в поток машин. На тротуаре ничего подозрительного не было.

Хапсалис двинулся к углу дома. Свернув, он оглянулся еще раз, после чего неспешно направился к входу в приемную Дельфы. Долгих был неподалеку. Он должен был припарковаться на стоянке универсама и для вида что-то купить, чтобы дипномера на машине не вызвали ни у кого никаких подозрений. Работать со Степанычем было одно удовольствие. Хапсалис себя чувствовал с ним уверенно и спокойно, хотя посещение Дельфы и так никакой опасности представлять не могло.

Хапсалис неспешно подошел к приемной Дельфы, поднялся на невысокое крылечко и посмотрел на часы. Время было двадцать два пятьдесят восемь с копейками. Александр протянул руку и нажал кнопку звонка. Из-за лака кожу ладони слегка тянуло, но Хапсалис не обращал на это внимания. Он, закончив Лесной университет имени Юрия Владимировича Андропова, был убежденным материалистом. И знал, что абсолютное большинство гадалок и прорицателей всех мастей на самом деле просто более или менее ловкие психологи. В Лесном университете будущие сотрудники ФСБ факультативно изучали и нехитрые методики вроде примитивного цыганского гипноза и более изощренные системы, как, к примеру, НЛП. И в первом, и во втором случаях работали абсолютно понятные и вполне рациональные механизмы. И, объясняя эти механизмы, преподаватель любил цитировать стихи Федора Тютчева: «Природа – сфинкс. И тем она верней своим искусом губит человека, что, может статься, никакой от века загадки нет и не было у ней».

Но загадка все же существовала. Убежденный материалист Александр Хапсалис понял это, готовясь к встрече с Дельфой. Непонятно было, почему ни одно пророчество, начиная от вроде бы с точностью до единой детали предсказанной Мишелем Нострадамусом смерти французского короля до абсолютно точно предсказанной Вольфом Мессингом даты начала Великой Отечественной войны, никого не уберегло от катастрофы. И Хапсалис вдруг осознал, что ему посчастливилось стать участником уникального эксперимента. Он мог не только лично услышать предсказание Дельфы о судьбе «Одиссея», но и посмотреть, сбудется оно или нет...

Звонка слышно не было, и ответа не последовало. Хапсалис решил, что из-за лака он не утопил как следует кнопку, и снова потянулся к домофону. Его палец уже приблизился к кнопке, когда в динамике приглушенно щелкнуло, и Александр услышал очень спокойный мужской голос:

– Добрый вечер!

– Добрый вечер! – поздоровался Хапсалис. – Мне назначено на одиннадцать.

– Хорошо! Пройдете за угол, там увидите дверь. За ней вас встретят...

Замок приглушенно щелкнул, Александр Хапсалис потянул дверь на себя, переступил через порог и вроде бы оказался совсем в другом мире. Как только дверь за ним автоматически захлопнулась, все звуки вечерних Афин моментально умолкли.

Не очень длинный коридор освещался светом мерцающих наподобие факелов лампочек. Откуда-то из-под потолка струилась музыка, чем-то напомнившая Хапсалису композиции Боба Марли. Хапсалис, невольно стараясь ступать как можно тише, двинулся в глубь коридора.

Повернув, он увидел в нескольких метрах слева небольшую арку, которая вела в сумеречную комнату. По мере приближения Александра к ней музыка постепенно усилилась. Дойдя до арки, он осторожно переступил порог и оглянулся. Всю площадь комнаты занимал ковер с необычным рисунком.

Хапсалис сделал пару шагов и задрал голову. В отличие от коридора, комната была освещена каким-то хитроумным светильником, напоминавшим ночной небосклон. Хапсалис не успел им полюбоваться, как вдруг почувствовал опасность. Он оглянулся по сторонам. По темным углам комнаты виднелась паутина, но опасность исходила не из углов...

Хапсалис сделал короткий шаг в сторону и развернулся. Если бы кто-то попытался напасть на него из коридора, этим маневром он сбил бы противника с толку. Однако и в коридоре никого не оказалось. Опасность была где-то в комнате. Убежденный материалист Александр Хапсалис чувствовал это, хотя и не мог понять, откуда она исходит.

«Значит, если что, сразу звони...» – пронеслись в голове Хапсалиса слова подполковника Долгих. Однако звонить из приемной Дельфы было нельзя. Да и сообщать о том, что он просто почувствовал опасность, было глупо.

И Александр Хапсалис негромко сказал по-гречески:

– Эй! Здесь есть кто-нибудь?

Ответом ему были музыка в стиле Боба Марли и мигающие вроде как на самом настоящем небосклоне звезды.

– Здесь есть кто-нибудь? – повторил Хапсалис погромче.

И снова ему никто не ответил. Зато у дальней стенки напрягший слух Александр вдруг расслышал какой-то звук. Звук был ритмичный, но к музыке в стиле Боба Марли он никакого отношения не имел. И Хапсалис, снова оглянувшись, двинулся в ту сторону.

Толстый ковер пружинил под ногами. Звезды мерцали на искусственном небосклоне, но под дальней стенкой над полом струился вроде как дым, так что толку от света этих мерцающих звезд здесь не было абсолютно никакого. И только когда ковер под ногой Александра вдруг вроде как тихонько чвякнул, он насторожился и, быстро выхватив из кармана мобильный телефон, присветил им.

От движения его рук дым заклубился и разошелся в стороны. И с пола на Хапсалиса вдруг уставились два немигающих глаза. Александр был неробкого десятка, но тут невольно вздрогнул, потому что глаза были неживыми и уже остекленевшими. И в тот же миг Хапсалис догадался, что ритмичный звук, не имевший отношения к музыке Боба Марли и музыке вообще, это стук капель крови...

38

– Добрый вечер! Слушаю вас! – послышался в динамике милый девичий голосок.

– Мне назначено на без двадцати одиннадцать! – проговорил на вполне сносном греческом Арчи Спенсер.

Греческий был одним из его профильных языков, именно поэтому он и попал на стажировку в Грецию. Замок щелкнул, и Арчи нырнул в приемную Дельфы. Его сердце учащенно забилось. Он столько лет вспоминал Сюзи и вот теперь был буквально в нескольких шагах от того, чтобы узнать, как сложилась ее судьба и где она теперь.

В предчувствии этого Арчибальд Спенсер особо не оглядывался по сторонам. Встретившая его босая девушка сделала знак следовать за ней, и Арчи двинулся. Путь оказался недолгим. Полминуты спустя Арчи уже стоял в темной комнате, которую освещали вроде как самые настоящие звезды.

Изобразив приглашающий жест рукой, босая девушка куда-то исчезла. Арчи сделал несколько шагов по толстому ковру и остановился в центре комнаты. Так он простоял минуты три-четыре, а может, и больше. Потом у дальней стенки наконец произошло какое-то движение, и Арчи увидел вроде как выплывшую из темноты богиню. Ее лицо, одежда и прическа напомнили Спенсеру картинку из давно позабытого школьного учебника.

Прорицательница с головой богини медленно приблизилась к Спенсеру и остановилась, слегка покачиваясь. От этого тяжелая золотая пряжка на ее плече то и дело поблескивала.

– Рада приветствовать вас, молодой человек! Прошу прощения, что заставила ждать, но у меня в последние дни очень много посетителей. Что привело вас к Дельфе?

– Здравствуйте! – быстро кивнул Арчи. – То есть, добрый вечер! Я американец, много лет назад у себя на родине я познакомился с девушкой из соседнего городка. Ее звали Сюзи. Мы начали встречаться, а потом она неожиданно уехала... И я ее больше не видел! Я хочу узнать, где она сейчас и... как! Можно попробовать?

Дельфа едва заметно улыбнулась.

– Ну, если вы до сих пор помните о ней, то, конечно, попробуем... Подойдите ко мне, пожалуйста!

Спенсер быстро двинулся к Дельфе. В какой-то момент та вытянула перед собой руку и остановила его:

– Достаточно!

Арчи остановился. Теперь он рассмотрел, что Дельфа выглядит очень уставшей. Кости лица словно бы выпирали из-под ее тонкой, вроде бы истершейся от времени кожи. Но в глазах прорицательницы Арчи уловил лукавые огоньки.