Неподвластный богам - Брайан Толуэлл

Неизведанные земли сменились океаном. Разочарование все более овладевало Тезиасом. Внизу мелькали какие-то острова, но они были еще менее примечательны, чем материк. Не зная, куда направиться дальше, Тезиас завис в воздухе. Внезапно он осознал, что информационный поток несет его. Покинув этот поток, он попал в другой. Как и первый, этот поток мягко поворачивал на юго-восток. «Осмысленное» движение вольного информационного потока, да еще в совершенно ненаселенной части Земли, посреди безбрежного Восточного океана, весьма удивило Тезиаса. Вскоре он убедился, что все без исключения информационные потоки двигались, словно притягиваемые магнитом, в одном и том же направлении. Он решил следовать за ними. Между тем океан становился все более безжизненным. Здесь не было даже насекомых. Всмотревшись в толщу вод, Тезиас не заметил какой-либо жизни и там. Казалось, сам воздух застыл в этой части земного шара. Даже солнце светило как-то по-особому – тускло, немощно, словно кто-то поглощал солнечные лучи…

Информационные потоки поворачивали на юг. Тезиас уже клял себя за то, что углубился в эти мертвые земли (вернее, воды), когда внезапно на горизонте показалось какое-то свечение. По мере приближения к его источнику Тезиас все явственнее осознавал, что туда и движутся бесчисленные информационные потоки. Казалось, прямо в океане сняло второе солнце, притягивая их.

Подлетев еще ближе, так что удивительный объект, являвшийся источником свечения, был виден воочию, Тезиас остановился. Очарованный, он взирал на открывшееся ему зрелище. Посреди мертвого океана возвышалась гигантская, не менее мили высотой, серебристая пирамида. Она была заключена в оболочку из ослепительно светящегося воздуха. Кроме пирамиды, в открывшемся взору Тезиаса мире ничего не было. Пирамида была и солнцем, и небом, и твердью этого мертвого мира. Не существовало ни ветра, ни воздуха, и даже сам океан возле удивительной пирамиды застыл, словно зеркало. В мире пирамиды господствовала! мертвая космическая тишина. Как океанские волны в бурлящий водоворот, закручивались в гигантскую воронку мощные информационные потоки, поглощаемые светящейся аурой пирамиды. Из пирамиды же не исходило ничего. Информационные потоки, словно ручейки в море, впадали в ослепительную пирамиду, и | ни один из них не возвращался обратно.

Тезиас понял, почему его приборы, сотни раз просканировавшие весь земной шар, не обнаружили гигантскую пирамиду. Он уже не сомневался, что нашел свое Нечто, существующее в подлунном мире независимо от всего сущего… Космически прекрасная пирамида была его Судьбой, и он нашел ее.

Но что делать дальше? Мертвый мир пирамиды не пугал его. Его больше страшила возможность, подобно бесчисленным информационным потокам, навечно исчезнуть в ее безднах. Тезиас медленно облетел пирамиду. Он насчитал шестнадцать правильных граней, сходящихся высоко в небе в остроконечный, устремленный к звездам шпиль. Ощущение Абсолютного Могущества, которым дышала пирамида, передалось ему. Он во что бы то ни стало должен узнать ее тайну!

Тезиас отлетел подальше, так что неземная пирамида была едва видна на горизонте. Спустившись к водам океана, он почувствовал под собой твердь; ощущение, будто сама вода вокруг пирамиды застыла, не обмануло его. Тезиас был уверен, что ни один смертный не знал о существовании космической пирамиды. Поэтому решил он призвать демона – в безднах ада, считал он, должны знать, что это такое!

Он не любил эту работу; Тезиас ненавидел когтистых и клыкастых смердящих тварей, само существование которых было вызовом природе. Пелиас научил его заклинаниям, способным призвать из преисподней любого демона, но никогда еще Тезиасу не приходилось пользоваться ими. Однако сейчас не было иного выбора: он должен был вызвать демона и вытрясти из него правду о гигантской пирамиде.

Начертив в воздухе магический куб, в который предстояло заключить демона, он произнес заклинание. Тезиас не раздумывал, какого именно демона призвать для допроса, и с интересом всматривался в магический куб.

Появился ядовито-черный дым, и вот уже в кубе высился отвратительный шестилапый монстр; комочки слизи с шипением скатывались с его коричневатого тела. Порождение Мрака не успело еще отравить воздух гнусным проклятием тому, кто осмелился потревожить его, когда что-то заставило демона поднять кроваво-красные глаза на пирамиду. То, что произошло затем, было столь стремительно, что Тезиас успел заметить только выражение дикого, суеверного ужаса, застывшего в глазах демона. Страх, поразивший демона, смог бы, наверное, убить не одну сотню смертных…

Демон взорвался! Частицы адской плоти осыпались застывший океан, и он поглотил их. Ошеломленный случившимся, Тезиас заглянул внутрь магического куба. Там было пусто. Порождение преисподней, вызванное им, погибло, едва взглянув на пирамиду…

Тезиас повторил опыт. На сей раз он призвал Заревула, одного из самых мужественных демонов ада. Заревул был ростом с трехэтажный дом и был известен тем, что хранил свое сердце глубоко под землей, в каменном сундуке, до которого не мог добраться сам Сет. Кроме того, Заревул был неглуп, и Тезиас надеялся, что он не будет пялиться на пирамиду, пока его об этом не попросят.

– Да как ты осмелился! – заревел демон, не тратя времени на проклятия. Тезиас знал, что порождениям Мрака дано видеть человеческую душу, заключенную в теле, и потому был уверен: Заревул видит и его душу, лишенную тела.

– Слушай меня, Заревул! – при упоминании своего имени демон вздрогнул. – Я отпущу тебя, как только ты скажешь мне, что это такое!

Невидимая рука Тезиаса указала на светящуюся точку, едва заметную на горизонте. Демон взревел; резкая судорога прошла по всему его телу. Заревул взорвался, разбрызгав омерзительную плоть на десятки метров вокруг.

Тезиас был озадачен, но не сдавался. Он вызвал другого демона, но и его постигла участь двух первых. В исступлении Тезиас призывал все новых и новых детей преисподней, но результат был неизменен: демоны взрывались, едва взглянув на космическую пирамиду, и их гнусную плоть поглощал безжизненный океан.

Наконец он решился призвать бога – одного из бессмертных богов тьмы и едва ли не самого страшного из них – офирского бога Аль-Киира. Когда-то, в глубокой древности, Аль-Киир был необычайно могуществен – более, чем Митра, Иштар и Асура, вместе взятые. Тысячи лет назад Аль-Киир был изгнан из своего земного тела и ныне обитал в запредельных мирах, недоступных смертным. Будь Тезиас в здравом рассудке, он ни за что не решился бы вызывать на допрос жестокого бога тьмы – это было чистым самоубийством. Но сейчас им владела только одна мысль: он во что бы то ни стало хотел знать, что скрывается за ослепительными гранями гигантской пирамиды.