Древний Магикон (СИ) - Забаре Алексан де

Через пару секунд Кира просто закрыла ладонь и он исчез. В обморок никто падать не стал, но в голове у школьника прозвучал четкий вопрос: «Что за хрень происходит?! Не, может я сплю, бывают же очень реалистичные сны. Кто-то даже вещие видит».

— Нет, Саш, не спишь ты, — спокойно сказала Аня.

— Вы еще и мысли читаете? Ты, то есть. — Саша произнес это как-то второпях и скомкано, оно и понятно.

— Нет, ты просто всё вслух сказал, — прыснула Кира, — не хватало мне еще твои мысли знать. Извращенец. Я бы с ума сошла.

— Ну, теперь ты можешь спрашивать, а мы ответим и расскажем всё, что знаем сами, — Аня общалась с парнем куда более мягко и дружелюбно.

— Да какие тут могут быть вопросы? Точнее их миллион! — воскликнул Саша.

Наступивший от удивления ступор уступил место эмоциям, интересу и страху. Нет, не страху перед самими девушками и чудесами, которые они продемонстрировали, а страхом перед самой ситуацией. Саша стал переживать, не сходит ли он с ума. С чувством страха перед сумасшествием боролся огромный интерес, «а вдруг всё по-настоящему? Что тогда происходит? Это правда магия? И если да, то я-то тут каким боком, пацан из простой многодетной семьи? Среди моих предков в ближайших поколениях нет даже ученых или просто высокообразованных людей, не говоря уже о ком-то с необычайными талантами».

Наконец, он загнал глубоко в себя свои переживания и уже более спокойно закончил:

— Рассказывайте всё. Начинайте с чего считаете нужным и поехали. Вопросы по ходу буду задавать.

***

Примерно в это же самое время, чуть позже полудня, когда в старом и, казавшимся всем заброшенным, подвале две девушки пытались объяснить факт существования магии своему однокласснику, за несколько десятков километров от Маслова, в центре местного регионального центрального города — в столице республики Адыгея, в городе Майкопе, в одной из квартир элитной новостройки происходил другой серьезный разговор.

В просторном зале, напротив панорамного витражного окна, открывающего вид на часть города и белеющие в дали вершины Кавказских гор, в светло-сером кресле сидела молодая женщина, выглядевшая лет на тридцать, не более. Эта женщина обладала красивым лицом — острые скулы, маленький ровный носик, в меру пухлые губки в бледно-красной помаде, кожа белая и гладкая. Объемное каре черных волос подчеркивало строгость и весьма гармонировало с темно-карими глазами. Академический вид одежды — белая льняная блузка и черная строгая юбка-карандаш, игриво приоткрывающая колени, придавали еще большей строгости и идеально подчеркивали стройность ее фигуры. Лакированные черные туфли на высоком каблуке переливались в лучах заливающего комнату света.

Звали строгую даму Саида Муратовна, или Ида, для узкого круга давних знакомых и друзей, к которым относился мужчина, сидящий справа на таком же как кресло, светло-сером мягком диване.

Подавшись вперед к журнальному столику, на который оперся одной рукой мужчина, Ида положила свою руку поверх его и посмотрела в окно, куда-то вдаль, но комнаты, города и горных вершин она уже не видела. У нее перед глазами начали мелькать совсем иные образы:

В районе предгорных лесов, в том месте, где они спускаются в равнину, редеют, а дальше им на смену приходят поля, которые обрабатывают местные фермеры, под старым высоким тополем на животе лежало тело мужчины, одежда изодрана, правой руки не было, она было оторвана выше локтя, о целостности левой нельзя было сказать, она уходила под тело, правая нога была неестественно выгнута, виднелась кость, прорывающая икру. Листва на деревьях, близлежащие стволы и молодая трава в районе пяти-шести метров от местонахождения трупа то и дело была окрашена в багровый цвет засохшей и впитавшейся крови. Рука в поле видимости не обнаруживалась. Далее последовала другая картина — тело уже перевернули на спину, левая рука была на месте, а вот части грудной клетки не доставало. Грудь была разорвана, а кадык и шейный отдел позвоночника вырваны, голова болталась на оставшейся части кожи и сухожилий. Лицо было обезображено, но Ида его узнала, лицо, которое она знала очень хорошо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она убрала руку и откинулась на спинку кресла. Образы пропали, снова комната, витражное окно, снежные вершины гор вдали и хмурое лицо ее визави.

— Его загрыз зверь? Волк? — недоверчиво спросила она.

— Это пока первое предположение. Но судя по ранам, похоже на волка. Другие хищники, способные та такое, у нас не водятся. — Как-то не уверенно сказал мужчина.

— Колдуна. Сильного колдуна, заслуженно занимавшего далеко не низшие иерархии в сообществе, загрыз волк. Простой волк. — Саида говорила тихо, но голос ее был не мягче стали. — Ты веришь в то, что говоришь, Асланчик?

— Я не знаю, Саид. Я не знаю, что думать и во что верить. У меня нет никаких предположений. — растерянно ответил Аслан.

Саида Муратовна громко прыснула, явно выражая свое неудовольствие с нотками разочарования. «Хотела бы я быть удивлена тобой Асланчик, но ты меня, к сожалению, не подвел в ожиданиях нулевой пользы. Боже, почему мне нравятся глупые мужчины?» — подумала Ида, но затем улыбнулась и теперь уже нежно погладила руку мужчины, который так и не убрал ее со столика.

Аслан был высоким ярким брюнетом крепкого телосложения лет двадцати пяти. Короткая густая черная щетина отлично сочеталась с карими глазами и светлым тоном кожи, что предавало красоте парня особую яркость.

Он был начальником охраны и по совместительству любовником женщины. Кроме того, Аслана можно смело назвать сильным боевым магом, но прямота и бесхитростность проявлялась и здесь — он был классическим танком, идущим в лоб, сминая противников, но уязвим к соперникам, которые умело пользовались стратегическими и тактическими хитростями во время сражений. Но, как телохранитель, способный защитить от внезапной атаки и готовый прикрыть ее собой, Саиду он вполне устраивал, и особенно он ее устраивал как любовник, а с хитрыми тактиками и стратегами она и сама вполне могла справиться.

Когда они закончили свои альковные утехи, уставшие и удовлетворенные, за окном начинало смеркаться. Саида нежно поцеловала Аслана в губы, затем в каждую из мощных скул, вдохнула аромат его кожи и пота, нежно погладила его грудь, словно стараясь запомнить момент и близость этого мужчины, потом нехотя и лениво отстранилась и начала вставать с кровати. Собрав свое белье и начиная одеваться, она вышла из спальни в тот самый зал, откуда открывался потрясающий вид на горы.

Аслан вышел вслед за ней, не утруждая себя такой ерундой, как одежда. Хотя, мог себе позволить, ведь это была его квартира.

— Саида Муратовна, — восторженно, как довольный собой ребенок, начал он, при этом ему казалось, что он говорит очень официально, — я понял, что это могло быть!

— Что? Ты о чем, Аслан? — растеряно спросила Ида.

— Ну как, о чем? Об убитом Антуане. У нас в лесах завелась Бестия, а может и целая стая. Всё сходится! Я читал, что Бестия имеет минимальную чувствительность к магии. У Антуана не было с собой ни холодного, ни огнестрельного оружия.

— Уфф, — тихо выдохнула Саида, но посмотрев на обнаженного парня вспомнила последние несколько часов и решила быть снисходительней. В конце концов, у каждого свои достоинства и свои недостатки. Не всем же быть эрудированными и сообразительными, подумала она и спокойно продолжила свои рассуждения в слух.

— Всё сходится у него, — она немного улыбнулась и заговорила громче, — всё, да не всё. Ты, наверное, не дочитал до той страницы, где говорилось, что еще в разгар Первой Мировой, когда колдуны тоже защищали свои земли и вступали в армию, и в том числе в партизанские лесные отряды, то все Бестии на территории МагиКона были уничтожены. До сих пор не видели ни одну. Это так, тебе краткий экскурс в историю.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— И что, всех-всех до одной убили? — растерянно спросил Аслан.

— Нет, ну где-то в Азии, или в Америке они может и есть, там не наша территория и пусть с ними местные ковены мучаются, в лесах Европы вряд ли бы сохранилась их популяция. Но на нашей территории их точно не осталось. И попасть сюда незамеченными, в современных условиях, они никак не могли бы. А ты будь уверен, Совет не пропустил бы такой ситуации.