Клуб масок. Взросление Ское - Елена Эдуардовна Бодрова

– Понятно, – Ское улыбнулся. – Позови кого-нибудь из родителей.

– Их нет дома. Есть собака, но она очень маленькая и разговаривать с вами не станет. Мне звонят, подождите! – девушка скрылась в квартире, оставив дверь приоткрытой. До Ское донеслась приглушенная мелодия. Мелодия оборвалась. Вскоре девушка, держа трубку возле уха, опять появилась в проеме.

– Да, мама. Здесь какой-то парень. Да нет же, не в квартире. Он не со мной, мама! Дослушай. Он спрашивает, кто жил в квартире до нас. А? Нет, я не могу так ему сказать, потому что я вежливая и добродушная. Сама ему скажи тогда! Даю трубку.

Девушка протянула Ское телефон. Он поднес его к уху.

– Что вам надо от моей дочери? – услышал он.

– Здравствуйте, – поздоровался Ское. – Простите…

– Немедленно уходите, а то я вызову полицию.

– Я пришел к девушке, что жила здесь до вас.

– Это вас не оправдывает. Все равно уходите.

– Я уйду, – пообещал Ское. – Скажите только, куда переехали Котомкины, у которых вы купили квартиру.

– Мы покупали через риелтора, молодой человек. Сейчас все так делают. Мы не знаем никаких Котомкиных, в глаза не видели прошлых хозяев.

– А телефон риелтора…

– Понятия не имею! – начала выходить из себя женщина. – Я не храню все телефоны, по которым когда-либо звонила. И уходите, оставьте в покое мою дочь!

– Хорошо, – согласился Ское.

Девушка выхватила у него из рук трубку, видимо, решив, что разговор между ее матерью и незнакомцем на этом исчерпан.

– Мама, нельзя так разговаривать с симпатичными парнями! – укоризненно проговорила она в трубку, зашла в квартиру и захлопнула дверь, видимо, решив, что разговор между нею и Ское тоже исчерпан.

Ское несколько секунд еще слышал ее невнятное бормотание за дверью.

Стал спускаться по лестнице, но в первом же пролете остановился у окна. Достал из кармана свой телефон, прощелкал адресную книгу до буквы «Н». Долго, нерешительно смотрел на экран, прежде чем нажать кнопку вызова, прежде чем позвонить Нике впервые за три года.

«Номер не обслуживается».

34

– Привет, Вадим.

– Ское?

– Можешь выйти?

– Выйти?

– Из дома. Я тут, под твоим окном.

Звонок сбросился. Ское убрал телефон в карман и прошелся по насыпной дорожке возле дома в одну и в другую сторону в ожидании Вадима. Через минуту распахнулись двери.

– Опять под окном и без серенады? – с порога пошутил Вадим. Тем не менее лицо его имело серьезное выражение.

Ское хотел улыбнуться, но не получилось.

– Зайдешь? – предложил Вадим.

– Нет, я всего на пару слов. Сильно не отвлеку.

– Насчет фильма? Если хочешь, чтобы я был оператором, то я уже сказал в прошлый раз, что…

– Нет, это по другому поводу.

– По какому?

Ское помолчал немного, прежде чем сказать:

– Насчет Ники. Я понимаю, что у тебя спрашивать не очень…

– Ское, брось, прошло три года, – резко оборвал его Вадим. – Спрашивай.

– Хотел увидеться с ней, но, кажется, она переехала. И сменила номер телефона.

– И ты думаешь, что я дам тебе ее новый адрес и новый номер?

– Вадим, если это…

– Я бы дал, – перебил Вадим. – Но у меня нет. Я не общался с ней с тех пор, как окончил школу.

– Понятно. Извини, что потревожил.

– Пробовал спросить у новых жильцов?

– Они ничего не знают. Купили квартиру через риелтора.

– И что теперь будешь делать?

Ское не успел ответить – у Вадима затрезвонил телефон.

– Алло, да? Игорь, это не ко мне. Такие вопросы решает Олег Степанович.

– Не буду тебя отвлекать, – сказал Ское и попытался уйти. Вадим схватил его за рукав, чтобы задержать, и продолжил говорить в трубку:

– Не в моей компетенции потому что. Не собираюсь я выполнять чужую работу… Знаю, что отец… Он… Хватит мне это повторять, я про отца всё знаю! – рявкнул Вадим и нажал «отбой». Сердито сунул телефон в карман, вздохнул, посмотрел на Ское, словно только сейчас его увидел. Отпустил рукав его куртки.

– Я пойду, – сказал Ское.

– А Ника? – рассеянно проговорил Вадим. Было видно, что он еще обдумывает телефонный разговор.

– Не увижусь с ней перед отъездом. Что поделаешь… Может, это и к лучшему.

– Постой, перед каким отъездом? – Вадим встряхнул головой. – Ты ведь только приехал.

– Магнитогорск не рад мне.

– О чем ты? Это город. Кому он может быть рад? Унылый пыльный город.

У Вадима вновь зазвонил телефон, но на этот раз он отвечать, похоже, не собирался.

– Тебе звонят, – заметил Ское. – А я пойду.

– Значит, уедешь?

– Постараюсь на завтра взять билет.

– А фильм? Ты хотел снимать здесь, – Вадим говорил с нажимом. Можно было подумать, что он сердится на Ское, что ему не все равно. В его лице даже появилось что-то от прежнего Вадима, и Ское почти улыбнулся.

Мелодия звонка наконец оборвалась, и одновременно открылась входная дверь. Выглянул отец Вадима.

– Ты почему не отвечаешь на звонок? Это по работе, – строго спросил он у сына. Вадим даже не обернулся к нему, сказал, глядя на Ское:

– Алексей Викторович, у меня гость.

– О! – только и смог выговорить тот. Он вышел на крыльцо, приблизился к Ское и теперь узнал его. – Ское Вильсон! Помню, помню. Приехал навестить родной город? Как твой дедушка?

– Хорошо, спасибо. А вы как поживаете? Как Марина Алексеевна? – вежливо поинтересовался Ское.

Алексей Викторович поджал губы на секунду, затем растянул их в узкой улыбке:

– Все хорошо. Зайдешь? – он повернулся к сыну: – Вадим, почему держишь гостя на пороге? Пригласи.

– Я приглашал, – буркнул Вадим.

– Заходи, Ское. Мы будем рады выпить с тобой чаю. Или кофе.

– Спасибо, но мне уже пора.

– Спешишь? А то поболтали бы с Вадимом, ведь три года не виделись, есть что обсудить.

– Он спешит поскорее смотаться из этого города, – вставил Вадим.

– Что ты такое говоришь? Ское приехал навестить деда, разве он уедет так скоро?

– Приехал и понял, что ошибся. Когда приезжаешь из Швеции в Магнитогорск, такое бывает. Накрывает осознание того, что совершил огромную ошибку.

– Перестань, Вадим.

– Я приехал не из Швеции, а из Москвы, – поправил Ское. – Но действительно собираюсь уезжать в скором времени, Алексей Викторович.

– Вот видишь, – сказал Вадим. – Счастливого полета!

– Вадим, не груби!

– С каких пор пожелание счастливого полета считается грубостью? – напустился на отца тот.

– Я пойду, – сказал Ское расстроенно. – До скорого, Вадим… точнее, наверное, прощай.

Вадим сверкнул глазами в его сторону и молча ушел в дом.

– Прости его, Ское. У нас сегодня был сложный день на работе, и, мало того, дела еще не завершены. Вадим весь на взводе. Да и я тоже. Но ты здесь ни при чем, поэтому извини нас. Если и правда надумаешь улетать, тогда хорошей тебе дороги.

– Спасибо.

Ское долго шел, не разбирая дороги, не обращая внимания на фонари и выглянувшую из-за облака луну. В полночь он забрел в свой собственный двор – ноги сами привели.

– Что ж, надо собрать вещи, – сказал себе Ское. Поднялся в квартиру. В комнате он долго смотрел на сложенные аккуратной стопкой, еще не до конца разобранные после приезда рубашки и джинсы, как будто пытался упаковать их в чемодан силой мысли.

Брякнул сигнал о сообщении. Ское не двигался минут