Референт - Полина Грекова

Она знала Артура. В его лотерейной бригаде Лешка уже больше месяца облапошивал доверчивых граждан. Недели две назад они всей толпой завалились к ней на Петровско-Разумовскую праздновать Лешкин день рождения.

Часа в три ночи, когда пьяный Лешка уже дрых в углу на матраце, Артур тискал ее в ванной, противно сопя в ухо и объясняя, что ее мужик — чмо и ей нужен кто-нибудь покруче, явно намекая на себя. Лариса терпеть не могла таких мужчин, твердо убежденных, что по их первому знаку все женщины вокруг должны падать к их ногам как кегли.

Артур играл в нарды с каким-то здоровенным, угрюмым парнем, но, увидев Лариску, тотчас одарил ее своей фирменной улыбкой:

— Ба! Кто к нам пришел! Какими судьбами?

— Артур, поговорить нужно. Ты когда освободишься?

— Это зависит от того, когда посадят и какой срок дадут! — Он весело рассмеялся, подмигнул своему партнеру по нардам. Тот глухо хохотнул.

Лариса скорчила улыбку, указала кивком Артуру на дверь:

— Выйдем.

Он вышел из вагончика следом, легко приобнял ее за талию:

— Ну? Я слушаю.

— Артур, Лешка был сегодня? Мне он срочно нужен!

— Срочно? — ухмыльнулся Артур, передвигая руку с Ларискиной талии на бедро. — Что, до вечера не дотерпишь?

— Не надо, пожалуйста. Не сейчас. — Лариса мягко убрала его руку. — Он приходил сегодня?

— Нет. Позвонил утром, сказал, что болеет. А у вас, я вижу, проблемы?

Лариса, подавляя отвращение, заглянула ему в глаза и, стараясь, чтобы голос звучал как можно более проникновенно, проговорила:

— Ты был прав. Он оказался ничтожеством. Он обокрал меня и сбежал. Забрал все деньги, драгоценности. Даже кольцо бабушкино. Если б ты знал, как оно было мне дорого. — Лариса закусила нижнюю губу, показывая, что готова вот-вот расплакаться.

Артур перестал улыбаться, в сердцах сплюнул на асфальт:

— Вот дерьмо! Последнее дело — бабу свою обдирать.

— Ты не знаешь, где он может быть? — торопливо вставила Лариса.

Артур помотал головой.

— А узнать сможешь?

— Откуда?

— Артур, я знаешь что подумала. Ты ведь сможешь узнать, если захочешь. Не может быть, чтобы такой мужчина… — Лариса выдержала многозначительную паузу. — И вдруг такой ерунды не смог узнать. А у меня ведь телефона нет. Так что заезжай вечерком, если что выяснишь, я ведь без Лешки теперь.

Артур пристально взглянул на Ларису, едва заметно улыбнулся:

— Ага… Вечерком, значит? Ну что ж, может, что и выясню.

… Весь день Анна не выходила из квартиры. Ей казалось, что она обязательно встретит кого-нибудь из фирмы, приславшей деньги. Так и представляла себе незнакомое удивленное лицо:

— Постойте, девушка! А не вам ли мы не так давно выслали деньги? Ну конечно, вам! Я же прекрасно помню вашу фотографию! Вы, разумеется, поняли, что произошла ошибка, что деньги надо вернуть? Поэтому и скрываетесь от нас?

Лариска успокаивала, объясняла, что в Москве больше десяти миллионов человек, к тому же фирмачи на метро не ездят, но Анна даже не решилась свозить Наташку в обещанный зоопарк.

Девочка прекрасно чувствовала мамино настроение — не приставала с вопросами, за весь день ни разу не попросила почитать и уже в четвертый раз смотрела «Золушку».

Анна с Ларисой сидели на кухне и пили бесконечный растворимый кофе.

— Я ведь и телефонов приятелей его не знаю, — сокрушалась Лариска. — Я и предположить не могла, что он на такое способен! А то б всю его записную книжку наизусть выучила.

Когда в дверь позвонили, Анна вздрогнула, но подруга лишь прижала палец к губам и успокаивающе махнула рукой. На цыпочках вышла в коридор, прикрыла за собой кухонную дверь.

Из прихожей слышался мужской голос, Ларискины восклицания. Потом Лариска заскочила на кухню с бутылкой мартини и увесистым куском ветчины в прозрачной герметичной упаковке.

— Есть! — радостно зашипела она. — Он на «Щелковской», у приятеля живет. Думал, спрячется! Завтра я ему устрою, соколику! Сюда-сюда, Артур! На кухню. В комнате девочка телевизор смотрит.

Артур остановился на пороге, недоуменно взирая на Анну.

— Подруга с дочкой приехала, — объяснила Лариска. — Отдохнуть, Москву посмотреть. Да ты проходи, чего в коридоре стоишь?

Глаза Артура сузились, взгляд стал тяжелым и злым.

— Ты че, за пацана меня держишь? — процедил он. — Ну-ка пойдем, в подъезд выйдем!

Анна схватила Лариску за руку и вскочила со стула:

— Она никуда не пойдет!

— Не понял? — почти изумленно улыбнулся Артур. Лариска убрала руку Анны, спокойно и удивленно спросила:

— Ань, ты чего? Почему я не могу пойти поговорить с симпатичным мужчиной?

Когда вышли в подъезд, Лариска обвила руками шею Артура и защебетала:

— Ну извини, Артурчик! Свалилась как снег на голову — я сама расстроилась. А что делать? Не выставлять же ее на улицу.

Артур обнял Лариску, плотно прижал к себе. Он был настроен уже не так решительно:

— Я через полгорода тащусь, думаю, мы обо всем уже договорились, а тут на тебе! Ты понимаешь, что так дела не делаются?

— Да, понимаю! Все я понимаю! Но, я думаю, не в последний раз, а? Как-нибудь еще встретимся — все нормально будет!

— Что значит как-нибудь? — Артур положил руки Лариске на ягодицы, попробовал на ощупь, усмехнулся: — Собирайся, ко мне поедем.

Лариса проснулась без пятнадцати восемь, а уже в восемь ноль пять тормозила попутку на Алтуфьевском шоссе. Она и сама удивлялась, что сумела так стремительно одеться и даже кое-как подкраситься. На ее «до свидания» Артур пробурчал что-то невнятное, вставать утром в такую рань было свыше его сил.

До «Щелковской» Лариска добралась по кольцу довольно быстро и уже в половине девятого долбила в дверь нужной квартиры. На ее стук долго никто не отзывался, и Лариска было подумала, что проспала, опоздала. Лешка уже отправился куда-нибудь по своим гнусным делишкам. Но вот за дверью кто-то зашевелился.

— Кто там? — наконец раздался сонный Лешкин голос.

— Открывай, сволочь, — спокойно произнесла Лариска.

Ответа не последовало. Видимо, Алексей судорожно просчитывал варианты своего поведения, пытаясь выбрать наиболее правильный. Лариска устало вздохнула:

— Через пять секунд не откроешь — дверь вышибу. И ты знаешь, что я не шучу.

На последней секунде отведенного на раздумье срока дверь распахнулась.

Лариска вошла в квартиру и, даже не взглянув Лешке в лицо, резко ударила его коленом в пах. Тот взвыл, отскочил, скрючившись, к стенке.

— Что там? Э, Леш, кто это? — донесся из спальни робкий мужской голос.