Нерсиаль (СИ) - "Allarent Antares"

Во-первых, Лими выглядела нормально. И она была одета в аналог того же платья, что и в материальном мире. А я… Где вообще в этом мире можно найти, омальзат её побери, одежду?!

Во-вторых, она смотрела несколько десятков минут к ряду, как я голышом бегал и рубил местную фауну.

В-третьих, она знает явно больше моего, и тогда, в переулке… я не ослышался! Девушка позвала меня сюда, потому что знала об этой твари? Как они связаны?

Экран оккупировали финальные титры, а народ зашевелился. Долго же я провозился, если так можно назвать схватку за жизнь.

Еле передвигая ноги, поплёлся прочь из злополучного кинозала вслед за Лими. Решив, что девушка сама всё объяснит, я сосредоточился на передвижении, стараясь не запнуться и не распластаться на полу, в таком случае встать будет непросто.

Преодолев одно из главных творений дьявола для измотанных людей — лестницу, мы поднялись на смотровую площадку, размещённую на крыше кинотеатра. Парочка простеньких столиков, вычурные перила с панно в виде сердечек, ну и, конечно, прекрасный вид на вечерний город.

Родной град в лучах заходящего солнца, заставляющих сверкать оранжевым пламенем десятки небоскрёбов, сотни высоток и видимое даже через весь населённый пункт колесо обозрения. Да, Таирс — небольшой город, но со своими особенностями, например, всем жителям плевать, что настоящие небоскрёбы куда выше. Они всё равно будут называть свои высотки именно так.

Лёгкий ветерок нежно ласкал кожу лица, играясь с непослушными прядями волос, так и норовящими добраться до глаз, заставляя искать угол, под которым стихия не будет досаждать. И я при этом продолжу наблюдать, как потоки воздуха волнами перебирают полы сиреневого платья Лими, заодно подхватывая шелковистые волосы на встречу горящему диску солнца.

Живописная картина сама собой пробуждала воспоминания о том дне, с которого всё началось…

Глава 8. Последнее Свидание

Руки застенчиво мяли букет полевых цветов, которые мальчик собирал с самого утра. Он старательно отбирал только самые крупные и яркие. Боясь спугнуть собственную решимость, тринадцатилетний романтик дышал всё тише, неспешно подходя к ограде, за которой благоухал зелёный сад, пестря палитрой свежих красок. Там, на деревянной лавочке, среди распускающихся цветов, сидела девочка его возраста. К бархатному тёмному платьецу она прижимала маленького белого котика, осторожно поглаживая короткую шёрстку. Мальчик наблюдал за ней сквозь прутья изгороди, то и дело закусывая нижнюю губу. Опомнившись, он спрятал сюрприз за спину и, глупо улыбнувшись, уже было открыл рот, чтобы позвать знакомую, но судьба определилась иначе…

— Марк, смотри какого котёнка я нашла! Он такой милашка!

— Хех, и правда, но я знаю, что ты куда… ну-у…

Взгляд сверкающих лазурью глаз на полотне сотканных точно из лучей восходящего солнца волос влюблённо встретился с мягкой улыбкой девушки. Он тоже прятал сюрприз. Мальчик, подойдя ближе, достал из-за пазухи венок, сплетённый с томной улыбкой и знанием дела. Под радостный взор своей обольстительницы он одел его на объятую, будто бы ночным небом, макушку. И, притянув к себе, неумело обнял и поцеловал девочку.

Руки застенчиво мяли букет полевых цветов, которые мальчик собирал с самого утра…

Другой на его месте мог бы вспылить и в ярости избить железную изгородь. Следующий броситься на соперника. Некоторый — заплакать или зарыться в себя и, включив по громче музыку в старых наушниках, забыться в блаженном неведении. Кто-то бы не сдался. Кто-то нашёл бы кого-нибудь ещё. Кому-то пришлось бы всю жизнь провести с комплексами и неуверенностью.

Но этот мальчик был не такой. Да, в тот момент его по началу накрыла буря смешанных эмоций, но вскоре та утихла, оставив ясность. Тогда он понял, что всё не имеет смысла…

***

И этот мальчик я.

Минуло не мало лет, а то с чего всё началось, до сих пор хранилось в памяти, изредка всплывая на поверхность, как бы напоминая о той лёгкой истине, разрушающей изнутри любую надежду.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лимерис дала повод мысленно вернуться к тому дню и показало, что многое изменилось. Вот какого чувствовать что-то по-настоящему. Когда всё твоё внимание поглощается чем-то несомненно важным. Линия жизни спешила поделится на «до» и «после» Нерсиаля. Может, это и есть тот самый ответ? Боюсь, всё не так просто, как хотелось бы. Или я излишне усложняю, и меч — это просто привязавшийся ко мне артефакт, мохнатик — обычный дух, а я — обычный идиот, возомнившей, что в этом есть какая-то сокровенная тайна.

Девушка облокотилась на местами заржавевшее ограждение, я же не заставил её ждать, оставив часть своего веса на попечение металлической конструкции.

— Кей, — с нескрываемой важностью начала Лими. — Я скоро уезжаю из города вместе с семьёй.

— Посреди учёбы? — я вздёрнул бровь. — Везёт. Отдохнёшь немного, что плохого?

— Ты не понял, — Лимерис посмотрела куда вниз. — Я уезжаю навсегда.

Какое-то время мы посвятили молчанию, вслушиваясь в звуки Таирса. Конечно, я понимал, что она сюда не на свидание пришла. Но обидно, когда твои эмоциональные порывы обламывают, как едва начавшие расти зубы. Возможно, мы бы подружились и посмеялись, когда я бы наконец решился рассказать, закрепившуюся в сознании историю… Или, быть может, я ещё усп…

«Это только твой груз» — я оборвал себя, чтобы не помешать Лимерис глупостями.

— Мой дедушка — тёмный маг, — эти слова хоть и не говорили мне не о чём, но почему-то заставили батальон мурашек провести небольшое десантирование между лопаток. — У него есть целая лавка с оккультными товарами в городе. Он посветил этому всю жизнь и даже меня кое-чему научил, а сейчас… убедил всю мою семью собрать вещи и уезжать как можно дальше, в какую-нибудь глушь, — Лими перевала взгляд на горизонт. — Ты видел огненное марево за городом? Дедушка сказал, что это очень плохой знак, и всем нужно бежать как можно дальше.

— Понятно, — отрешенно пробормотал я, обдумывая информацию. Это многое объясняет, как в знаниях подруги, так и в причине нашего разговора.

— Я заметила, что ты изменился после каникул и не только… внешне, — Лими кивнула на моё плечо, где заинтересованно слушал мохнатик. — И его тоже. Мне стало любопытно, захотела с тобой встретится. Дальше сам знаешь, — тон девушки стал немного тревожней. — Я решила проверить, что ты можешь, потом позвала в кинотеатр. Там сущностей всегда навалом, людские эмоции притягивают их, особенно страх… Когда гелиандер напал на тебя, я испугалась. Его здесь не должно быть, им больше по душе подземки, метро, а не… Прости… я подвергла тебя опасности из-за прихоти…

Лимерис снова смотрела куда-то вниз, избегая моих глаз. Было видно, что она раскаивается, обычно девушка куда более веселая и энергичная, но сейчас будто съела пару лимонов.

Теперь обсуждений хватит на весь вечер. Маги? Гелиандер — тот чёрно-белый монстр? Твари падки на страх? Бежать как можно дальше? Во что же я ввязался?

— Скорей всего мы видимся в последний раз, — констатировала факт девушка. — Я не знаю, как ты стал частью всего этого, но думаю нам найдётся о чём поговорить напоследок…

***

Привести гелиандера оказалось опасно, но довольно эффективно, это подстегнуло развитие Нерсиаля, да и работает лучше, чем ожидание проведения или даров с неба.

Плащ мерно развивался за спиной девушки, едва заметно мерцая защитными чарами, точно кромкой льда. Она стояла на колесе обозрения. В мире душ оно не вращалось, но по-прежнему было прекрасным местом для наблюдений. Сейчас «объект» находился на другом конце города и не доставит неожиданных проблем, а, значит, можно заняться делом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ледяное око!

Перед вытянутой рукой сформировалось кольцо из синего льда размером с небольшую арку. Капюшон преследовательницы приблизился к заклинанию, и она смогла увидеть нужный участок среди багрового пламени.

Десятки и сотни демонов в характерной чёрной-красной броне и оружии, сверкая багряными глазницами, не спеша двигались к городу, полыхая огнём преисподней, развеивая по ветру его жестокую суть всеразрушения. Волна алой плазмы за городом не была стихией… она была армией.