Случайные знакомые - Пэт Бучестер

Сильвия ступала совершенно беззвучно, но Джон, словно почувствовал, что она стоит у него за спиной. Он резко повернулся, потер затылок, опустил руку и, не мигая, уставился на нее. Она молчала, и он заторопился, заканчивая телефонный разговор.

— Свяжись со мной, если обнаружишь что-нибудь любопытное, Ник. Позвони мне домой или в офис.

Он молчал и внимательно разглядывал Сильвию. Она почувствовала себя неуютно под его пристальным взглядом и занервничала.

— Я не могла найти фен, — с трудом выговорила она. — У тебя он есть?

— Нет, но я могу сходить наверх и попросить у кого-нибудь из соседей, — положив трубку на аппарат, спросил: — Тебе интересно, с кем я говорил по телефону?

— Нет, — усмехнулась она, — я никогда не подслушиваю телефонных разговоров. И пришла сюда только затем, чтобы попросить фен. Твои личные разговоры меня не касаются.

— Я говорил с Ником Ачером. Это мой хороший друг. Мы работали когда-то вместе. Он начнет предварительный осмотр здания, где ты живешь.

— О чем он будет расспрашивать моих соседей? Знают ли они сумасшедшую леди с десятого этажа? — возмутилась и запротестовала Сильвия.

— Подожди, — остановил он. — Ник будет действовать очень аккуратно. Никто ни о чем не догадается. Просто кое о чем расспросит твоих соседей и попытается выяснить, не случалось ли еще у кого-нибудь что-то подобное. Может быть, к этому причастен кто-то из жильцов?

— Большинство из них серьезные, трудолюбивые люди, пытающиеся удержать равновесие между карьерой и браком. Не знаю, у кого из них найдется время на подобные шуточки.

— Если ты права, то Ник просто исключит их из списка подозреваемых. Ему надо от чего-то оттолкнуться, найти точку опоры, — он помолчал, словно решая про себя что-то важное, потом объяснил. — Опасность, на которую я ссылался по телефону, не имеет ничего общего с событиями в твоей квартире.

Сильвия не могла понять, почему он так настойчиво пытается что-то втолковать ей, рассказать, поведать, о чем говорил по телефону?

— Я не думаю, что мое присутствие опасно для тебя.

— Сильвия, прежде всего я должен извиниться за то, что не принял всерьез твои опасения. Мне хочется поговорить с тобой о другом. Только боюсь, ты сейчас не готова к такому разговору.

— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — проворчала она. — Если бы не пожар в отеле, ты ни за что не поверил мне до сих пор.

— Ты все еще сердишься на меня, верно? — нахмурился он.

Почему он так настойчиво приглашает ее к разговору?

Сильвия задумчиво посмотрела на него, подошла к дивану, села, подогнув под себя босые ноги, и старательно укрыла их длинными полами халата. Откинулась на спинку дивана и тихо сказала:

— Я больше злюсь на себя. Ошиблась, решив, что стоит тебе взмахнуть волшебной палочкой, и все мои печали вмиг растворятся в воздухе. Это я должна извиниться перед тобой за причиненное беспокойство.

Она внимательно осмотрела комнату. Снова посмотрела на Джона. Он ослабил узел галстука, словно тот мешал ему дышать. Она продолжала бичевать себя:

— Отвлекла тебя от дел, может быть, совершенно неотложных. Мало того, ввалилась в твой дом. Не подумала о том, что может случиться, когда решила ехать за помощью к тебе.

— Ответь мне на один вопрос, Сильвия. И пойми, ответ на него очень важен для меня. Почему ты поехала ко мне, а не к братьям, например? Почему?

— Потому что им трудно рассуждать объективно. Они слишком любят меня, слишком заботливы. Родственные чувства — плохой помощник во время расследования. Они поднимут на ноги полицию, наймут детективов, наделают много шума. Ты же подойдешь к этому делу беспристрастно. Ты служил в полиции, кое в чем разбираешься. Посоветуешь, что мне делать и как без лишнего шума найти виновника этих шуточек. Объяснишь, как можно предугадать и предупредить очередные сюрпризы.

Джон снова нахмурился. Ему не понравилось ее утверждение, что он будет беспристрастным, но не заботливым. Она совершенно не понимает, что он слишком озабочен ее безопасностью.

— Ты ответила расплывчато, Сильвия. Почему ты поехала ко мне? — снова спросил он. — Ты могла пойти в полицию, если не хотела беспокоить братьев. Тогда бы тебе не пришлось мучиться в дороге. Почему ты решила ехать ко мне?

Сильвия начала злиться, не понимая, чего он добивается. Она досадливо передернула плечами, всунула руки в рукава халата.

— Я уже говорила. Было слишком поздно, когда я решила удрать из дома. Не было времени все хорошенько взвесить. Чтобы заставить человека делать глупости, надо просто-напросто испугать его до смерти. А это так легко сделать, если он находится один в квартире ночью, когда все нормальные люди крепко спят.

— Почему ты приехала ко мне? — настаивал Джон на своем.

Сильвия спрыгнула с дивана и быстро направилась к окну. Купальный халат волочился за ней по полу, словно шлейф свадебного платья.

— Оставь, Джон. Прекрати меня допрашивать. Не придирайся. Теперь это не имеет никакого значения.

— Сильвия, я не придираюсь и не задаю пустых вопросов. Для меня это очень важно. Почему ты выбрала меня?

Она остановилась, резко повернулась к нему.

— Хорошо, — она вздохнула. — Потому что считаю тебя человеком, которому можно доверять. Непонятно, почему я уверена в твоей порядочности? Ты ясно давал понять, что терпеть меня не можешь. Но я чувствую, что рядом с тобой буду находиться в полной безопасности. Уверена в этом, как в собственном существовании.

— Твоя уверенность дала осечку, не так ли? Ты чуть не погибла в отеле.

— Но тебя не было со мной рядом, — она смущенно потерла лоб. — У меня всегда случаются какие-то неприятности из-за стремления быть независимой. А в результате я превращаюсь в большого ребенка, боящегося собственной тени.

— Ну, а что еще? По какой другой причине ты выбрала меня? Ты не хочешь, чтобы братья знали о твоих трудностях? Хочешь доказать, что самостоятельна и не нуждаешься ни в чьей опеке?

— Может быть, ты совершенно прав, — грустно сказала она. — Я — единственная дочь. К тому же — последыш. Всю жизнь должна была доказывать что-то окружающим. Да, братья помогут, но потом будут подсмеиваться при каждом удобном случае, поддразнивать. Они будут вести себя хуже, чем Кинг, который только и мечтает, чтобы выдать меня замуж. Мне не нужны их упреки в том, что женщине не обойтись без мужчины, какой бы самостоятельной она ни была. Наверное, я чересчур обидчива.

— Кстати, о Кинге. Он позвонил мне после твоего ухода. Он очень беспокоится. Расстроен тем, что ты не отвечаешь на его послания и звонки.