Проклятье живой воды (СИ) - Романова Галина Львовна

— Судя по тому, что вы подсели именно ко мне, вам есть, о чем со мной поговорить? — помолчав, заговорил Арчи.

— Мне есть, о чем поговорить с Арчибальдом Бетсоном, джентльменом, оказывающим особые услуги тем, чьи проблемы слишком… необычны…

— И с коими не следует обращаться в полицию, — любезно закончил Арчи. — Я к вашим услугам. Как мне вас называть?

— Король Британии.

Арчи кивнул. Тут все понятно — никто не хочет называть своего подлинного имени. Даже он зовется Арчибальдом Бетсоном исключительно для своих клиентов. Но квартирная хозяйка знает его под другим именем, а матушка, проживающая в престижном пансионе, — под третьим. Причем старушка время от времени заговаривается и путает имена, называя его именем брата, который давным-давно умер.

— Я вас слушаю… ваше величество, — поддержал он игру.

— Надо найти кое-что, — собеседник не понял или не заметил иронии.

— Кое-кого? — поправил Арчи. — Человека, который…

— Кое-что. Но, в конечном итоге, искать всегда придется человека.

— Кто?

— Вы все найдете в этой папке, — собеседник слегка шевельнулся. Одна рука скользнула куда-то вбок. Послышалось шуршание оберточной бумаги. — Здесь все. Счастливо оставаться. Через трое суток с вами свяжутся. Приходите сюда. В это же время. Приду я или кое-кто другой. Вы легко узнаете этого человека.

Обе руки опять лежали на набалдашнике трости. Арчи покосился на них — указательный палец левой руки выразительно постучал по перстню с вырезанным на нем крестом.

Опознавательный знак. Секта или… в любом случае, Арчи всем и каждому говорил, что ему все равно, кем является его клиент. Лишь бы деньги платили.

В этом он убедился дома, когда вскрыл пакет. Под коричневой оболочкой обнаружилось несколько писем с подчеркнутыми отдельными строками, дагерротипная фотография, несколько листков с описанием задания, а также банковский билет на сумму в тысячу фунтов.

Хм, неплохое начало работы. Правда, весь опыт Арчи говорил о другом — что и проблемы, с которыми ему придется столкнуться, столь же существенны.

Широкие ярко освещенные улицы, роскошные особняки, скверы и витрины магазинов остались позади. Промелькнула набережная, вдали темной громадой встал кафедральный собор, и вот уже они углубились в предместья.

Роза вертела головой, впитывая впечатления. Конечно, она знала Лондон, но знала только Сите, престижную Белгравию и окрестности Гайдн-парка, Ковент-Гарден и аллеи вдоль дворца, ну еще и район модных магазинов. Однако по ночам там она практически не бывала — разве что проездом, возвращаясь из театра или с бала домой. Но в этом районе она не бывала никогда и даже не знала, как он называется. Девушка не знала, где находится и цеплялась за руку кузена, который довольно уверенно вел ее куда-то. Они то шагали неспешной походкой, то торопились почти бегом. С точки зрения Розы, они уже давно заблудились и шли просто куда глаза глядят.

— Куда вы меня ведете, Джеймс? — задыхаясь от ходьбы и впечатлений, поинтересовалась Роза.

— Вы устали, братец Джон. Поэтому я веду вас в одно тихое местечко, где можно неплохо выпить и закусить.

— Выпить? Закусить? Но…

— Знаю, что вы хотите сказать, — Джеймс свернул в узкую боковую улочку, такую темную и грязную, что Роза невольно закашлялась, закрывая лицо рукой. — Что приличные леди не ходят в такие заведения и тем более не выпивают. Но сейчас вы — мой любимый младший братишка. Вам простительно волноваться и краснеть, но вот отказываться от угощения… это подозрительно. Мы ведь не хотим, чтобы наш маскарад был разгадан?

Девушка кивнула, смиряясь.

Тихое местечко оказалось трактиром, стоявшим на углу двух улочек — той, по которой они прошли и другой, столь же узкой и грязной, вдобавок откуда-то тянуло запахом рыбы и сырой воды.

— Ничего удивительного, тут рядом река, — Джеймс указал тростью вдаль. — Если пройти направо до конца улицы, можно как раз выйти к набережной, а если направиться налево, то попадешь в доки… но только я бы туда идти не советовал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А п-почему?

— Холодно. И сыро. А здесь, — он распахнул визгливо скрипнувшую дверь, — тепло и сухо.

Да, тепло. Да, сухо, что почувствовала Роза, переступив порог. А еще тут было сумрачно — тьму разгоняло всего несколько свечных огарков и огонь в камине — многолюдно и резко пахло чем-то жареным, а еще кислым и… хм… вином?

Разделенный подпорками на две половины зал был заставлен столиками. Вдоль стен тянулись стойки, возле которых стояли, облокотившись, мужчины. Мужчины сидели и за столами, выпивая и закусывая.

— Джонни, — Джеймс хлопнул «братца» по плечу, — это самый лучший трактир в этой части столицы… Эй, пива и устриц.

— Пива? — выдохнула Роза. — А что это?

— Сейчас узнаешь, Джонни. Это, конечно, не старый добрый эль, но тут подают отменный портер. Он достоин того, чтобы быть поданным к столу самого короля… Боже, храни королеву.

Они заняли один из свободных столиков, и подошедшая подавальщица поставила перед ними две большие глиняные кружки с пенным напитком. Роза осторожно взялась за нее двумя руками, принюхалась. Потом лизнула пену.

— Пей. — Джеймс подмигнул, делая большой глоток.

Девушка осторожно пригубила пиво. Подняла глаза на кузена, во взгляде которого читалась насмешка, и неожиданно, схватив кружку двумя руками, принялась пить большими глотками, как микстуру.

— Тихо-тихо. — Джеймс попытался остановить ее. — Не так быстро.

Но Роза и сама уже поперхнулась и закашлялась. В ответ кузен быстро хлопнул ее по спине.

— Ой. — взвизгнула она. — Да как вы…

— Ты, — быстро поправил тот.

— Да как ты — ик. — смеешь? Да я… я подавилась. Мне было плохо. Это…

— Это пиво. А ты глотаешь его, как молоко. Не торопись, почувствуй его вкус, аромат… наслаждайся.

Девушка сделала несколько глотков, подражая кузену. Прислушалась к своим ощущениям.

— А знаешь, это пиво… оно очень даже ничего. Мне нравится. Это так интересно.

— Что ж, тогда давай закусим — как раз несут наших устриц. — и отправимся еще куда-нибудь?

Расхрабрившаяся Роза кивнула, энергично принимаясь за еду. Приключение начало ей нравиться.

Глава 5

— Ну, куда мы теперь пойдем?

Роза храбро сунула руки в карманы куртки, озираясь по сторонам. Они только что вышли из трактира.

— Ты еще хочешь куда-то идти? — удивился кузен.

— Чего тут стоять? — девушка чувствовала себя странно. Куда-то девалась ее стеснительность, она ощущала себя смелой. — Пошли.

— Куда?

— Не все ли равно? Хотя бы вон туда? — она махнула рукой вдоль по улице.

— А может, хватит на первый раз? — Джеймс осторожно взял ее за локоть, но девушка вывернулась:

— Пусти.

— Нам пора домой.

— Но я не устала. Я хочу еще…

— В следующий раз.

— Следующего раза может и не быть. Как ты не понимаешь, Джеймс, для меня это… это единственный шанс. Мне здесь нравится. Тут так… хорошо дышится. И пахнет…

Роза попыталась сделать глубокий вдох, но в эту самую минуту прилетевший откуда-то из трущоб ветер принес такой букет ароматов, что девушку затошнило. Она еле успела зажать рот ладонью и отступить к стене, а в следующую минуту ее вырвало.

— О боже…

Джеймс мужественно поспешил на помощь. Он поддержал кузину, пока ее рвало, потом помог вытереть рот платком и, крепко схватив за локоть, потащил прочь.

— Что происходит? Что… это? — лепетала Роза, пугаясь и изумляясь новым ощущениям.

— Все в порядке, кузина. Все будет хорошо.

— Какое… хорошо? Мне плохо. Куда ты меня тащишь? — бормотала девушка, забыв уже про то, что сама куда-то рвалась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Мы идем немного освежиться, а потом домой. В теплую постельку, баиньки… Ты немного перебрала, сестренка. Завтра тебе лучше притвориться больной. Сказать, что у тебя мигрень к перемене погоды или что-то в этом роде. Голова будет болеть, во рту помойка…