Архивы Дрездена: История призрака. Холодные дни - Джим Батчер

неожиданной для человека его возраста и комплекции, перехватил незнакомца за запястье и опрокинулся назад, увлекая нападавшего за собой. Едва коснувшись пола спиной, он уперся пятками незнакомцу в живот и классическим приемом коренных американцев швырнул того спиной в стену.

Бандит вскочил, кипя от злости, с совершенно дикими глазами, но Морти успел стремительно пересечь комнату и сорвал со стены висевший на ней старинный топор. Мой оглушенный мозг с запозданием отметил, что топор выглядит в точности как тот, которым орудовал сэр Стюарт, плюс-минус пару столетий.

– Стюарт! – позвал Морти, и голос его отдался в моей грудной клетке эхом, словно исходил из мегафона с дополнительным усилением басов.

Почти мгновенно в дверь влетела, словно увлекаемая порывом ветра, фигура сэра Стюарта, пересекла комнату и нырнула в заметно уступавшее ей размерами тело Морти.

Незнакомец взмахнул клюшкой, но Морти легко блокировал удар рукоятью топора. Бандит попер на него, и по всем законам физики его силы и массы должно было хватить, чтобы опрокинуть коротышку на пол.

Но не хватило.

Морти удержал его с мощью, какой можно ожидать от куда более крупного, сильного и молодого человека. А может, и нескольких. Секунд пять или шесть он, не шевелясь, сдерживал натиск незваного гостя, потом рванулся, резко крутанувшись со всей силой своих плеч, бедер и ног, и использовал наконечник топора, чтобы выбить клюшку у того из рук. Незнакомец в ярости замахнулся кулаком, целя ему в лицо. Морти отбил удар обухом топора, а потом почти презрительным точным движением стремительно сунул тот же обух ему в лицо.

Оглушенный незнакомец отшатнулся, а Морти движениями опасного, опытного бойца развивал атаку. Рукоять топора с резким хрустом врезала тому по колену, а потом топор плашмя достал падающего уже неприятеля по челюсти. Снова послышался зловещий хруст, и незнакомец камнем повалился на пол.

Мортимер Линдквист, эктомант, настороженно нагнулся над телом поверженного противника; взгляд его напряженно шарил по комнате.

А потом он вздохнул. Стальной топор с мягким стуком опустился на пол. Помогавшие ему призраки по одному покидали его и почти сразу растворялись в воздухе. Только изрядно запыхавшийся сэр Стюарт задержался на некоторое время.

Морти тяжело осел на пол. Голова его опустилась, грудь тяжело вздымалась. На лысом затылке взбухли вены.

– Адские погремушки! – выдохнул я.

Он поднял на меня усталый взгляд и пожал плечами.

– У меня нет пистолета, – пропыхтел он. – Никогда по-настоящему не чувствовал, что он мне нужен.

– Давненько вы, Мортимер, этого не проделывали, – заметил сэр Стюарт, привалившись спиной к стене. – Я уж думал, вы разучились…

Морти вяло улыбнулся в ответ:

– Я тоже так думал.

Я нахмурился и тряхнул головой:

– Что это такое было? Одержимость? Когда призраки принимают управление на себя?

– Нет, приятель, – фыркнул сэр Стюарт. – Скорее совсем наоборот.

– Не судите меня строго, Дрезден, – пробормотал оправдывающимся тоном Морти. – Я эктомант. Иногда мне приходится одалживать у призраков часть их знаний или умений. Но это я руковожу духами – не они мной.

– Как это вы справились с пистолетом? – с любопытством профессионала поинтересовался Стюарт.

– Я… – Морти покачал головой и посмотрел в мою сторону.

– Магия, – вполголоса пояснил я. В башке слегка гудело, но складывать слова в законченные предложения я, пожалуй, все-таки мог. – Я… вроде как влился в него… и выстроил щит.

Сэр Стюарт вскинул бровь.

– Хм, – только и сказал он.

– Мне на некоторое время понадобились ваши навыки, – все с тем же неловким видом пояснил Морти. – Весьма признателен.

– Да пустяки, – отозвался я. – Просто уделите мне пару часов вашего времени, и будем в расчете.

Пару секунд Морти молча смотрел на меня. Потом покачал головой:

– Вы здесь всего двадцать минут, Дрезден, а меня уже едва не прикончили. Господи, неужели вы так и не поняли? – Он подался вперед. – Я не рыцарь. И не шериф Чикаго. Я не какой-нибудь обуреваемый жаждой смерти Дон, мать его растак, Кихот. – Он снова покачал головой. – Я трус. И меня это вполне устраивает.

– Но я ведь спас вам жизнь, дружище, – не сдавался я.

Он вздохнул:

– Ага. Но… Как я уже сказал. Трус. Мне нечем вам помочь. Ступайте и поищите своего Санчо Пансу где-нибудь в другом месте.

С минуту я сидел молча, ощущая себя ужасно усталым.

Когда я наконец поднял взгляд, на меня пристально смотрел сэр Стюарт. Потом он прокашлялся и заговорил этаким менторским тоном:

– Не в моих привычках ворошить прошлое, но не могу не напомнить, что ваша жизнь заметно переменилась к лучшему с тех пор, как вы познакомились с Дрезденом.

Лысина Морти слегка покраснела.

– Что?

Сэр Стюарт невозмутимо развел руками:

– Я только хотел сказать, что за это время вы заметно окрепли умением и духом. Когда вы впервые связались с Дрезденом, вы вытягивали из людей деньги дешевыми сеансами, да и общаться с духами разучились, если не считать меня.

Морти испепелил сэра Стюарта взглядом:

– Эй, дедуля! Когда мне понадобится ваше мнение, я за ним обращусь.

Улыбка сэра Стюарта сделалась чуть шире.

– Разумеется.

– Я помогаю духам обрести покой, – настаивал Морти. – Я не делаю ничего такого, от чего меня разнесет на клочки. Я, можно сказать, всего лишь глас духов, не более того.

– Послушайте, Морти, – вмешался я. – Если придерживаться чисто формальной точки зрения, я на текущий момент, по сути, не совсем призрак…

Он снова закатил глаза:

– О господи! Вот бы мне платили хотя бы по четвертаку за каждого призрака, являющегося ко мне с утверждением, что он не совсем призрак. Что он не такой, как другие…

– Ну, это ясно, – проговорил я. – Но…

Он закатил глаза еще пуще:

– Но если вы не призрак, как тогда мы с вами общаемся таким вот образом? Как я смог изгнать вас из себя?

Я не нашелся что ответить. Пусть мой желудок и сделался нематериальным, но противное ощущение в нем чувствовалось вполне явственно.

Призраки – вовсе не копии людей, которых они отображают. Во всяком случае, не в большей степени, чем отображают следы, оставленные теми на земле. Внешнее сходство, конечно, имеется, но в общем и целом призрак – всего лишь воспоминание, впечатление, оставленное умершим. Призраки могут обладать чертами характера, эмоциями, памятью, и все же это не те люди, что их оставили.

Когда человек, умирая, оставляет за собой призрака, это означает, что часть его жизненной энергии сохранилась, сформировав новое существо, схожее с первоисточником сознанием, а часто и физической внешностью.

Разумеется, это означало, что они наследуют и многие из людских недостатков. Страсть. Ненависть. Безумие. Если то, что Морти говорил насчет взаимодействия