Нерсиаль (СИ) - "Allarent Antares"

Возможно, Нерсиаль что-то пытается показать… или я пытаюсь увидеть, смотря сквозь запотевшее окно.

Обратив внимание на добычу местной фауны, я прекратил свои размышления и напряжённо двинулся к ней (добыче, а не фауне).

— Ох, Лимести́я* пресвятая…

У моих ног лежала, сжавшись в позе эмбриона, девочка. Не старше Каи. Её можно было даже назвать по-детски красивой, если бы тело ребёнка не было покрыто многочисленными укусами, следами кровоподтёков и синяками. Но это не самое страшное. Куда больше пугали выпирающие из-под кожи рёбра. Вязкая чернота, расползающаяся по сосудам от области сердца, заключила в свои объятия почти весь торс. Часть костей на руках и ногах была хорошо видна, а ведь в тех местах не было ничего похожего на следы зубов или когтей, словно мясо вязло и растаяло.

Да, вид кровавого побоища можно было отвернутся и потерпеть. Дети во времена средневековье вон ходили, мародерствовали на полях боя, бывало сражались наравне с остальными. Правда сейчас не средневековье… Но вот, смотря на эту малышку, дрожащую, потерянную, одну в другом и непонятном мире… Может, этот меч мог временно заглушить мой страх, придать сил, но он не в состоянии изменить того факта, что моё сердце сдавливалось невидимыми тисками при одном косом взгляде, нет, даже при одной только мысли. Захотелось прибить покойных омальзатов ещё разок. А может два…

— Эй, ты живая? — негромко спросил я, перебарывая подступающий к горлу комок.

Ноль реакции. Девочка продолжала подрагивать, свернувшись и прижимая ручки к самому скоплению черноты. Я попробовал коснуться её плеча, почувствовав при этом в конечностях нехарактерную неуверенность, такую, когда берёшь новорождённого котёнка и боишься навредить маленькому мяукающему комочку жизни. Но не успел я притронуться к бледной коже, как зомби-девочка исчезла, растаяв серым дымом.

На секунду поднялся ветер и, подхватив клубы пыли вместе с тем, что раньше было человеком, унёсся прочь, потрепав непослушную чёлку.

— С… па… си… бо, — едва слышимым словам стихии было не дано достигнуть моих ушей.

— Неужели в этом мире такое в порядке вещей? — ответов, как всегда, не последовало. Я проникся ещё большей ненавистью к вурдалакоподобным тварям. Несмотря на то, что, по всей видимости, я сегодня смог уберечь кого-то от участи быть растерзанной и сожранной, не чувствовал себя великим героем, скорей великим идиотом, потерявшим бдительность. — Выходит, я здесь не один, но почему она… такая? И нужно придумать что-то с одеждой…

Да, неизвестно, что произошло с девчонкой: вернулась ли она в тело или покинула мир навсегда. Но любой из случаев наверняка лучше смерти в лапах монстров. Ну, а в том, что девочка была реальной, я не сомневался. Сложно объяснить, но, находясь тут, тяжело не осознавать, что всё вокруг не игра фантазии.

— Пи-пи-пи-пи! — пища и веселясь, мохнатик вспорхнул на плечо. Что, кстати, удивительно, так это полное отсутствие хоть каких-либо ранений, ни царапины.

— Так вот чего мне не хватало, — я в очередной раз задумался, что привязался к этому несносному "питомцу". — Спрятался, пока дядя Кей отполировал меч в крови своих врагов?

Как-то многовато пафоса, но должен же я как-то проводить связь с адекватностью. Как говорится (говорится же?), если способен на пафос, то способен на всё! Не помню, кто это сказал: то ли Сократ**, то ли главный герой одного из тех детских мультсериалов, что смотрит по ночам Кая, думая, что никто не знает. Но так или иначе моим мыслям о высоком не дано было найти своё логическое завершение, так как меч захотел есть.

— Э-эм, — я ненадолго впал в ступор. — Нерси?

Вот и что делать, когда говорящий эмоциями клинок отправляет тебе чувство голода? Весьма неординарное ощущение. Вроде бы и ты есть захотел, но и не ты, голод в твоём желудке, но от тебя не исходит. Ох, сколько же сложностей таит другой пласт вселенной.

Тут я заметил искрящийся аквамариновым пламенем бутон неземного во всех смыслах цветка. Мохнатик время от времени подлетал к бутону растения, но каждую попытку лишь обжигался, смешно махая ручками в попытках затушить призрачное пламя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Его хочешь? — я убеждён, что разговаривать с мечами более чем нормально.

Честно говоря, цветочек выглядел подозрительно, его пламя разительно отличалось от огней города, да и факт, что вокруг собралось столько тварей… Неужто он их привлекал? Что ж, тогда тяга Нерсиаля более-менее понятна. Ссориться с мечом по поводу еды было глупо, так что я подошёл и приложил остриё к центру бутона. Захочет — съест. Должны ли мечи трапезничать или нет — вопрос для философов, я же думаю, что раз периодически чувствую от него что-то, будь то прилив сил, спокойствия или "эмоции", то, значит, ему нужно брать откуда-то энергию. Вот и ответ на ещё не заданный вопрос.

— Ну, и чего ты не ешь? — уставился я на Нерсиаля, склонив набок голову.

Конечно же, рядом нигде не валялось инструкции "как правильно кормить говорящие мечи". Фростморн сам ел и не жаловался. А мне бракованный выдали что ли? Безусловно, было удобно воспринимать себя персонажем чьей-то глупой истории, но стоит поглубже вдохнуть местные "ароматы" или прикоснуться к паре огоньков, как понимаешь, что от реальности не убежишь. Она уже здесь.

Глубоко вздохнув, я проанализировал варианты. Контакт с цветком не помог, но явно вывел желание покушать на новый уровень. Можно, конечно, поговорить и с представителем потусторонней флоры, но я решил сохранить крохи здравого рассудка и рассмотрел последний случай. Убить растение.

Ленивым, если не сказать сонным, движением мазнул мечом по стеблю. Но цветочек оказался крепче.

— Я явно многого не понимаю.

Хорошенько размахнувшись, я врезал по злосчастному растению со всей силы. Не без труда, что меня удивило больше всего, Несриалю удалось отсечь бутон с половиной стебля, вскоре рассыпавшихся в пыль. Но цветочек не сдался и здесь, выбросив на метры ввысь плотный поток призрачного пламени, заставивший зажмуриться и сделать шаг назад. Огонь-то и зацепил Нерси, став активно закручивать аквамариновые краски вокруг клинка и впитывать их.

Эфес в правой руке отозвался мягким теплом, видимо означавшим, что оружие довольно подношением. Раз так, то можно сворачивать нашу небольшую вылазку. И без того многовато для первого раза. Хотя кто знает, что ещё хранит обратная сторона города.

А вот это, кстати, вопрос. И есть у меня одна идея, как дать на него ответ…

***

Она неслась по лестничным пролётам, ловко перепрыгивая по несколько ступенек за раз. Голубое пламя, вырывающиеся из каждого второго дверного проёма и каждой третьей трещинки в стене, бессильно билось о магический барьер, подпитываемый самодельным накопителем.

Чёрный плащ с глубоким во всё лицо капюшоном, пелериной и длинными полами, делающими фигурку бесформенной, болтался при каждом рывке. Маленький бирюзовый камушек приятно грел руку. С помощью его, совокупной силы семи убитых омальзатов, найденных едва ли не по воле случая, она сможет поддерживать заклинание сокрытия в тенях достаточно долго.

Последний пролёт, и преследовательница оказывается на плоской крыше. Не теряя ни секунды, она прячется за жалкое напоминание, оставшиеся от бортиков. Цель её наблюдений заглотила наживку и смогла-таки самостоятельно прогуляться по миру душ. Попутно порубив в капусту обнаглевших в последние время монстров и сорвав цветок отчаянья.

"Неплохо для первого раза" — хмыкнула девушка, смотря как "объект", стоя на соседней крыше, всматривается в даль.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А посмотреть было на что — за чертой города, полыхающего голубым, алело демоническое пламя, пожиравшие рядом расположившиеся леса почти полностью. Багровая волна медленно, но верно, плыла по направлению к скрытому непроницаемым туманном Таирсу, окружая тот со всех сторон. Если стихия успеет захлестнуть его полностью…

— Нужно дать Нерсиалю больше времени.

Лимести́я* — Богиня неба описываемого мира, управляющая сонмом ангелов и покровительствующая женщинам. С давних времён является символом красоты, доброты, нежности и власти. Супротив ей существует Бог земли — Фиинито́рис, повиливающий ечгилами (почти как ангелы, только их крылья не имели перьев, ведь они "летали" внутри земной коры) и покровительствующий мужчинам. Символизирует мужественность, храбрость, силу и страсть. — Вырезка из краткого содержания Билсибии.