Ведьмин час - Рита Хоффман

это выглядело очень смешно и напоминало козлиную бородку.

– А с остальными что будет? – спросила она после продолжительного молчания.

– Тоже станут охотиться, как Мстислав и Нина, – ответил Гореслав.

– И Дарий? – Его будущее волновало ее сильнее прочих.

– Это который? – Мужчина нахмурился, вспоминая. – Высокий?

– Нет, который с длинными волосами, – смущаясь, ответила она.

– Его ждет такая же судьба.

Дарий так не думал. Через год после этого разговора он вдруг сказал, что хочет остаться и служить в церкви, стать пономарем, затем, возможно, подняться до диакона, а потом – забраться еще выше. Варна тогда очень удивилась и не поняла, зачем ему это нужно, ведь в церкви скука смертная, постоянно пахнет ладаном, от которого ее тошнило, и почти ничего не происходит. Втайне она надеялась, что Дарий еще передумает.

Но он не передумал, стал уделять больше времени занятиям с Ниной и Светланой, почти забросил уроки Мстислава, а тот спускал ему это, потому что уважал его решение. А вот Варна не уважала – она то и дело спрашивала друга, зачем ему это нужно, а он только отмахивался и с каждым днем отдалялся все больше, хоть они и продолжали спать в одной комнате.

И вот, переступив порог одиннадцатилетия, Варна взглянула на их жизнь по-другому. Детство закончилось, будто его и не было, ее начали волновать другие вещи, но ускользающая дружба с Дарием – сильнее прочего.

Однажды, собрав в кулак всю свою смелость и баранье упрямство, Варна вошла в их комнату, твердо решив выяснить, что между ними происходит. Дарий стоял на коленях перед распятием и махнул рукой, услышав, как она вошла, мол, обожди. И Варна послушалась, присела на корточки и забилась в угол, дожидаясь, пока он закончит молиться.

– Помолись со мной, – вдруг сказал Дарий.

Она не отказала ему, поспешно подошла, встала на колени и сложила руки перед грудью. Настроиться на молитву не получилось – Варна то и дело смотрела на Дария, который прикрыл глаза и находился в блаженном неведении относительно того, с какой целью она пришла сюда. А шла Варна, готовясь учинить скандал, если он не откажется от своей глупой затеи.

Они почти взрослые, вдруг поняла она. Дарий вытянулся, в свои почти тринадцать лет он выглядел уменьшенной копией Мстислава. Люди в деревне жили недолго, кончина вскоре после сорока лет – обычное дело. Значит, им осталось где-то тридцать лет, прежде чем смерть придет за ними, почему-то решила она. Тридцать лет – это совсем немного, всего лишь тридцать зим. Тридцать раз зацветут и опадут деревья, тридцать раз летнее солнце обогреет их.

– Дарий, – тихо сказала она, – почему ты больше не хочешь дружить со мной?

Он так искренне удивился, что Варна тут же захотела забрать свои слова назад, но сказанного не воротишь. Пришлось краснеть и ждать ответа.

– Разве я говорил, что мы больше не друзья? – наконец спросил он.

– Не всегда нужно говорить такие вещи прямо, – заметила она, не поднимая взгляда.

– Мы все еще друзья, – твердо сказал Дарий. – Просто у меня теперь другие занятия есть. Я устал махать мечом на площадке, мне это больше не интересно. Мстислав учит меня обращаться к Богу, говорить с ним и слушать страждущих. А ты будешь воином.

– Откуда знаешь?

– Он рассказал. Вернее, – она услышала, как он усмехнулся, – я подслушал разговор Мстислава и Тихомира. Светозарные приедут за тобой и Святом, как только вам исполнится восемнадцать лет.

Варна похолодела. Почему никто не сказал ей об этом?

– И все? – жалобно спросила она. – Ты-то здесь останешься!

Теплые руки Дария обхватили ее ладони, и от этого простого жеста ей ужасно захотелось разреветься, но она сдержалась. Разве Светозарные плачут? Вот уж вряд ли!

– Ты всегда сможешь навестить меня.

– А если тебя переведут?! Как я узнаю, где…

– Посмотри на меня.

Она замотала головой, отказываясь. Если взглянет на него, тотчас превратится в его глазах из воина в сопливую девчонку, которая не заслуживает настоящего меча.

– Варна, – произнес он совсем как взрослые, – посмотри на меня.

Она нехотя подняла лицо, а потом, обреченно вздохнув, перевела взгляд на него. Он так тепло улыбался, что все внутри сжалось и слезы подступили к глазам. Нет, нет, нет! Только не реветь!

– Мы друзья, – мягко сказал Дарий. – Прости, если мое поведение тебя обидело, но я делаю то, что должен. У тебя теперь есть меч, верно? – Она кивнула, а он улыбнулся шире. – Видишь? Ты уже взрослая. Мы все делаем то, что должны.

– Поехали со мной, – прошептала она, будто Гореслав уже стоял за дверью и ждал ее. – Неужели там не найдут для тебя места?

– Пусть найдут, – упрямо сказал Дарий, – я сам не хочу. Я не такой, как ты. Мое место здесь.

Из комнаты Варна вышла в смятении. Задумавшись, она присела на корточки, положила голову на колени и просидела так довольно долго, до тех пор, пока затекшие мышцы не начали ныть.

– Пойдем, – услышала она.

Вскинув голову, Варна увидела удаляющуюся спину Свята. С того момента, как они начали совместные занятия, отношения их теплее не стали. За последние годы они едва ли перекинулись десятком фраз, Мстиславу было все равно, что между ними произошло, его задача – научить их, чтобы, когда Гореслав снова приедет сюда, они показали свое мастерство. Иногда Нина спрашивала, какая кошка между ними пробежала, но они молчали. Оба.

После изматывающего боя, во время которого Свят снова и снова укладывал ее на лопатки, Мстислав заставил их бегать кругами по площадке. По лицу было видно, как он недоволен; Варна сама хотела обругать себя гадкими словами, потому что последние несколько часов думала вовсе не о том, как отбить атаки Свята.

– Ужасно, Варна! – рявкнул Мстислав. – Где твоя голова?

Она увидела, как Свят многозначительно посмотрел на нее. Если он что-то скажет, она его убьет. Проберется ночью в его комнату и задушит подушкой. Но Свят снова смолчал.

– Почему ты не сказал, что Гореслав заберет нас? – спросила она, пробегая мимо Мстислава.

– Ты не спрашивала, – ответил он. – Быстрее!

– И когда я должна была это узнать? – не отставала она.

– Если продолжишь так заниматься, можешь забыть о Светозарных. – Наставник пожал плечами. – Зачем давать надежду, если не уверен?

– Ты во мне не уверен? – Варна так удивилась, что сбилась с шага, запнулась о собственную ногу и чуть не упала. – Почему?

– Ты себя видела сегодня? – жестко спросил Мстислав. – Будь это настоящий бой, от тебя остались бы рожки да ножки.

– Неправда! – возмутилась она. – Я просто…

– Ваш возраст называют сложным, – перебил ее наставник. – Вы уже не дети, но еще не взрослые. Мир, в котором нам довелось жить, требует от вас быстрого взросления, мне грустно смотреть на это, но такова жизнь. Пойми, Варна, если ты провалишься перед Гореславом, то станешь такой, как я и Нина, – будешь при церкви следить за беспризорными детьми, иногда выезжая на охоту. И если Светозарные охотятся на ведьм и подобных им тварей, то мы, простые охотники, довольствуемся мавками да мелкими бесами.

– Он и вас звал, – вдруг сказал Свят, останавливаясь. – Почему не говоришь этого?

Мстислав опешил, но быстро взял себя в руки. Смерив мальчишку недовольным взглядом, он нехотя произнес:

– Звал.

– Куда? – требовательно спросила Варна. – К Светозарным?

– Да. Мы заслужили эту честь своим трудом.

– Так вот оно что! – Она уперла руки в бока и стала наступать на Мстислава. – А вместо себя ты решил Дария оставить? Скинуть на его плечи свою ответственность за приход и приют, который вот-вот достроят?!

– Он сам сделал такой выбор, – холодно сказал наставник.

– Да ничего подобного! – Она отказывалась в это верить. – Что ты ему сказал? Что пообещал? Он так любил сражаться и…

– Люди меняются! – рявкнул Мстислав.

Варна замерла и пристыженно отвела взгляд. Он редко позволял себе повышать голос, поэтому, когда это все же случалось, ей становилось не по себе.

– Свободны. – Мстислав первым ушел с площадки, хотя обычно оставался и выметал ее.

Свят взял метлу и начал делать это сам. Варна долго смотрела на него, а потом спросила:

– А ты хочешь к Светозарным?

– Это мой шанс, – ответил