Киндер-сюрприз для ловеласа (СИ) - Волконская Оксана

Но Виктория Ольшанская лишним тактом никогда не отличалась:

- Антон звонил?

И просто кивок вместо ответа.

- Ты отвечать собираешься? – не унималась Вика. В ответ послышалось глухое и категоричное:

- Нет.

- Но почему?! – буквально взвыла Ольшанская. Может, зря она ей сказала? Сами бы как-нибудь разобрались? Но ей так не хотелось, чтобы сестра пострадала. Черт, зачем она вообще заварила эту кашу?

- Потому что мы квиты, - сухо произнесла Даша. – Оба поморочили друг другу голову, пора бы и честь знать.

- То есть ты не хочешь обсудить сложившееся положение вещей? – уточнила Вика, испытывая желание треснуть сестру чем-нибудь тяжелым. Вот почему бы просто не поговорить? Она была уверена, что тогда все встанет по своим местам. Ну не слепой же Вишняков! Дурак, конечно, но не слепой.

- А зачем? – Даша невозмутимо пожала плечами. – Он парень не глупый. Сам все понял. Думаю, в дополнительных объяснениях не нуждается. А все, что ты хотела ему сказать, сама скажешь. Ничего же не изменилось.

Вике хотелось схватить сестру за плечи и доказать, что изменилось все. Во всяком случае, она на это надеялась. Но знала, что Дашка порою бывает куда как упрямее нее.

- То есть ты даже не хочешь дать ему шанс высказаться? – возмутилась она. А Даша вдруг резко обернулась и отрезала:

- Я не хочу оправдываться сама, Вика. Если кто во всем этом и виноват, то я. А он просто пошел по той же ниточке. Так что… Мы квиты.

Голос звучал ровно, даже слишком. Но Вика чувствовала, что еще немного – и сестра сорвется. И даже показное спокойствие улетучится. Кто же мог подумать, что по ней так больно ударит эта история?

А телефон тем временем вновь и вновь разрывался, подскакивал на поверхности столешницы. Да уж, Антон умеет быть упорным, когда ему надо. Оставалось лишь надеяться, что для него все это не игра и он не станет в позу и урегулирует ситуацию.

Вика как наяву услышала голос собственного парня, который укоряющее произнес: «Ну что, чудо мое от слова чудовища, заигралась?». И да, в этот раз, похоже, действительно заигралась. Жалко только, что прошлое назад не отмотаешь.

Она вдруг подскочила, подошла к сестре и крепко-крепко ее обняла. Как в детстве, после ссоры. Она никогда не любила ссориться с Дашкой, пусть они и были такими разными, но они – семья. И это самое главное и важное.

- Прости меня, а? – прямо в ухо сестре прошептала она. – Дурочка я у вас, что поделать. Мстительная дурочка.

Тихий смешок Даши заставил Вику немного воспрянуть. Не все так страшно. Во всяком случае, пока что у нее есть время все исправить.

- Что поделать? – философски ответила сестра. – Я тебя и такой люблю.

- Но, может, все-таки выслушаешь Тоху? – предприняла новую попытку Вика. Но снова услышала категоричное:

- Нет.

- Ну солнце… - попробовала было поныть Вика, но Даша, отстранившись серьезно на нее посмотрела, и девушка приуныла.

- Ну ладно, ладно, игнорируем дальше.

- И сама в это лезть не вздумай, - предупредила слишком хорошо знающая сестру Даша. Ольшанская печально кивнула и пообещала:

- Не буду.

Ей, кажется, не слишком-то поверили, но это не столь важно. Она хорошо знала сестру. И не так плохо знала Антона. И в одном была уверена точно – если тот так усердно сейчас названивает, едва ли он по-тихому уйдет в закат. И, если у Вишнякова есть мозги, он не будет злиться и обижаться. И ни в коем разе не упустит такую замечательную, чудесную девушку, как ее Дашка. И вообще – почувствовал себя папашей – пусть несет ответственность. Какая разница, чей, в сущности, сын Макс, если он уже втянулся в роль отца?

глава 17

Она просто перестала брать трубку. Только что они переписывались и вот – Даша просто перестала отвечать на его сообщения. Это было, мягко говоря, странно. Потому она тянулась к нему, он прекрасно это видел вчера.

В первый момент, когда он услышал все от Кирилла, Антон не хотел верить. Как бы это глупо ни было, Даша Гордеева ему понравилась. Она действительно не похожа на его пассий. Настоящая. Уютная. И он настолько легко принял роль отца, что это даже удивительно было. Возможно, он уже вырос из той жизни, которой жил? Кто знает. Потом пришла злость. Вот какого черта они с ним так поступили, совершенно нечестно и жестоко? Чего они ждали? И ему тоже захотелось надавить в ответ, чтобы признались сами. Не зря же он весь вечер прощупывал ее на предмет лицемерия и границы, до которой она была готова зайти в своей лжи. И облегченно выдохнул, когда понял, что ему не показалось. Даша была слишком бесхитростной для той роли, что ей отвели. Она не готова была строить целые замки из лжи ради какой-то непонятной цели.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Хотя почему непонятной? Вика же сказала, что когда-нибудь его поступки ему аукнуться. А, зная Ольшанскую, это было предупреждением. Но как ей удалось уговорить на этот обман Дашу?

Но почему сейчас она не берет трубку? Вот так вот внезапно? Он бы понял, пропади Даша с самого утра. Но сейчас? Прямо в разгар общения? Или, может, что-то с Максом случилось? Против воли Антон почувствовал беспокойство – он действительно как-то очень быстро привязался к мальчишке. Возможно, потому что верил, что тот – его. А кто его знает!

А потом пришли клиенты, и Вишняков был вынужден отвлечься на рабочие дела, то и дело украдкой поглядывая в сторону телефона. Почему она не отвечает? Почему не перезвонила? Что вообще происходит?

Он все-таки дождался звонка. Схватился за телефон и со вздохом прочитал имя абонента. Сестра.

- Да, Маргош, я тебя слушаю, - торопливо проговорил он, надеясь, что та не будет долго разглагольствовать. Нет, он любил ее, несмотря ни на что, но сейчас он ждал другого звонка.

- Нет, Антон, это я хочу тебя послушать, - в голосе Маргариты слышалась непривычная сталь. – Зачем ты интересовался Дашкой?

- Кем? – Вишняков поперхнулся, пытаясь сообразить, как она могла узнать.

- Дашкой. Троюродной сестрой Вики. Ты что в очередной раз задумал? Что вообще происходит? - в голосе сестры слышалось нетерпение. Вместо ответа Антон осторожно поинтересовался:

- Маргош, а ты знаешь, кто отец ребенка Даши? Ты знакома с ней, правильно понимаю?

Не то чтобы он в этом сомневался, но спросить на всякий случай стоило. Для собственного успокоения, так сказать.

- Конечно, знакомы. У нас всего несколько лет разницы, - по порядку отвечала сестра. – Однокурсник ее бывший. А что? Антон?

Все-таки он картина у него сложилась верная. Эх, Даша-Даша, как ты дала себя во все это втянуть? А сестра тоже дурочкой никогда не была. Сложила воедино рассказ о сыне, найденные у Кирилла распечатки и ахнула:

- Ты хочешь сказать, это Даша и Макс? – она не закончила.

- Точнее Вика, - поправил ее брат. Маргарита выругалась, и Антон невольно поразился тому, какие слова знает его, казалось бы, маленькая сестренка.

- Ритка! – возмущенно проговорил он, хотя больше всего на свете ему хотелось бы присоединиться к данному монологу. Сестра замолкла и потом спросила:

- И что ты будешь делать?

Хороший вопрос. Актуальный как никогда. Еще бы знать на него ответ.

- Понятия не имею, - честно ответил он.

Маргарита начала было высказываться в защиту Даши, но оборвала себя на полуслове и попросила:

- Только глупостей не наделай.

Спасибо, сестренка. Главное, вовремя предупредить. Тем более, сейчас, когда он, казалось бы как раз готов к ним. И только положив трубку, он сообразил, что так и не спросил, откуда сестра узнала. Впрочем, несложно догадаться. Она ведь дружила с женой Кирилла, а тот вполне мог засветить случайно информацию.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И остается только один вопрос. Что ему сейчас делать? Поговорить с Дашей или оставить все, как есть, разойдясь навсегда, как в море корабли?

глава 18