Ведьма для охотника - Татьяна Чащина

Потом… Поговорим…

А где он козу держит, интересно?

Глава 12

Я торопливо перебираю босыми ногами по сочной мягкой траве, придерживая развевающуюся рубаху на груди, щекочут ноги полевые цветы, обнимает и ласкает ветер.

Идти совсем не больно, словно по ковру ступаю, легко-легко.

Опять чувство полёта, и это не кончается вот уже целые сутки.

И тянущий меня за руку за собой мужчина оглядывается. внимательно ощупывает жадным взглядом взлохмаченные волосы и волнующуюся под хлопчатобумажной тканью рубахи грудь, подмигивает и улыбается.

Улыбка невероятно красит его и без того невероятно красивое лицо.

Я смотрю, и, как обычно, не могу взгляда оторвать.

И больше чем уверена, что любая женщина, хоть раз увидев маньяка Юру таким, какой он есть сейчас, прекрасно меня поняла бы.

За таким мужиком - только лететь без задних ног и теряя голову.

Юра по пояс раздет.

Мышцы, сухие, жесткие, плавно перекатываются под кожей, предплечья, тяжелые ладони с выступающими венами - просто невероятная залипательность, невозможно не смотреть.

Золотятся волоски на руках и груди, и кажется, что он весь, с ног до головы - в солнечном сиянии.

Завораживающее, безумно красивое и возбуждающее зрелище.

Хочется дотронуться до него губами, хочется забрать себе хотя бы чуть-чуть этого солнечного света, погреться в нем.

Вот это мужчина!

Его улыбка в свете яркого солнца блестит, глаза сияют.

Он счастлив, определенно счастлив.

Я это осознаю, что он «пока» не женат, что я безусловно ему нравлюсь… И да, маньяк Юра, ты изменился за эти практически две суток, что мы вместе.

Ты уже не тот бирюк, немногословный и холодный.

Это из-за меня ты стал другим? Да? Безумно хочется в это верить.

Так как душик и ванну Юра все-таки нигде в лесу не спрятал, меня, довольную и смеющуюся, тянут к баньке, которая только с первого взгляда показалась обычной, а по мере приближения к этому монументальному строению, осознаю, что тут у нас настоящий терем в два этажа. Просто на берегу стоит, и только крышу видать со стороны дома.

Шумит северная река, в неё улетает длинная пристань…

Больше ничего рассмотреть не удается, скрипит дверь, и лапища на моей попе весомым шлепком подгоняет в полутёмное помещение.

Я непроизвольно расставляю руки в стороны, оказавшись в просторной гостиной с камином, и взволнованно выдыхаю.

Только так получается выразить своё полное удивление, потому что нападает временная немота.

Когда баня богаче, чем дом, невольно задумаешься, где хозяин больше времени проводит.

— Раздевайся, — Юра подхватывает выданную мне свободную рубаху за подол и рывком через голову стягивает, бросает в сторону на диван.

Стою голая в незнакомом помещении.

Оглядываюсь, непроизвольно обхватываю себя руками.

Утешает то, что Юра сам раздевается.

Кидает брюки на стул, оставаясь абсолютно голым.

И… Больше я на обстановку дома никак не реагирую.

Какая может быть реакция, когда такой мужчина?

Замечаю только, что имеется кухня, довольно большая, хорошо оборудованная, так же есть лестница на второй этаж.

Заходим в помещение, где стоит запах бани, но это не парилка.

Здоровенный деревянный чан наполнен водой, кран прямо из стены. Водопровод все же есть? Или что это?

Не успеваю уточнить, меня настойчиво тянут мимо, хотя я бы и здесь вымылась.

— Юра, только имей в виду, что я плохо переношу жару, — сразу предупреждаю я.

Вру безбожно, само собой.

Переношу я всё, и холод, и жару. Сразу вспоминается Египет, где даже верблюды курили в сторонке, наблюдая с благоговейным ужасом на унылых мордах, как я бегала под палящим солнцем пустыни.

Это я на всякий случай предупреждаю, потому что Юра… Маньяк в общем. На мою радость сексуальный, но нужно хоть как-то контролировать процесс. Нельзя же все время вот так… безвольной биомассой…

Он хмурится, осматривает меня опять с ног до головы, явно что-то взвешивая в голове, прикидывая…

— Немного, — наконец, тихо и коротко обещает он.

— Я доверяю тебе, — делаю на всякий случай невинные глазки, отмечая про себя заметное разочарование на породистом лице моего охотника…

Я так и думала! Уже там спланировал какое-то маньячное коварство! Засранец.

Захожу в раскалённую парилку и вижу… Розги! Утрирую конечно, но я как-то баню всегда ассоциировала с берёзовыми вениками, а не с хвойными. До этого момента.

И сейчас стою, обмирая от предчувствия. И предвкушения.

Потому что знаю, что он будет делать.

А вот насколько я согласна?

Перевожу взгляд на его массивную фигуру, голую грудь, уже покрывшуюся влагой…

Ох…

Попробовать… Только попробовать.

Если не понравится, сразу скажу ему…

Юра, хоть и маньяк, но сто процентов тут же исключит эту хрень из нашего секс-рациона. Как в тот раз, когда я сказала, что покусывать клитор – значит, лишать меня удовольствия… Он ведь тут же прекратил это делать.

Естественно, полностью по моему сценарию у нас ничего не идет, и я за это недолгое время много с чем смирилась… Просто не успела сказать “нет”, или Юре показалось, что мое “нет” прозвучало крайне неубедительно, практически, как “да”...

Не скажу, что я очень этим всем довольна, хотя ни разу без оргазма не осталась.

Просто, как и любой женщине, ужасно все хочется контролировать.

Мне это привычно, мне это просто…

А Юра - ярко выраженный доминант. И приходится это учитывать, если хочу удовольствие получить, конечно же…

К тому же, если всю жесть из его любовных ухаживаний убрать, так и без секса остаться можно.

Юра расстилает полотенце. Всё подготовлено для того, чтобы я лежала на верхней полке почти под потолком, но он учитывает моё предупреждение и ведёт меня на полку ниже. Сажусь, поднимаю на него взгляд… и чувствую себя нижней перед глазами хозяина.

Ох… Как горячо! Во всех смыслах!

С доверием и покорностью смотрю ему в лицо и понимаю,у него от одного такого взгляда член вверх подпрыгивает.

БДСМ-лайт решил мне устроить, а может и не лайт…

Пусть…

Закрываю глаза ложусь на спину, потому что так велено. Чувствую колючий веник, который от шеи медленно проезжает по моему телу до промежности, потом по ногам.

Юра подкидывает воду на камни, становится жарко. Он ударяет по моим ступням, «поймав» горячий пар. И это восхитительно! Чуть колет ноги, потом живот, и добирается веник обратно к груди. Иголки мягкие, но будоражат соски. Юра ударяет раз. Я замираю.

Это… Это невероятно!

Возбуждаюсь почти сразу.

Мои груди мягко и волнующе избиты колючим веником. Горошины сосков уже стоят, твердеют. Мужская рука сгибает одну ногу в колене,