Киндер-сюрприз для ловеласа (СИ) - Волконская Оксана

Телефон наконец-то перестал звонить. Это радовало. Кажется, Антон понял, что раскрыт. Что ж, сказка закончена, пора возвращаться в реальность. Даша со вздохом заварила себе еще чая и открыла ноутбук. Работа-работа, она никогда не бывает лишней, особенно в таких ситуациях. Она-то и поможет ей отвлечься.

Вика ушла где-то минут десять назад, когда Даше наконец-то удалось выдавливать из себя максимально правдоподобные улыбки. Неизвестно, насколько сестра ей поверила, но сочла за лучшее все-таки уйти. И Даша честно стала пытаться работать. Нет, она не собиралась страдать, ведь погрязнувшая в депрессии мать – последнее, что нужно Максу. Она с самого начала знала, что с Антоном у нее ничего не выйдет. Но на фоне всего этого вчерашние вопросы Вишнякова казались насмешкой. Словно ее пытались вывести на чистую воду, как какую-то преступницу.

Так, спокойно. Она не будет сама себя накручивать. Вот, даже Вишняков перестал ей звонить. Так что… Жизнь продолжается. И пора возвращаться к тому, что было раньше. Она сможет. Она справится.

Неизвестно, насколько бы Даше удалось реализовать свои благие намерения, если бы в дверь не раздался очередной звонок. Неужели Ольшанская опять что-то придумала и решила вернуться? С нее станется. Вздохнув, Даша отправилась открывать. Она просто отправит сестру домой, потому что сейчас хочет побыть одна. Вика должна это понять.

Вот только на пороге стояла совсем не Вика.

Антон Вишняков стоял на пороге и в упор на нее смотрел. И от этого взгляда становилось откровенно не по себе. Хотелось сбежать куда-нибудь, скрыться от этого проницательного взгляда. Но единственное, что в данной ситуации могла сделать Даша – не отвести глаз. Да, она виновата. Да, она может извиниться. Но что-то еще? Нет, у нее достаточно для этого гордости.

- Пустишь? – поинтересовался Антон, кивая в сторону квартиры. Как раз тогда, когда молчание стало уже невыносимо долгим.

- А зачем? – непослушными губами переспросила Даша. Надо извиниться и просто закрыть дверь. Что может быть проще? Вот только почему так сложно это сделать?

- То есть ты считаешь, нам не о чем разговаривать? – прищурился он.

- А разве есть? Мы тебя разыграли, ты вчера тоже повеселился за наш счет. За мой счет. Так что квиты. И, да, прости, я не думала, что ты настолько всерьез все примешь, - скороговоркой проговорила Даша. Пожалуйста, пусть он уйдет! Пока она еще держится и может не натворить глупостей. Слишком уж она заигралась в эту игру. Так, что сама начала уже верить.

Тяжкий вздох, который послышался в ответ, одновременно и раздражал, и разрывал ей сердце. А еще почему-то вызывал ассоциации о разговоре с маленьким ребенком.

- Даша, нам надо поговорить, - повторил Антон.

- Хорошо, - спокойно отозвалась Даша, не отступая, впрочем, чтобы не пускать его в квартиру. – Почему ты прямо меня не спросил, если не узнал все еще вчера? Зачем вот эти вот игры в романтику?

Он молчал, не зная, что на все это ответить. Да что там, он сам не до конца понимал, зачем все это затеял. С одной стороны, хотелось узнать поближе, какая она. А с другой… Да, было желание поиграть в ответ с девчонками, водящими его за нос.

Даша словно уловила его мысли и усмехнулась. Как-то горько и насмешливо одновременно.

- Понятно.

- Хочешь сказать, что ваша идея с моим отцовством была веселой? – перешел в наступление Антон. Лучшая защита – это ведь нападение? Лучше он будет придерживаться такой тактики, чем оправдываться в ответ.

Даша опустила глаза и тихо ответила:

- Мы думали, ты испугаешься. Это вписывалось в твой характер.

Слова были честными, и это Вишнякова больше всего покоробило.

- То есть ты думала, что я вот такая вот трусливая мразь?

От резкого тона Даша слегка вздрогнула, воровато огляделась и попросила:

- Ори тише, ладно? Макс спит.

И снова этот невозмутимый тон, которым она говорила в день их знакомства! Как же он бесил Вишнякова сейчас, когда знал, что она может быть другой. Что все ее напускное спокойствие – сплошная маска. Знал ли он ее настоящую? Почему-то казалось, что да. За всеми этими иголками скрывалась удивительная девушка, которую хотелось беречь. Правда, предварительно выпоров, чтобы больше ерунды не несла. И вот она заявляет, что он должен был испугаться, узнав о ребенке. Обидно? Не то слово.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Никто не называл тебя мразью, - спокойно пояснила Даша. Слишком спокойно. Хотелось взять ее за плечи и начать трясти до тех пор, пока с ее лица не исчезнет эта дурацкая маска. Пока перед ним не появится настоящая Дарья Гордеева. – Просто это не вписывается в твой образ жизни, и было логично предположить, что…

- Замолчи! – вдруг решительно перебил ее Антон. – Не зли меня еще больше, ладно?

Еще один взгляд глаза в глаза. Какое-то отчаянное выражение, а потом Даша вдруг резко сказала:

- Тебя никто не заставляет здесь стоять, задавать вопросы и выслушивать на них ответы. Тем более, ты и сам их знаешь.

- Не на все, - жестко ответил Антон. – Совсем не на все.

- Тогда задавай и уходи, - ее спокойствие было тонким, натянутым, как струна. И вот-вот грозило лопнуть. А в голове словно набатом билось: «Пусть он сейчас уйдет. Пожалуйста».

- И задам, - по губам Вишнякова скользнула какая-то змеиная улыбка. Шаг вперед, и он притянул к себе Дашу. Резко, напористо поцеловал и так же неожиданно отпустил, изучающее глядя. Маски были сброшены. Перед ним стояла растерянная девчонка, которая изо всех сил пыталась взять себя в руки. Получилось, откровенно говоря, хреново.

- Ты… - Даша даже заикалась. – Ты… Ты что делаешь?

- Получаю ответ на свой вопрос, - настроение у Вишнякова как-то подозрительно улучшилось и он, развернувшись, бросил через плечо. – До встречи.

Захлопнувшая дверь стала для него ответом.

глава 19

И кто бы сомневался, что дома он опять застанет Вику. Судя по ее недовольному виду, Маргошка ее все-таки отчитала за все произошедшее. Но хотя бы подруги не поссорились – уже плюс. Потому что, как ни крути, а если бы не эта Викина авантюра, едва ли он бы познакомился с Дашей. И сейчас, после этого разговора, Антон думал о такой возможности чуть ли не со страхом.

- Ну что, кардинал Ришелье в юбке? – Вишняков скрестил руки на груди и посмотрел на бывшую девушку. – И чего ты всем этим добилась?

Кто бы сомневался, что перед ним Ольшанская никогда не будет чувствовать себя виноватой! Слишком уж хорошо он знает эту вредину. Да, пусть дружба у них и довольна странная, но она все-таки есть. И друзья из них вышли гораздо лучше, чем пара.

При его появлении лицо Вики приобрело какое-то хищное выражение. И вместо того, чтобы начать оправдываться, она выпустила иголки:

- Ой, вот только не говори, что ты не втянулся в эту ситуацию. И что Дашка моя тебе не понравилась.

Ольшанская неисправима! И хоть бы немного виноватую мордашку состроила, так нет же. Ведет себя так, будто все идет, как она запланировала.

- Виктория! – он слегка повысил голос, рассчитывая хоть так призвать ее к порядку. Даже Марго кинула на подругу укоризненный взгляд. А та спокойно погладила подбежавшего к ней бельчонка по спинке и сказала:

- Антон, тут было два варианта развития событий. Либо ли перетрусишь и сбежишь. Но это будет хорошим способом отомстить за наши с Маргошкой мучения.

- Вика! – ахнула сестра и попыталась пихнуть подругу локтем, чтобы та замолчала. Не тут-то было. Ольшанскую, как свободную прессу, не заткнешь. Та извернулась и продолжила:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Ну а что? Скажешь, он не заслужил? Он поспорил на тебя, сильно подставил меня с Лексом, – и почему-то довольно улыбнулась. Ответа, впрочем, дожиться не стала. – Либо ты окажешься куда взрослее, чем мы все думаем, и… Собственно, это «и» и произошло.

- Ольшанская, твою бы энергию, да в мирных целях, - покачал головой Антон. – И как только Лекс тебя терпит?