Древний Магикон (СИ) - Забаре Алексан де

— Нифига себе! — не удержался от своего восхищения Саша. Аня громко выдохнула от волнения.

— Об истории магии, которая скрыта, конечно, от простого мира, можно рассказывать часами, но я постараюсь о самом главном коротко, — Виктория Викторовна провела рукой над картой в месте, где располагается Европа, — наш Magia Consilio, то есть Магический Совет, берет своё начало здесь.

Все притихли и внимательно начали смотреть на карту, на которой в тон рассказу начали появляться маленькие города и сёла, замки, войска и костры.

Все прислушались — Виктория Викторовна тиха продолжила:

— Было время, когда ведьмы и маги не прятались от людей. Их существование было явным и естественным. — она окинула учеников взглядом, — все рассказы о ведьмах и колдунах не вымысел. По крайней мере, не совсем. Конечно, до нас дошло то, что дошло, но основа для всех историй и сказок была реальной. И так, средневековье — ведьмы не плохо уживались с Христианской Церковью. Церковь принимала ведьм, которые обладали магической силой с рождения. Проще говоря, были потомственными. Таких ведьм называли «истинными» и считалось, что раз дар их был от рождения, значит он дан Богом.

— Значит мы не «истинные»? — спросила Кира, не отрывая глаз от волшебной карты, в голосе явно слышалось разочарование — ведь у нас магия не от рождения, она только сейчас появилась.

— С магическим даром рождаются, но вот проявляется он уже в осознанном возрасте, — пояснил Фёдор Константинович, — магия, это большая сила, которая влияет и на физическое тело. Чтобы выдержать и не погибнуть физическое тело должно быть крепким и сформированным. Так вот, считай, что это инстинкт самосохранения твоего магического дара.

Виктория Викторовна согласно кивнула:

— Как вы понимаете, обладающий магией обладал и властью. И что делать тем, кто не был наделен даром с рождения, но жаждал его и завидовал «истинным»? Тёмные силы, попросту говоря демоны, находили такие алчные души и предлагали им этот дар. Если уж грубо — классическая сделка с Дьяволом. Темные силы стоили большой платы. Кровавой. Обман, порча и проклятия — всё это служило средством для похищения чужой жизненной энергии и силы. Страдания людей, их злость и раскаяние, все отрицательные эмоции — всё это шло топливом для магической силы колдунов, которые приобретали магическую силу через тёмный договор. Таких стали называть «грязными» магами.

— Теперь вы понимаете разницу? Почему вы не «грязные», а «истинные»? — Фёдор Константинович посмотрел на Захарова. Саша кивнул.

— Ненависть к «грязным» объединяла Церковь и «истинных» ведьм, — продолжила вводный исторический экскурс Виктория Викторовна, — одни боролись со слугами Сатаны, вторые защищали свои эксклюзивные права на магию. В начале XIII века, в 1215 году, была учреждена Святая Инквизиция для борьбы с «грязными» ведьмами. Церковь прибегала и к помощи «истинных» ведьм. Во времена, когда вера людей была чиста и искренна, а большинство священников непоколебимо верило в свою борьбу со злом, Небесные силы не оставляли молитвы без ответов. Среди инквизиторов стали появляться наделенные особенным даром. Их называли «Благословенными» инквизиторами. Они были абсолютно не восприимчивы к магии. А созданное ими оружие и заговоренное их молитвами становилось смертельным для любой ведьмы. Даже порез смертельно отравлял любого, будь то «истинный» или «грязный» волшебник.

— Их много? — сейчас Кира оторвала свои глаза от карты и посмотрела на учительницу.

— Упоминание о последнем «Благословенном» инквизиторе встречается в XVIII веке. Больше о них не слышали.

— Это хорошо, — облегченно выдохнула Аня.

— Теперь перенесемся в позднее Средневековье. — Виктория Викторовна снова легонько провела рукой и в европейской части карты запылали костры, — XV–XVI века ознаменовались самой яркой эпохой инквизиции. Всем известны истории об охотах на ведьм и еретиков. О сожжении на кострах и так далее. — учительница сделала небольшую паузу, — так и было. Церковь поняла, что «истинные» ведьмы им особо без надобности, у них теперь были «Благословенные». Инквизиция несла страх, а страх — это власть. И было уже не с руки тратить время на разбирательства, где «истинная» ведьма, где «грязная», да и вообще, ведьма ли перед инквизитором? Стали судить и жечь всех подряд. Истинные ведьмы в лице своих самых сильных и влиятельных представителей, ими оказались пять ведьм, решили напомнить первосвященникам, главам Восточной и Западной Христианских Церквей о давних договоренностях. Понять друг друга собравшиеся не смогли. Все договоренности и пакты были разорваны.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— То есть, это означало войну? — Артём обходил стол уже по второму кругу, рассматривая карту со всех сторон.

— Да. Но ведьм было не так много, а инквизиторы и без того проредили их. Как я уже говорила, всех без разбора. Теперь же костры запылали с невиданной до того силой и несчетными количествами. Началась война на уничтожение. Те пять ведьм, воспользовавшись политической обстановкой и противоречиями смогли погасить пыл священников в далёкой, и как тогда считали, дикой восточной стране — в Московском государстве. Костры там давно отгорели. Эти пять ведьм собрали остатки «истинных», которые решились покинуть свои дома ради спасения, и переселились в Московию. Для управления сообществом и сохранения паритета они организовали Магиа Консилио, коротко МагиКон. Так как московский патриархат не отставая от европейских католиков так же активно боролся с остатками язычества на старых и новых землях, то местные ведьмы были ослаблены не меньше прибывших. Новой войны не хотел никто, МагиКон был принят и в его состав вошли самые сильные местные волшебники.

— Получается в этой Морской Цитадели намешано куча национальностей? — спросила Аня, — они хоть на русском говорят все?

— На русском, — подтвердила Виктория Викторовна, — но я еще не закончила, — она снова махнула рукой и часть карты осветилась более ярким светом, словно солнечным. Выделились четкие контуры — Со временем МагиКон ушел в тень. На то были свои причины. Костры снова пылали. Вспомните реформу Никона, — Виктория Викторовна испытующе посмотрела на своих учеников, всё-таки она была их учителем истории и сейчас словно давала им контрольную по пройденным темам.

— Помним, — Артём попытался быть убедительным. Поняв, что не особо получается, он невинно улыбнулся.

Виктория Викторовна вздохнула:

— В общем, чтобы находится в тени и держать магический мир под контролем МагиКон стал расширять границы своего влияния равно расширению государственных границ Московского государства, а затем и Российской империи.

— Так вот, — вмешался Фёдор Константинович, — если подвести кратко итог, сейчас МагиКон контролирует всю территорию современной России.

— То есть, МагиКон это типа магической империи, — сделал свои выводы Саша, — пять ведьм основали его. А сейчас правит один волшебник? Или так же избираются по пять человек?

Виктория Викторовна взмахнула рукой и карта исчезла. Как будто всего этого волшебства на столе и не было. Она присела и обратилась к Ане:

— Подай книгу в бардовом бархатном переплёте. Она вон там, на самой верхней полке. Самая большая книга.

Аня подошла к самой большой книге на полке и вопросительно посмотрела на учителя.

— Да. Верно, она. Давай сюда, Анечка.

Виктория Викторовна открыла книгу. На обложке было выведено «Corpus juris», ниже была приписка «Aeternum et immutabilis».

— В этой книге прописаны самые главные законы магического мира. Чтобы вам было понятно, считайте её магической Конституцией. Эти законы вечны и неизменны.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Объёмненькая книжечка — пошутила Кира. — это же учить всё придётся!

Фёдор Константинович слегка улыбнулся с шутки девушки и понимающе кивнул. Видимо, ему тоже особо не доставало удовольствия в своё время заучивать содержания этого тома.

— Да, но не сразу. — успокоила ребят Виктория Викторовна, — В процессе обучения в Морской Цитадели вы так или иначе будете сталкиваться со всеми этими законами в действии. Как я и сказала, они вечны и неизменны. Они еще действуют и применяются. Эта книга не простой пережиток прошлого в красивой обложке.