РОС: Забытый род - Гарри Фокс

первым. Крепкий, густой, неистребимый. Пот. Женский пот, смешанный с запахом кожи, металла, машинного масла (от ухода за оружием?) и слабой, но едкой ноткой… яда? Не смертельного, а скорее — привычного фона их жизни.

Большое помещение. Пустое сейчас. Готические арки поддерживали низкий потолок. Вдоль стен — ряд коек. Жестких, узких, с тонкими тюфяками. И на них… не убранное белье. Не парадные мундиры. А то, что под ними. Кожаные бра. Изысканной работы, но явно функциональные. Трусики из той же прочной, но тонкой кожи. Чулки. Все черное. Все практичное. Все — разбросано с небрежностью тех, кто живет между караулом, тренировкой и возможной смертью. Никаких кружев, никакой стыдливой романтики. Только функциональность и намек на силу.

Мои глаза скользили по этим интимным деталям гардероба смертоносных женщин. Смена белья… — мысль была абсурдной на фоне всего. — А ведь они просто люди. Почти. Устают. Потеют. Меняют белье. И хотят… как Лора. Прямо за углом. Потому что завтра могут умереть. Или я могу умереть.

В глубине казармы была еще одна дверь. Массивная, дубовая. На ней — стилизованная змея с маленькой короной. Кабинет Старшей? Кабинет Виолетты.

Я пошел между койками, стараясь не смотреть на разбросанное белье, но запах, этот густой, живой, потный запах женской казармы, заполнял ноздри. Напоминание, что за маской стражниц, за ядом и сталью, скрываются тела. Усталые. Жаждущие. Опасные.

Я остановился перед дверью. Поднял руку, чтобы постучать. Внутри все сжалось. От предстоящего разговора с Виолеттой. От воспоминаний о ночном лесе и ее отце-чудовище. От предложения Лоры. От этого казарменного запаха, который теперь навсегда будет ассоциироваться с городом Аспидовых.

Испытание еще не началось. Но атмосфера уже душила.

Я постучал. Голос из-за двери — грубый, отчеканенный: «Войдите!»

Толкнул тяжелую дубовую дверь. Кабинет Старшей Стражницы. Контраст с убогим трактиром и потной казармой — разительный. Готика, но с претензией на роскошь: темное полированное дерево, ковер с вытканными змеиными узорами, массивный стол, заваленный картами и отчетами. На стенах — шпаги в дорогих ножнах, щиты с гербом Аспидовых. Запах — не пот и яд, а дорогая кожа, старинная бумага и легкий, горьковатый аромат элитных духов. Окно с витражами, изображающими крылатых змей, пропускало приглушенный лиловый свет Изнанки.

За столом сидела Виолетта. Но не та, что на площади. Грозная Старшая. Волосы — безупречный тугой узел. Лицо — высеченное из льда. Взгляд — острый, как шпага. Она что-то яростно черкала пером, даже не подняв головы.

— Доложил о прибытии, кандидат! — бросила она, не глядя. Голос — ледяная струя.

— Явился по приказу, старшая стражница, — отбарабанил я, стараясь звучать подобающе.

Она наконец подняла голову. Изумрудные глаза сверкнули. Но не гневом. Узнаванием. И… мгновенной трансформацией.

Перо шлепнулось на карту. Она вскочила из-за стола, стул грохнул об пол. И через секунду я был схвачен в объятия. Не просто обнят. Задушен. Ее руки обвили мою шею, все тело прижалось, теплая, гибкая, сильная. Пахло теми же духами — полынь, сталь, но теперь — ею. А потом… губы. Нашли мои. Не нежно. Страстно. В засос. Как будто она задыхалась, и только я был ее воздухом. Язык — сладкий, ядовитый, требовательный. Я едва успевал отвечать, оглушенный этим шквалом после казарменного пошлого предложения и леденящего приема.

Она отпрянула так же резко, как и набросилась. Ее глаза сияли, как изумруды под лучом солнца, щеки горели румянцем. Никакой старшей стражницы. Только девчонка, встретившая тайного возлюбленного.

— Ты как?! — выпалила она, хватая меня за руки. — Тяжело было, да? Я видела, как ты стоял у Папы дольше всех! Он с тобой опять… говорил? Ругался? Садись скорее! Я тут раздобыла офицерский паек! Он… он вкуснее!

Она почти затолкала меня в кресло перед столом. Убрала карты, швырнула их на пол. Поставила передо мной тарелку. И чашку.

Завтрак. Не похлебка. Настоящая еда. Густой, наваристый бульон с кусками незнакомого, но аппетитно пахнущего мяса (не похожего на крысу!). Свежий, еще теплый хлеб с хрустящей корочкой. Сыр — острый, с голубой плесенью. И чашка с дымящимся напитком, пахнущим пряными травами и медом. Рай после трактирной бурды. Слюнки потекли.

Виолетта поцеловала меня в макушку (жест странно нежный и властный одновременно), затем села напротив, на краешек стола, поджав ноги. Она наблюдала. Как я ем. С таким обожающим вниманием, будто я исполнял сложнейший танец, а не жрал, как голодный зверь. Ее взгляд скользил по моим рукам, губам, останавливался на моих новых зеленых глазах — и она улыбалась еще шире.

Я сметал все. Быстро. Голодно. Бульон — горячий и насыщенный. Мясо — нежное, с диковинным привкусом. Сыр — пикантный взрыв. Напиток — бодрящий и сладкий. Настоящая пища. После вчерашней бурды и сегодняшней похлебки — это был пир богов. Изнаночных.

— Ммм, нравится? — спросила она, когда я допил последнюю каплю. — Я знала! Офицерский паек — лучший!

Я кивнул, вытирая рот. Сытость разлилась теплом, немного приглушив фантомные боли и тревогу.

Виолетта вздохнула, ее лицо стало серьезнее, но без ледяной маски. Деловая графиня.

— Так, а теперь к делам, — она спрыгнула со стола. — Вас ждет испытание. После завтрака. — Она подошла к карте на стене, изображающей сложный лабиринт леса и руин. — Вас отправят в Лес Голосов. Он… очень опасен. Ядовиты там не только растения. Все. Насекомые, звери, даже птицы. Иных у нас и не водится. Задача: найти Первый Город. Туда, где жили Аспидовы раньше. Мы покинули его… по особым причинам. — В ее голосе прозвучала тень. — Найдите руины главного здания. Там, в подземелье, должен быть серебряный ключ. Формы вот такой. — Она показала рисунок — старинный, витиеватый ключ. — Только его нам и не хватает. Прошлые… участники… уже принесли другие артефакты из того города. Этот ключ — последний.

Я встал, подошел к карте.

— Лес Голосов? Почему так назван?

— Шепот, — ответила Виолетта, ее глаза стали серьезными. — Он сводит с ума. Шепчет обещания, угрозы, воспоминания… что угодно. Игнорируй.

— Чудовища? — уточнил я.

Она кивнула.

— Да. Те, что подчиняются Аспидовым. Из-за древнего соглашения. Они не тронут нас. Но вас… — она посмотрела на меня прямо, — …вас они ненавидят. Кандидатов. Пришельцев. Соглашение не запрещает им… играть. Или убивать, если вы зайдете туда, куда не следует. Город… он под запретом для них. Но не для вас. На то есть причины. Там… ловушки. Старые защиты. Будь осторожен. Ключ — в центре. В Храме Первого Аспида.

Она замолчала. Я смотрел на карту, мысленно прокладывая маршрут. Опасность была осязаемой. Но после "несварения" у Аспида — почти привычной.

Внезапно Виолетта схватила меня