Сбежать нельзя остаться - Селена Плай

башке, пустячковая травма. Залил антисептиком, кое-как забинтовал — чтоб тряпки кровью не марать. Плеснул в стакан виски и залпом опрокинул в себя — только бы отпустило! Грудь будто обручем сдавлена, вдохнуть бы! Второй стакан. Третий… Без перерыва! Подняв ещё стакан, заметил, как побелели пальцы, с усилием сжимающие толстое стекло, как дрожат от злости руки… Да что б её! Чёртова стерва! С размаху швырнул стакан об пол. Бутылка с остатками напитка полетела следом. Не опустило! Сложил дрожащие руки на стол, склонился и обхватил ими голову. Тело так же ощутимо дёргала нервная дрожь. И виски совсем не глушил толкотню назойливых мыслей, главной из которых был одна: что со всей этой сранью делать! Уже понимал, девчонку не отпустит, по крайней мере, пока не насытится ей. Но как? Как блин?!! Действовать сейчас, быстро, грубо — только испаршивить всё к чертям! А ждать полгода… Расхохотался: ну не идиот ли он? Таких, как она, у него очередь. Таких, да не таких же, чёрт! Зараза! И ведь уедет… А кататься за ней — да проще сразу себе яйца отрезать! И оставить её здесь ни предлога, ни причины… разве что визы им закрыть… проверку какую организовать? Чёрт, да ради чего?! Ради эфемерной фантазии? Мысль — полное дерьмо! Вообще всё, что с ним сейчас творится, бред сивой кобылы! Стоит ли девчонка таких нервов? Может она и в постели-то такое бревно, что проще посадить на ближайший самолёт! Хотя… любое бревно можно разогреть, если знать, как… Ну и зачем? Жениться на ней? Какая из неё жена! Будет пропадать на своих танцульках… Да и он будет откровенно херовым мужем! Просто не готов ещё. Пока строил карьеру, не нагулялся особо. Гадкие мысли, рушащие весь его мир к чертям собачьим! Всё же дурная затея с этой завтрашней частной вечеринкой. Да и гостей особо не пригласил… И совершенно точно не получится никакого разговора с девчонкой. Точно ведь шарахнется в сторону… А ему потом очередная порция чувства вины, алкоголизм перед сном и импотенция на пару ночей даже при желании и желающих! Зараза! Посадить её в самолёт, и пусть летит, куда хочет!

Он встал, прямо по хрустящей стеклянной крошке дошёл до бара и достал очередную бутылку виски. Скрутил крышку, сделал несколько глотков прямо из бутылки и поморщился. Постоял, уперев руку в стену. Наконец-то по телу волной разошлась вожделенная тёплая слабость. Вот теперь мысли должны улечься. Забыл уже, что такое эмоции и как их побороть. Докатился, бухает, чтобы уснуть!

Но засыпал всё равно с её образом…

Глава 9

Я выспалась, почти спокойно. Почти. Где-то на задворках сознания полыхали страхи и опасения, и, если бы ни изнуряющая репетиция, боюсь, мне приснилась бы какая-нибудь мерзость с участием Александра Райта. А так… пришла, приняла душ, выпила морс, упала спать и проснулась, только когда выспалась! Как же здорово было валяться в постели до полудня!.. Вот только совсем не здорово было провалиться в дрёму и таки увидеть короткометражку, где Райт целовал меня и шептал: «Моя!»

Сон взволновал больше, чем следовало. За спиной будто крылья выросли. И я взмолилась всем богам, чтобы не позволили нам с ним сегодня встретиться! Я боялась своей реакции на этого мужчину. Он не сделал мне ничего дурного. Ну вот ничего! И намерения его мне были доподлинно не известны, только надуманы. Он взрослый, адекватный, с приличной должностью в приличной компании. Такой не стал бы беспределить! Во всяком случае, у меня не было причин так плохо думать о нём. И его внимание было приятно. Вот только ни к чему. Надо бы поговорить и объясниться. Но вот вопрос: нужно ли оно ему? Да плевать, это нужно мне! Я ещё не знала, что скажу ему, но решила, что если на сегодняшней вечеринке встречу его, найду способ поблагодарить за цветы и… наверное извиниться, правда пока ещё не знала, за что, но чувствовала, что должна. А завтра с чистой совестью в самолёт и рубить все концы! Улыбнулась, однако, мысль больно колола рёбра, и мне это вовсе не понравилось. Мечтала поскорее сбежать от Райта, и вот, в самый последний день вдруг мои эмоции взбунтовались против? Это всё сон. Точно он! Сбил меня с толку, заставив теперь как-то совершенно иначе думать об Александре Райте…

День проходил в последних мелких хлопотах. Что-то выбросить, что-то раздать соседям, что-то разложить по полочкам, что-то сунуть в чемодан… Старалась занять руки, занять мысли чем угодно, только бы вытравить оттуда Райта. Получалось паршиво. Поняла, что больше не боюсь его. А в свете грядущего отъезда и злости как-то совсем не осталось. А ещё этот сон…то и дело пальцы тянулись к губам, на которых, казалось, осталось тепло поцелуя…

Мы собрались к восьми вечера, проверили реквизит, костюмы, причёски, звукарь гонял музыку, прислушиваясь в наушники, режиссёр давала последние рекомендации, напоминая, что треть программы вырезали, и переодеваться нужно будет в спешке. Я чувствовала себя несправедливо наказанной, ведь получилось так, что я участвовала в каждом номере. Точно заказчик Райт! И точно я буду в мыле! И мне нужен будет душ… Я снова начинала злиться на мужчину. А ведь ещё утром почти нашла мир, покой и равновесие в своей душе…

К девяти мы были на месте. Большой дом за городом. Высокие потолки, просторные комнаты, панорамные окна… Свой двор, стриженные газоны, низкие декоративные светильники, беседки, бассейн. Белоснежная лестница между белоснежных колонн и пустой белоснежный холл.

— А где вечеринка? — разочарованно возмутился кто-то из парней.

— Вы и есть вечеринка, — сообщил какой-то незнакомый мне парень, вышедший из смежной с холлом комнаты.

В руках он держал початую бутылку пива, и был уже весёлым. Но это не помешало ему указать, где мы можем переодеваться, где для нас коробки с водой, где туалет, и напомнить, что девочки должны переодеваться отдельно от мальчиков. С этими словами он указал на две двери по разные стороны холла. Пока мы готовились, зазвучала музыка, голоса… Вот и вечеринка.

Программу начали через полчаса. Работали прямо в холле. Гостей было немного, я всё выискивала глазами знакомое лицо, но Райта среди зрителей не было. Нас почти сразу взяли в кольцо, отчего я вообще не понимала, на кого работать. В итоге мы работали на центральную арку, где была звуковая установка и наш же звукарь. Почему так — спросите кого другого. Отработали ровно час, нон-стопом. Сорвали овации. Дальше нас собрали и