Сбывшаяся сказка - Елизавета Сагирова

 А потом, сквозь гул выброса до ушей донёсся более близкий звук. Шорох - здесь, внизу, где-то рядом со мной. От испуга рука дёрнулась, выключенный фонарь упал на землю. Я принялась судорожно нашаривать его, до рези в глазах вглядываясь в темноту, но видела только плавающие в ней разноцветные пятна. А когда пальцы, наконец, сомкнулись на корпусе фонаря, шорох повторился. Замерев в неудобной позе, я прислушалась, пытаясь определить, откуда он доносится. Или не доносится? Может, это шуршала моя одежда? Может, это бегают по углам крысы? Или на самом деле звук донёсся снаружи, а мне с моими никчёмными нервишками показалось, что он рядом? Я медленно поднялась на ноги. Нет, одежда не шуршит, только берцы скрипнули. Откуда же тогда…

 Снова шорох. Еле слышный, но его уже не спишешь на разыгравшееся воображение. Что-то действительно шуршало и совсем близко.

 Но это же невозможно - я здесь одна! Только я, только груды хлама по углам и труп под лестницей. Почему же тогда так страшно зажечь фонарь? Чего я боюсь? А боюсь я увидеть в его тускнеющем луче, что мертвец больше не лежит лицом вниз. Боюсь, что он успел приподняться и теперь ищет меня, всматриваясь в темноту пустыми глазницами. Мертвецы в Зоне неспокойные. Тем более во время выброса, когда возможно всё.

 И если я сейчас включу фонарь - он меня увидит.

 Неожиданно я почувствовала удушие, и поняла, что уже некоторое время не дышу. Торопливо глотнула воздуха, стиснула зубы, чтобы они не начали стучать, и положила палец на кнопку фонаря. Поддаться сейчас прущим из подсознания примитивным страхам – значит проиграть. Поэтому нужно пересилить себя и посмотреть им в лицо. Все и везде боятся живых мертвецов, но только здесь в Зоне они - реальны. А значит, с ними можно бороться. Вытащив правой рукой ПМ из кобуры, левую с фонарём я вытянула перед собой и… по подполу пронёсся глухой прерывистый стон.

 Моему самообладанию пришёл конец.

 Я сдавлено завопила, не в силах разжать сведённые судорогой челюсти, направила пистолет в сторону лестницы и принялась снова и снова нажимать курок. В замкнутом пространстве выстрелы прозвучали чудовищно громко, первая вспышка ослепила, но зато в свете следующих стало возможным разглядеть, что труп лежит на прежнем месте, в той же позе. Все пули прошли поверх него. С трудом заставив себя прекратить истеричную пальбу, я, наконец, включила фонарь. Руки тряслись так, что его луч плясал по стенам и выписывал загогулины, зато главное подтвердилось – труп и не думал шевелиться.

 - Ёкарный, б.. бабай… - выдохнула я и без сил прислонилась к стене. Вот так и съезжают с катушек. Абсолютная темнота, предельное напряжение нервов, и готово – слуховые галлюцинации. Или это выброс на меня действует? Подумав, я сунула пистолет в кобуру, присела перед рюкзаком и выудила из него флягу с водкой. Вот уж не думала, что действительно буду испытывать в ней потребность. Оказывается, Ревун был прав, когда требовал всегда брать водку с собой, утверждая, что она помогает не только от радиации.

 - Ну, хоть на этом тебе спасибо, старый урод. - Буркнула я себе под нос и приложилась к фляге. Обжигающая жидкость прокатилась по пищеводу, растеклась приятным теплом в желудке - мне даже понравилось. По достоинству оценив новизну ощущений, я сделала ещё несколько глотков. Завинтила крышку и прислушалась. Шум выброса стал тише и ровнее. Кончается? Хорошо, если так.

 Фляга отправилась обратно в рюкзак.

 И тут в подполе что-то тяжело вздохнуло.

 На этот раз я даже разозлилась. Сколько можно?! Если так пойдёт дальше, скоро сюда пожалуют зелёные человечки! Пора положить конец этому идиотизму. Сейчас обойду весь погреб, обшарю каждый угол, потом пущу контрольный выстрел в голову мертвеца, на случай, если ему после выброса надоест лежать.

 Решительно поднявшись, я снова взяла в свободную руку пистолет и пошла вдоль стены, отшвыривая ногами мелкий мусор. Далеко ходить не пришлось. Источник напугавших меня звуков, обнаружился метрах в трёх от места, где я всё это время сидела. Разумеется, мне и в голову не пришло, спустившись сюда, осмотреть всё помещение, прежде чем присаживаться на постой. За такую промашку Ревун от души отвесил бы мне пару полновесных плюх. И поделом.

 В углу, сливаясь с земляным полом, лежал крупный мутант, выглядевший одновременно угрожающе и омерзительно. Грязно-бурая шерсть его торчала клочьями, странные, серебряного цвета глаза слабо светились в темноте. Но больше всего меня поразили зубы. Непропорционально огромные - они торчали из приоткрытой пасти под немыслимыми углами.

 Псевдопёс. Или пси-собака, их по-разному называли. Весьма опасная и умная тварь, обладающая ментальными способностями. Не такими сильными, как скажем у контролёра, подчинить человека чернобыльцу слабо, а вот заставить охотиться на себя стаю слепых собак - запросто. Обычно они так и делают. И совсем не редкостью были случаи, когда предметом такой охоты являлись сталкеры.

 Услышав совсем рядом мои шаги, мутант с трудом поднял покрытую струпьями голову и попытался зарычать. Но звук получился тихим и слабым – пёс умирал.

 Я поняла это, когда разглядела ряд маленьких аккуратных дырочек, тянувшийся через его грудь и бок. Я уже видела подобное на мёртвых мутантах, и мне не составило труда догадаться, что пса прошили автоматной очередью. Скорее всего, это сделали бойцы «Долга» регулярно зачищающие окрестности своей базы. Смертельно раненый мутант сумел убежать от них, из последних сил забрёл сюда и скатился в погреб. А тут силы кончились.

 Поняв, что попытки напугать меня бессмысленны, пёс опустил голову на пол. Дышал он тяжело и быстро, а из оставленных пулями отверстий сочилась бурая кровь. И я, глядя на пса не испытывала никакой враждебности. Наоборот – я даже обрадовалась ему.

 Знаю, звучит странно, но меня успокоило то, что звуки, которые я слышала, не оказались плодом моего воспалённого воображения. И что я больше не одна в этом склепе. И пусть подыхающий мутант не лучшая компания, зато его можно не опасаться.

 Пёс больше не обращал на меня внимания, серебряные глаза подёрнулись плёнкой, дыхание становилось всё тише и медленнее. Потом всё его тело сотрясла судорога, и я услышала уже знакомый прерывистый стон. Это вывело меня из оцепенения. Рука с пистолетом поднялась, словно сама собой. Мутант он или нет, но сейчас испытывает невыносимую боль, и в моих силах прекратить эти страдания.

 До этого мне ни разу не приходилось стрелять в кого-нибудь в упор, но сейчас я не колебалась. И желая скорее покончить со всем этим, резко передёрнула затвор.

 Видимо этот звук был псу хорошо знаком - он, вздрогнув всем телом, снова поднял голову. Наши взгляды встретились.

 Да, псевдопсы не настолько ментально сильны как контролёры, и поверьте – они это знают. Потому что в последней попытке спастись, пёс не попытался подчинить меня себе, когда своим угасающим сознанием коснулся моего. Он просил. Я не услышала ни голосов в голове, не увидела, каких либо зрительных образов, а просто почувствовала эту просьбу, как чувствуют кожей чьё-то прикосновение. Узнала о ней, как узнают настроение человека по выражению его лица.

 Но я также ощутила постороннее присутствие в своём сознании, и испугалась, потому что это было странно и дико - словно рядом распахнулось широкое окно, в которое ворвался яростный порыв ветра из чужого мира.

 И моей первой реакцией была судорожная попытка избавиться от этого неведомого, закрыться, ускользнуть…В крайнем случае погасить собственное сознание, лишь бы изгнать из него постороннее. Но уже через секунду, я ясно почувствовала, что в этом постороннем нет угрозы. И опустила руку с пистолетом. Как только я это сделала, пёс отвёл глаза и тяжело опустил голову на землю. Но перед этим я успела почувствовать… что? Облегчение? Благодарность? Думаю и то, и другое.

 Ещё немного постояла над мутантом и вернулась к своему прежнему месту. Луч фонаря продолжал тускнеть - следовало торопиться. Я присела перед рюкзаком, открыла его, и выпрямилась с портативной аптечкой в руках.

    Глава 5.

  Вечер у костра и не только.

  - Ну, и что дальше? – Нетерпеливо спросил Кактус.

 Мы находились на Кордоне, в деревне, заброшенной ещё после первого взрыва на ЧАЭС. Сидели на просевшим крыльце одного из домов. Давно уже сидели. Я пришла сюда во второй половине дня и забрала Колотуна с Кактусом от компании сталкеров расслабляющихся у костра. Сейчас уже смеркалось.

 - А дальше я помогла псу, чем смогла. Сначала, правда, боялась, что человеческие лекарства могут ему навредить, а потом подумала, что терять нечего. Он и так умирал.

 - Ну, ты Айболит в натуре! - Восхитился Кактус. - И что, он позволил тебе так вот себя трогать?

 - Ну а что он мог сделать? Говорю же - на последнем издыхании был. И потом, он тоже чувствовал, что от меня угрозы для него не исходит.