Матка - Татьяна Шуран

Под предлогом строительства закрытых элитных поселков он возвел в различных уголках страны исполинские города-святилища, организованные по принципу обнаруженных Золтаном Себестьяном подземных храмов и предназначенные для возрождения в современном мире культа древневавилонских "старших богов". Среди знаний, скрытых в жертвенном камне, Тасманов обнаружил также и технологию изготовления алтарей. Предельная концентрация хтонических потоков в кубе из габбро достигалась путем периодического повторения изощренных ритуальных истязаний в присутствии беснующейся толпы. Тасманов задался целью изготовить несколько запасных алтарей и соответствующим образом организовал религиозную практику в каждом из филиалов секты.

Мрачные, на посторонний взгляд — беспорядочно нагроможденные переходы, галереи и залы, большей частью подземные и лишь изредка поднимавшиеся на поверхность причудливой асимметричной башней или похожим на пустой бассейн котлованом, усеянным изображениями фантастических существ, вырезанные из тяжелых, грубых материалов, хранивших первозданную силу земли — базальт, гранит, черное обсидиановое стекло — святилища представляли из себя исполинскую каменную воронку с осью в области алтаря. Аскетическая обстановка вполне компенсировалась обилием ослепительных наваждений и кровавых ловушек, а отсутствие даже намека на социальную организацию или духовное учение объяснялось непосредственным контактом со сверхъестественной силой, переходившей во время жертвоприношения к адептам, и всеобщим подчинением всеведению и всемогуществу земли. Всячески поощряя аморальность и вседозволенность как возвращение к изначальной природе вещей, Тасманов постепенно превратил сектантскую сеть в подлинное воплощение легендарного Вавилона — столицы экзотических суеверий, изуверской жестокости, безудержного распутства, скрытой власти и оккультных экспериментов.

Из книги Чероны-Бели "Открытие памяти":

Культ, который создал отец, не был духовным учением или сектой в обычном смысле слова; хтонические импульсы действовали на глубинные личностные структуры, незаметно изменяя поведение человека, и косвенным путем обеспечивали очевидный сверхъестественный эффект. Сила камня пробуждала глубинную энергию бессознательного, которая по природе своей аналогична магме в недрах земли, и выполняла случайные желания, поддерживая в адептах ощущение причастности к высшей реальности, законов которой они, однако, не понимали. Автохтоны внушали состояние, связанное с первичным освоением жизненного пространства: склонность к иррациональным эксцентричным выходкам, наживе, насилию и разврату. Хтонический ток, не адаптированный к духовным задачам человека, не преобразованный в возвышенную, утонченную энергию созидания и жертвенности, оседал в физической плоти в качестве камня, нарушая таким образом жизнедеятельность организма, и формировал болезнетворную структуру, поглощавшую жертву изнутри. Опасные изменения, вместо того, чтобы обострить бдительность людей, побуждали их, как правило, к разного рода соблазнам и манипуляциям. Благодаря глубинному, многоплановому воздействию автохтонов отцу удавалось сохранять в тайне существование грандиозных городов-святилищ и систематическое массовое уничтожение жертв, число которых во время наиболее длительных и пышных церемоний достигало порой нескольких сотен за раз.

Конечно, деятельность Тасманова не осталась совершенно незамеченной. Так называемый поздний период творчества отца овеян множеством самых фантастических слухов и легенд. Постепенно, уже после необъяснимого исчезновения Тасманова и множества его почитателей, эйфория от его опасных изобретений несколько рассеялась, и в обществе появились попытки критического осмысления его работы. В частности, сектантская сеть, лишившись энергетической базы, частью измельчала, частью распалась, и некоторые из бывших адептов, еще не вполне утратившие здоровье и рассудок, вернулись к относительно самостоятельной жизни. Поскольку техника преобразования минералов так никогда и не была разгадана, крупицы правды растворились среди нелепых домыслов и обвинений, и оккультные опыты отца остались одной из множества сплетен. Однако я могу судить о существовании сравнительно адекватных оценок; так, одной из наиболее удачных попыток указать на истинную роль Тасманова в обществе я считаю прошедшую почти незамеченной книгу Валерия Гвоздева "Феномен Тасманова. Невидимый город" — журналистское расследование, посвященное косвенным свидетельствам о действующей через автохтоны секте. Правдивые, хотя не вполне убедительно обоснованные выводы не привлекли внимания общества, предпочитавшего обманываться мечтами о всесильном гении, способном безвозмездно открыть дорогу к неисчерпаемому изобилию материальных и духовных благ. Однако книга Гвоздева интересна и поучительна не столько благодаря рассуждениям самого автора, сколько благодаря свидетельствам нескольких бывших адептов культа, которых журналисту удалось отыскать и анонимно расспросить. Вопиющие подробности вызвали недоверие публики, а между тем именно они полностью соответствуют реальности. Впрочем, собранные журналистом высказывания позволяют составить представление не только функционировании секты, но и о психологических особенностях участников этого возрожденного мракобесия.

Из книги Валерия Гвоздева "Феномен Тасманова. Невидимый город":

(Вопрос): — Как вы попали в секту Тасманова?

(Ответ): — Сначала я попал в психиатрическую больницу. Я заметил, что автохтоны способны… как бы изменять реальность, что ли. И если очень сильно сосредоточиться на каком-нибудь желании, по-настоящему зациклиться, то в какой-то момент через тебя идет некая сила. И желание исполняется. Я стал так поступать, и постепенно все у меня как-то сместилось. Я начал сомневаться: если человек вот так, по собственной воле, может все, что угодно, творить, то что же там, за гранью… творения. Я испугался, что строну вот эту видимость… порядка. И перестал заглядывать с стереозеркала.

— Но хтонический ток сейчас практически повсюду. Во многих приборах, даже бытовых.

— Я старался их избегать. И, главное, прекратил целенаправленное использование. Тогда мне и явились какие-то твари.

— В реальности?

— Они появились, как из стереозеркал, но автохтонов поблизости не было. Потом уже я понял, что они происходят изнутри меня. Это и были истинные боги земли — гигантские доисторические насекомые. Я пытался от них спрятаться и выпал из окна. Когда я очнулся в больнице, выяснилось, что я сломал позвоночник. Плюс к тому, мне сообщили, что я перед этим на некоторое время пропал без вести, а еще раньше кого-то убил и еще кого-то ограбил. Я ничего об этом не помнил. А окно, из которого я выбросился, находилось в притоне, куда я якобы пригласил проституток-трансвеститов с целью устроить между ними конкурс красоты. Впрочем, трансвеститов я и сам помню. Только я думал, что они мне кажутся.