На шипах - Алексей Александрович Нескородов

Костик. – Продолжал он. – Даже, если не выиграем, то отдохнешь от рабочей рутины с сохранением заработной платы. Растрясешь жирок, ему будет полезно. А по окончании соревнований, вне зависимости от результатов мы идем в бар. Я угощаю!

Длинная дорога продолжалась приятной беседой. Степан Андреевич был для меня вторым отцом, с которым всегда можно поговорить по душам. Он ехал на переговоры с директором торговой сети и там наши пути разошлись, но его предложение не выходило из моей головы до самого вечера. И даже ночью, лежа в постели, я не смыкал глаз. Тысяча долларов – это целых три месячных оклада.

Глава 10. Корпоративные игры

Конечно же я согласился. Было бы глупо упускать такой шанс, чтобы хотя бы отчасти решить ком навалившихся проблем. Тем более, что получать деньги за футбол привычное для меня дело. Подобно Рокки из одноименного фильма, я всерьез подошел к тренировкам и регулярно гонял себя на протяжении двух недель. Утро начиналось с пробежки, которая превращалась в ордалию. Сквозь покрытый инеем губы с паром вылезал язык, готовый залезть на плечо, если бы ему хватало длины. Я чуть ли не терял сознания, преодолевая сугробы, пытающиеся меня поглотить.

– Ну его нахер! – думал я после каждой пробежки, когда полуживой лежал у входной двери с готовым вот-вот вырваться из груди сердцем. Но, отдохнув, вновь принимался к мучениям. Полученные нагрузки не шли ни в какое сравнение с тем, что я испытывал раньше, в пору профессиональной карьеры, но это было точно лучше чем ничего и хоть как-то возвращало меня к активности. Так проходило каждое утро, а по вечерам мы с сыном шли на школьную площадку и гоняли розовый мяч.

Результат проявился уже через неделю. Дыхание стало легче, мяч нет-нет да и лип к ноге, а где-то глубоко просыпалась футбольная страсть. Я с нетерпением ждал турнира.

В середине декабря Москва, наряженная как новогодняя елка, сверкала яркими красками. В воздухе веяло праздником и новогодним настроением. Всей командой мы сидели в автобусе, любуясь этой красотой. Автобус проталкивался сквозь пробки, позволяя вдумчиво рассматривать мерцающие гирлянды, украшающие главные достопримечательности столицы. Вихрь за окном ничуть не смущал и даже подначивал на предстоящие футбольные баталии.

Ровно в полдень мы были на месте. Теплый зал с большими трибунами и зеленой искусственной травой гостеприимно принимал нас с лютого уличного мороза. Плакаты пивных брэндов разукрасили внутреннее пространство. И даже скромные группы болельщиков проплешинами заполняли трибуны. Несмотря на локальность соревнований, все вокруг выглядело очень серьезно, ведь именно здесь всего через пару недель состоится очередной розыгрыш Кубка содружества с участием сильнейших команд постсоветского пространства.

Я усиленно разминался, вдохновленный ритмами рок-энд-ролл, разносящихся из динамиков. Степан Андреевич снова превратился в тренера. В спортивном костюме со свистком на груди он расхаживал вдоль бровки поля, громким кличем вселяя в нас боевой дух.

Двенадцать команд, собранных из работников различных пивных компаний нашей необъятной страны собрались вместе, чтобы определить сильнейшего. Организаторы разбили участников на четыре группы по три команды. И только первое место давало право на выход в полуфинал. Стать лучшим в тройке уже непростая задача, но мы верили в свои силы и, как древние спартанцы, готовы были уйти со щитом или на щите!

В первом же матче нашими соперниками стали коллеги из Ярославля. Молодые и быстрые игроки, полные желания проявить всю полноту и наследие ярославского футбола, ринулись бомбить наши ворота. Степан Андреевич, как дирижер, стоял на бровке и импульсивно размахивал руками. И у меня никак не получалось попасть в такт его композиции. Постоянно заплетающиеся ноги не позволили мне сделать за целый тайм ни одной толковой передачи.

– У тебя что, щитки из дерева? – Кричал он, разбрызгивая слюною. – Мягче надо работать, мягче!

Во втором тайме я остался на скамейке. Степан Андреевич не сказал ни слова, но один его вид красноречиво выражал недовольство. На скамейке запасных я принес команде куда больше пользы и она на моих глазах с горем пополам сумела забить корявый гол, который и оказался победным.

Целый час мы сидели без дела, ожидая завершения других встреч. Зарядившись силой лимонного чая, я подошел к тренеру и попросил дать второй шанс. Все-таки урезанный формат требовал адаптации, да и 7х7 я никогда не играл. Степан Андреевич похлопал меня по плечу, сказав: «я все понимаю, дерзай».

Как бы я не дерзал, толку от этого было мало. Потерянная форма, не блудливая девушка и не возвращается по первому звонку. Возможно я и был главной звездой команды, но физически уступал даже юристу. Да, настолько я был плох. Во втором матче мы пропустили быстрый гол. Степан Андреевич покраснел и начал задыхаться. Было боязно за его здоровье. Жадно глотая воздух, он посыпал нас страшными ругательствами. Парни справлялись и без такого мэтра как я. К тому времени я еще и выдохся. Скрученный спазмом желудок был готов вывернуться наизнанку, но я терпел. Забитый в концовке гол вернул надежду. Но, чтобы выйти дальше надо забивать еще. Тренер снова посадил меня на скамейку. Мне не везло как никогда. Зато везло команде, которая снова забила и с огромным трудом выиграла матч. Вопреки скептикам, мы прорвались в полуфинал.

Большой перерыв пошел мне на пользу. Пластиковая бутылка залетела мне прямо в висок с легкой руки Степана Андреевича. Точным попаданием опытный мотиватор сумел переключить тумблер. Увидев гнев в моих глазах, он громко крикнул: «В следующий раз бутылка будет стеклянной». Провокация тренера пробудила во мне зверя. Степан Андреевич вновь проявил свой талант. Умение подходить к ребятам с разной степенью жесткости, всегда отличала его от других. Кого-то жалеет, кого-то хвалит, а кому-то может и пинка поддать. Последнее всегда было по мою душу, а его пинок дорогого стоил.

В полуфинале нас ждали питерские пивовары, которые в своей группе успели забить двадцать мячей за два матча. Никто не верил, что пузатые парни из Щепкино смогут дать им отпор. Но на этот раз удача шла со мной в ногу. За каких-то пять минут, я трижды расстрелял вратаря соперника и ни разу не промахнулся. Мяч буквально лип к ноге, а когда наступало время расстаться, он отлетал от нее как радиоуправляемая ракета. Созданной форы оказалось достаточно для выхода в финал. Степан Андреевич все равно ругался, но делал это не со зла, а чтобы не спугнуть удачу и настрой, который он заложил в меня после брошенной в голову бутылки.

Превратившись в лидера команды, я потащил ее