Ведьмин час - Рита Хоффман

но, когда увидела обращенный на нее взгляд Свята, кинулась к стойкам с учебным оружием. От мороси дерево размокло, и, наверное, скоро мечи станут непригодными.

– Нападайте, – сказал мужчина.

Она не знала, что делать, стояла и смотрела, как Свят размахивает мечом, пыталась запомнить его движения, но, когда попробовала напасть, получила болезненный пинок в живот.

– Зачем ты пришла? – прошипел Свят, стряхивая со штанов грязь.

– Призови его, – вдруг сказал наставник.

Лицо Свята вытянулось, он побледнел, бросил на Варну испуганный взгляд и спросил:

– Сейчас?

– Сейчас! – приказал мужчина.

– Пожалуйста, – Варна никогда не слышала, чтобы Свят о чем-то просил, – не надо.

Наставник ударил его по лицу. Варна хотела вмешаться, но получила удар в грудь и упала навзничь. Мужчина не избивал Свята, только мучил: пихал, толкал, давал звонкие пощечины до тех пор, пока на глазах бедняги не выступили слезы.

– Явись! – в голосе мальчика было столько отчаяния, что он звенел.

И тут Варна увидела то, чего не могла объяснить: из-под земли выбралась тень, в точности повторяющая очертания фигуры Свята. Встав рядом с ним, она вынула из-за пазухи меч, сотканный из тьмы.

Свят заплакал.

– Нападай, – прорычал наставник.

– Нападай, – повторил Свят, поднял меч и кинулся на него.

Варна отползла в сторону, забыла и про меч, и про занятие, только смотрела, как черное существо размахивает оружием и пытается пробить защиту противника. Они со Святом двигались в едином порыве, их движения были похожи, но не повторялись, мальчик держал меч в правой руке, а тень – в левой.

Когда неведомая тварь опустилась на четвереньки и, разбежавшись, прыгнула на Светозарного, Варна закричала. Она орала как никогда в жизни, перед глазами сперва потемнело, потом поплыли круги, а Варна все вопила, и вопль этот, должно быть, долетел до самых небес.

Глава 7. Сейчас

Напряжение нарастало: Свят ехал впереди, но казалось, что даже его спина источает презрение. Нина пыталась убедить Свята сменить гнев на милость, но он огрызался в ответ. Ее терпение иссякло после того, как Свят рявкнул:

– Как ты могла позволить ей сделать это?!

У Нины не было ответа, как и не было выбора в тот день, когда Варна вернулась на святую землю в компании обескровленного Дария. Все свершилось без участия Нины, Гореслав взял ситуацию в свои руки и не позволил наставникам вмешиваться.

– Хватит сверлить взглядом его спину. – Дарий откинул волосы с лица. – Твои мысли не дают мне покоя.

– Если бы у меня был выбор, я бы не позволила тебе их слышать.

– Ты должна была отшутиться, но, как обычно, испортила мою попытку разрядить обстановку.

– Перед встречей с остальными нельзя расслабляться. – Варна повернулась и посмотрела в его безмятежное лицо. – Ты не волнуешься?

– Нет. – Он покачал головой. – Посмотри на меня, как я могу…

– Боже! – Она раздраженно пришпорила лошадь, Дарий остался позади.

Каждый раз, когда он напоминал о том, что умер, ей хотелось ударить его в лицо, и однажды, видит Бог, она сделает это.

– Проблемы? – осведомилась Слава.

– Никаких, – сквозь зубы ответила Варна.

– Чем вы заплатили за это гнусное колдовство?

– Не твое дело.

– Мы работаем вместе, и я должна знать. Мы все имеем на это право. Кто знает, может, вы водите дружбу со Зверем и…

Рывком поводьев Варна заставила лошадь резко уйти вправо. Конь Славы встал на дыбы.

– Дикарка! – выпалила она.

Варна похлопала свою лошадь по крупу, показывая, куда Слава может ее поцеловать.

– Что будем делать в Торжке? – Она нагнала Нину.

– То, что прикажет мальчишка, – ответила наставница. – Кто бы мог подумать, что однажды мне придется работать под его началом. От тебя несет паленой плотью.

Прежде чем отправиться в Торжок, они вернулись в город и подожгли храм. Варна долго смотрела на занимающееся пламя и пыталась сосчитать тела. Скольких людей погубила ведьма? Была ли это Рослава, или кто-то другой вернулся из Черной Пади, чтобы уничтожать верующих?

Жителей Моррея не просто убили, их заставили участвовать в ужасном ритуале. Их души теперь принадлежали Зверю, им никогда не попасть в лучший мир, если он, конечно, существует. Она давно утратила веру, однако новый Бог все еще не отвернулся от нее.

С самого детства Варна знала, что Зверю не нужны те, кто следует его пути по собственной воле. Он любит развращать тех, кто верит в нового Бога, любит портить детей и смельчаков, сопротивляющихся до последнего. Зверь играет с людьми в страшную игру, а Бог предпочитает не вмешиваться.

Торжок был грязным серым городом, в котором сходятся три большие дороги: южная ведет в Клюквенную Падь, северная – к диким землям и болотам, восточная – к границе с княжеством. Торжок называли «сквозным градом», потому что все проезжают сквозь него, лишь ненадолго останавливаясь. Бытовало мнение, что коренных горожан в Торжке нет, что каждый здесь чужак, который рано или поздно уедет.

Если охотники Мрачного Взвода легко могли затеряться среди измученных путников, то светлые плащи Светозарных привлекали внимание зевак и горожан, праздно шатающихся по улицам.

– А вы не торопились, – сказал стражник в проржавевшей кольчуге и сплюнул. – Еще и белые плащи, ну надо же…

– Рассказывай, – резко потребовал Свят.

– Дак, что рассказывать-то… Три недели как скотина дохнет, еще и хворь неведомая выкосила стариков. – Стражник почесал бороду. – Ты справишься, юнец?

Слава спрыгнула на землю и толкнула мужика в грудь. Тот зашатался, и стало ясно, что он успел приложиться к бутылке, и не один раз.

– Баба! – удивленно воскликнул мужик. – А волосы твои где?

Слава провела рукой по короткому ежику на голове и еще раз толкнула мужика. На этот раз он упал на мешки с картошкой, однако глазеть на нее не перестал. Девушка занесла руку для удара, но Добрыня свистом остановил ее.

– Кто старший в городе? – спросил он.

– Дак на вече решаем все, – пробормотал мужик. – А так, наверное, Вацлав. Он там, – он махнул рукой в сторону, – разбирается с недовольными.

Они оставили мужика сидеть на мешках и двинулись дальше. Довольно скоро Варна услышала гул недовольных голосов и только потом увидела горожан, столпившихся у входа в дом.

Добрыня растолкал зевак и ропщущих, махнул рукой, мол, путь свободен, и Светозарные спешились. Нина проводила Свята задумчивым взглядом.

– Что не так? – спросила Варна.

– Неприятно мне у него под каблуком быть, – проворчала Нина. – Я же вырастила его, а теперь он приказывает нам.

– Но Святой Полк ведет не он, – напомнил Дарий. – Кто сейчас их возглавляет?

– Если Гореслав умер, значит… – Нина задумалась.

– Радомир, – сказала Слава, проходя мимо. – Пойдемте.

– Гордыня – это грех, – напомнила Нина, но девушка лишь фыркнула.

Свят затолкал Вацлава в дом и захлопнул за ними дверь. Мужик затравленно смотрел на пришельцев, пятился и остановился, только упершись задом в стол.

Варна сложила руки на груди, Дарий привалился к косяку, Светозарные обступили беднягу и нависли над ним.

– Рассказывай, – потребовал Свят.

– А что рассказывать-то? – проблеял мужик. – Что-то завелось тут, ей-богу, скот дохнет… Видели людей? Пришли требовать от меня ответа, почему я ничего не делаю. А что я могу сделать?! С топором на тварь кинуться?!

– На какую тварь? – спросила Нина.

– Да есть тут… – Мужик испуганно огляделся, будто боялся, что их подслушивают. – Ходят слухи, что в лесу завелось что-то. Кто-то даже видел его – огромная тварь, на голове рога, ни куска мяса нет! Только кости.

Варна и Дарий переглянулись. О таком им слышать еще не приходилось, а повидали они всякого. Скорее всего, люди просто пытались объяснить природу болезни, вот и придумывали небылицы. А может, кто-то навел морок, чтобы скрыть за ним темные дела.

– Покажи охотникам дворы, в которых погиб скот, – потребовал Свят.

– А вы что делать будете? – Нина посмотрела на него исподлобья.

– Дела Святого Полка вас не касаются, – заявила Слава.

– Не нужно меня за дуру держать, – прорычала Нина. – Зачем вы прибыли сюда?

Свят спокойно выдержал ее взгляд и сказал:

– Идите. Это дело Светозарных.

Возразить Нина не могла: Святой Полк имел право приказывать Мрачному