С.М. КИРOB Избранные статьи и речи 1916 - 1934 - Д. Чугаева и Л. Петерсон.

Нужно здесь, пожалуй, еще добавить, что уже во время работы Кирова в Баку Бухта Ильича давала около 10 процентов добычи Азнефти, а позднее значение этого промысла еще более возросло.

Медленно, но неуклонно на промыслах восстанавливается жизнь. В середине 1922 года Баку начинает уже регулярно вывозить нефть. Каждый год дает рост добычи на миллион тонн. Промыслы спасены. Количество действующих скважин увеличено вдвое.

Товарищ Сталин выдвигает перед бакинцами смелый план технического перевооружения промыслов. Старая желонка /Желонка — большая железная бадья, спускавшаяся на канате в нефтяную скважину и служившая для вычерпывания нефти. Работа с желонкой была одной из самых тяжелых работ на промыслах / — свидетель рабского труда — отжила свой век. Ее должен заменить глубокий насос. Тихоходное ударное бурение, введенное капиталистами еще в прошлом веке, должно уступить место вращательному.

Киров руководит разрешением этой задачи: опираясь на лучшие кадры бакинских пролетариев, он разбивает сопротивление рутинеров, вдохновляет упавших духом, увлекает за собой колеблющихся. Киров — первый в борьбе за освоение новой техники.

А трудности были большие: консервативные или подкупленные старыми хозяевами промыслов инженеры уверяли, что вращательное бурение в бакинских условиях невозможно. Некоторые геологи вторили им, заявляя, что благодаря особенностям геологических пластов в Баку инструменты неизбежно будут ломаться.

Введение вращательного бурения и особенно замена желонки глубокими насосами вызывали чрезвычайное сопротивление отсталых слоев рабочих. Работавшие на желонках рабочие опасались, что с введением насосов они совсем останутся без работы.

Киров неустанно детально, тщательно разъяснял рабочим на собраниях и в беседах, которые вел при посещении промыслов, все огромное значение и выгодность для самих рабочих технических нововведений. Он беседовал с техниками, инженерами и многих превратил в энтузиастов новых методов работы.

Меньшевики, эсеры, дашнаки /Дашнаки — партия «Дашнакцутюн» — армянская буржуазно-националистическая партия. Дашнаки стремились к созданию отдельного армянского буржуазного государства из русской и турецкой частей Армении. В 1918–1920 годах, встав во главе буржуазной республики Армении, дашнаки превратили ее в опорный пункт англо-французских интервентов и белогвардейских сил Закавказья в борьбе с Советской властью. После установления Советской власти в Армении (29 ноября 1920 года) лидеры дашнаков эмигрировали и продолжают борьбу против Советской Армении/, контрреволюционеры всех мастей, используя предрассудки отсталых рабочих, вели усиленную агитацию против технических нововведений, распускали панические слухи, сеяли гнусную клевету, организовали вредительство в процессе самой работы.

Под твердым руководством Кирова в Баку были вскрыты и разгромлены контрреволюционные группы, создавшиеся по заданиям и на средства крупнейших капиталистов, прежних владельцев нефтяных промыслов, организовавшие в широких размерах систематическое вредительство, неоднократно устраивавшие поджоги промыслов. Все препятствия под руководством Кирова были сломлены, и техническая реконструкция нефтяной промышленности развертывалась быстро и успешно. Выполнение задачи, поставленной товарищем Сталиным, была обеспечено.

Накануне своего отъезда из Баку в декабре 1925 года Киров на VII съезде АКП(б) мог с законной гордостью сказать: «В нашей нефтяной промышленности сейчас совершается величайшая промышленная революция». На съезде Советов Азербайджана Сергей Миронович говорил:

«.. если вы вспомните то нефтяное кладбище, которое осталось нам здесь после господства муссавата, вы должны будете согласиться с тем, что мы несомненно достигли здесь громаднейших успехов». Огромную часть своего внимания и своих сил отдавая нефтяной промышленности, Киров ни на минуту не забывал и об отсталой и темной азербайджанской деревне, о необходимости крепить союз бакинского пролетариата с азербайджанской деревней.

«Можно произносить много красивых речей, можно сколько угодно хвалить свою работу, но до тех пор, пока мы не выведем крестьян из нынешней обстановки сельского хозяйства, наша работа не достигнет настоящих успехов». Так говорил Киров на III Азербайджанском съезде Советов.

Одним из условий материального и культурного подъема» азербайджанского крестьянства Киров справедливо считал развитие технических культур в Азербайджане, в первую очередь хлопководства.

«Огромная будущность ожидает нашу республику, — говорил Киров на VI съезде АКП(б) в мае 1924 года, — если мы сумеем в достаточной степени сделать пригодными для ценных культур наши громадные азербайджанские степи. В этом отношении первейшую роль должен будет играть хлопок». Сергей Миронович уже в то время вплотную ставит вопрос о механизации сельского хозяйства: он лично дает указания, куда направить и как распределить те несколько десятков тракторов, которые были получены для Азербайджана из-за границы.

Киров едко высмеивает тех горе-специалистов сельского хозяйства, которые пытаются доказать, что буйвол гораздо лучше трактора, так как «у буйвола ноги хорошие», а «для трактора надо иметь квалифицированного шофера». Киров беспощадно бичует тех, кто мирится с отсталостью, с бескультурьем, патриархальщиной азербайджанской деревни, кто недооценивает важность борьбы с этой отсталостью.

«Принято думать, что половина населения Азербайджана снимает свою чадру. Это глубокая ошибка. Чадру носит не только половина населения Азербайджана… 90 процентов нашего населения до сих пор пребывает в чадре темноты, невежества, безграмотности и — надо

сказать прямо — культурном невежестве… Нужно добиться всеми средствами, силами и мерами, чего бы это ни стоило, чтобы «чадру» эту дольше не носили». Так говорил Киров на III Азербайджанском съезде Советов в декабре 1923 года.

Настойчиво и решительно Сергей Миронович вел борьбу за раскрепощение тюрчанки. В этой области ему приходилось преодолевать скрытое, а порой и явное сопротивление не только в широких массах беспартийных, но и в рядах партии и даже у некоторых руководящих работников-тюрок.

С помощью Сергея Мироновича, под его непосредственным руководством, в Баку был создан «Дом тюрчанки», опорный пункт широкой массовой работы среди тюркских женщин. Около «Дома тюрчанки» воспитался смелый и решительный отряд первых женщин-активисток, проводивших героическую борьбу за освобождение тюрчанок от вековых пут экономического и семейного рабства.

Киров был инициатором широкого жилищного строительства в Баку. Он лично наблюдал за постройкой новых домов для рабочих, интересуясь, просматривая, проверяя каждую деталь.

При непосредственной помощи Кирова был построен в Баку трамвай. Грязные, запущенные рабочие окраины под руководством Кирова быстро преображались.

Широкие задачи, смелые социалистические планы Киров осуществлял с неизменным успехом, так как ни на минуту не терял непосредственной связи с теми скромными, незаметными участниками социалистической стройки, честная, беззаветная работа которых решает успех каждого дела. Киров ясно видел и твердо намечал главную задачу и отдавал этой задаче все силы. Занятый огромной работой, он всегда находил время разобрать жалобу промыслового рабочего на неправильное распределение квартир или ответить на письмо комсомолки, которая обращается к нему за советом о том, в какой, вуз ей итти учиться. Нередко Киров заглядывал в жилища бакинских рабочих-нефтяников, беседовал об их делах, расспрашивал об их нуждах.

Вся работа Сергея Мироновича в Баку, как и везде, где он работал, была прежде всего работой в массах. Киров обладал исключительной способностью находить доступ к сокровенным мыслям и чаяниям трудящихся масс и поднимать массы на преодоление самых тяжелых препятствий. Таким Киров был везде и всегда. Он в совершенстве владел ленинско-сталинским стилем работы.

За 4,5 года работы в Азербайджане Киров завоевал горячую любовь рабочих, коммунистов и беспартийных, и всех трудящихся. Его выступления, его глубокие по содержанию и ясные, доступные по форме речи волновали, крепко запоминались тысячами и тысячами людей. Рабочие-тюрки, плохо знавшие русский язык, говорили после речей Кирова, что переводчик им не нужен, они и так понимают своего Кирова. Это происходило потому, что пламенные речи Кирова были прямым продолжением его практики талантливейшего организатора, дальновидного, вдумчивого руководителя, внимательнейшего товарища и друга бакинских рабочих.

Работа Кирова в Баку — это подготовка к первой пятилетке на одном из самых важных участков хозяйственного фронта Страны Советов.

Под руководством Кирова бакинские нефтяные промыслы начали давать Советской стране то драгоценное «черное золото», которое, растекаясь по железным дорогам, заводам и фабрикам, возвращало к жизни нашу промышленность, наш транспорт.