Интрижка - Мелани Морган

— Это все подлинное? — спросила Барбара.

— Да. И к счастью, обои неплохо сохранились. А наверху есть комната, где под слоем старой краски мы обнаружили первоначальную роспись. Но я покажу вам это позже. Сначала перекусим. Проходите в кухню. Там довольно уютно.

В кухне не было ничего новомодного, ничего из стекла и металла. И может быть, от этого она действительно выглядела очень уютной. Здесь могло свободно поместиться с десяток людей, чтобы отдохнуть после трудового дня, поесть, выпить, поговорить. Томас указал на старинный диван у дальней стены.

— Чувствуйте себя как дома. А я пока разогрею прекрасный суп «домашнего приготовления» от «Ровенталь и Стивенсон».

— Ну, как прошел твой первый день с Барбарой Ровенталь? — поинтересовался Чарлз, опуская приветствие, едва Томас взял телефонную трубку.

— Мне было интересно и трудно, — зевнул тот.

— Ты провел с ней вечер?

— Только потому, что этого требовали дела. — Он взглянул на милое улыбающееся лицо Марты на фотографии в серебряной рамке.

Томас понимал, что деловая часть их отношений закончилась в тот момент, когда шофер остановил машину у его дома. У их с Мартой дома. Никогда еще другая женщина не переступала этого порога. Не спала на их диване, не ела из их посуды.

Но Барбара выглядела бледной и уставшей. Наверняка она не станет есть, когда вернется домой, подумал Томас. Хотя вполне возможно, что есть кто-то, кто ждет ее допоздна, чтобы налить чашку горячего чая, когда она вернется домой. Но мисс Ровенталь согласилась — значит, ее никто не ждал. А может, и не значит. Может быть, хитрая девица просто решила получше узнать его и выведать ахиллесову пяту. Но Томас пытался убедить себя, что это не так. Ему просто не хотелось расставаться с мисс Ровенталь. И от этого он испытывал чувство вины перед Мартой.

— Дела? — спросил Чарлз. — Ты, кажется, присутствовал на благотворительном гала-представлении. Я слышал об этом в вечерних новостях. Почему тебя не было среди почетных гостей?

— Барбары там тоже не было. Весь вечер она провела за кулисами, обеспечивая бесперебойную работу всего механизма. — Томас зажал плечом телефонную трубку и начал расстегивать запонки. — Я находился рядом с ней. Наблюдал.

— И?

— Вечер имел большой успех. Организацию надо признать великолепной. Словом, Барбара Ровенталь не настолько глупа, как кажется.

Томас улыбнулся, вспомнив, что за весь вечер она ни разу не попыталась пригладить свои волосы. Новая прическа необыкновенно ей шла. Вспомнился также и мягкий шелк ее кожи.

— Жаль, — пробормотал Чарлз, занятый своими мыслями.

— Жаль, что тебя там не было. Лиз Ровенталь — стопроцентный руководитель, — поддразнил своего собеседника Томас, развязывая галстук и вдыхая запах духов, оставленный Барбарой. Снова на память пришло изящное запястье, украшенное жемчужным браслетом. — Учти это, тебе ведь придется контролировать эту даму.

— Лиз Ровенталь подождет! — бросил Чарлз. — Что ты делаешь завтра?

— Еду на открытие детского игрового комплекса, — скорчил гримасу Томас. — Вот не думал, что мне предстоит еще и это!

Где находится комплекс, он не имел ни малейшего представления. Барбара даже не сочла нужным сообщить ему адрес. Придется звонить и просить Соню прислать ему программу на все оставшиеся дни недели. К тому же у него есть и своя работа, которую также нужно выполнять.

Томас решил сменить тему разговора.

— Вчера я осмотрел торговый дом. Ты совершенно прав: нужна коренная реконструкция.

— Конечно, я прав. — Чарлз оседлал своего любимого конька и забыл обо всем на свете. — Мистер Ровенталь жил вчерашним днем и не думал о завтрашнем.

— Возможно, он понимал все-таки кое-что. Задуманное нами потребует крупных вложений, — предостерег его Томас.

— Прогресс никогда не обходится дешево. Ну, пока.

5

— Расскажи-ка мне о Томасе Челси, — потребовала Лиз, как только они выбрались из плотного потока машин. — Какой он?

Какой он? Впечатления Барбары были самыми противоречивыми. Холодный. Умный. Относящийся к женщинам как к существам, которые нужно разглядывать, а не слушать. Да и непонятно, «разглядывает» ли он женщин. Она уже решила, что очаровала, сделала Томаса своим послушным рабом… и вдруг он рассказывает ей о своей жене.

— Ну же! — настаивала Лиз.

— Он, он…

Барбара твердо знала только одно: Томаса Челси совершенно не интересует управление торговым домом, как бы велико ни было предприятие. К тому же сейчас она предпочла бы, чтобы за рулем находился кто-нибудь, кто целиком посвящает себя вождению автомобиля и не отвлекается ни на что другое.

— Пожалуйста, Лиз, следи за дорогой и езжай помедленнее, — робко попросила Барбара.

— Что с тобой сегодня? — подозрительно взглянула на сестру Лиз.

— Ничего. — Барбара предчувствовала, что будущая неделя будет непростой. — Просто не выспалась.

— Я не могу спать спокойно с тех пор, как адвокаты затеяли эту возню. — Она с сочувствием посмотрела на сестру. — А что было вчера вечером?

Лиз обладала феноменальным чутьем. Казалось, ничто не могло укрыться от ее внимания. А посему надо было усыпить ее бдительность.

— Вчера вечером? Ничего не было вчера вечером, — ответила Барбара. — По-моему, я опрокинула поднос. А потом всю ночь летала во сне.

Она замолчала. Когда лжешь, не следует слишком увлекаться, если хочешь выглядеть правдоподобным.

— Тебе не следовало делать этого, Баб.

— Ты так считаешь? — пожала плечами младшая сестра, сразу догадавшись, о чем идет речь. — Но фотографию опубликовали на первых полосах всех газет, даже бульварных.

— Я видела. Все было бы прекрасно, если бы не подпись под снимком, где Томас Челси обнимает тебя за плечи, — «Ровенталь и Стивенсон» прыгают от радости. Где была твоя голова?

— Я думала поразить его своими достижениями в области связей с общественностью.

— А в результате спровоцировала появление имени Стивенсонов в газетах. Сделала их популярными, — прошипела Лиз. — Я даже слышать не хочу эту фамилию, не то что видеть в газетах!

— Что поделать, если это имя — составная часть названия нашего торгового дома. — Барбара боролась с наваждением. Ее упорно преследовали воспоминания о легких прикосновениях и крепких объятиях мистера Томаса Стивенсона Челси.

— Скоро этому придет конец. Я собираюсь изменить название фирмы. Теперь там будет только одна фамилия — Ровенталь. Коротко. Остро. Модно. Как считаешь? — Лиз повернулась к сестре.

Без сомнения, торговый дом был любимым детищем Лиз. Она годами трудилась на его благо. Вот почему ее так бесило вмешательство Стивенсонов.