С.М. КИРOB Избранные статьи и речи 1916 - 1934 - Д. Чугаева и Л. Петерсон.

В ряду сохранившихся записей речей Кирова за этот период первой по времени является блестящая, полная мощного революционного энтузиазма речь от 26 марта, посвященная провозглашению Венгерской социалистической советской республики.

Мы здесь приведем воспоминания одного бывшего венгерского военнопленного:

«Я и все военнопленные плохо понимали русский язык. Но этот язык правды был нам понятен. Сергей Миронович призывал нас, вместе с русскими пролетариями, защищать завоевания Октября и вступить в красногвардейские отряды. После этой речи, протискиваясь к столу, мы спешили скорее записаться в красногвардейский отряд. Шестьсот венгерцев в тот день записалось в Красную гвардию».

На пленуме Астраханского горсовета 31 мая Сергей Миронович сообщает о захвате в Каспийском море парохода, на котором ехали белогвардейские агенты.

Это чрезвычайно интересный эпизод. На форт Александровский в Закаспии (форт был в руках белых) под руководством Кирова был произведен внезапный налет нашей флотилии, причем форт был захвачен врасплох настолько быстро и неожиданно, что радист даже не успел передать сообщение о нападении. Целые сутки радиостанция форта, уже находившаяся в наших руках, работала с Гурьевом, где был штаб генерала Толстова, и с Петровском, откуда поступали депеши Деникина для Колчака.

Киров лично занимается расшифровкой донесений Деникина Колчаку и по одной из телеграмм устанавливает маршрут следования по Каспийскому морю деникинского посланца к Колчаку генерала Гришина-Алмазова. Киров организует захват судна, на котором едет Гришин-Алмазов, и находит там письма и документы Деникина, которые раскрывают стратегический план белогвардейцев.

Свои доклады о положении на фронтах гражданской войны, вкрапливая туда вопросы международного положения и важнейшие вопросы нашей внутренней политики, Сергей Миронович, как правило, делал через каждые две недели на объединенных собраниях Горсовета, Совета профессиональных союзов, представителей фабрично-заводских предприятий и на других массовых собраниях. Таким образом Сергей Миронович держал в курсе важнейших событий весь партийный и беспартийный актив, заражая сотни и тысячи людей своим безграничным энтузиазмом, революционной решимостью и здоровым, ничем непобедимым оптимизмом.

Сергей Миронович никогда не прикрашивал действительности, строго выполняя ленинский завет — говорить рабочим то, что есть.

Откровенно говорил он о величайших трудностях, создающихся на фронте и в тылу. Ни в какой мере не преуменьшал успехов Деникина, захватившего 1 июля 1919 года нашу пролетарскую твердыню — Царицын.

Сергей Миронович прямо говорил о той величайшей опасности, которая создалась для Астрахани вследствие прекращения сообщения по Волге и возможного захвата белыми железной дороги Астрахань — Саратов, последнего средства сообщения с центром и единственного пути подвоза продовольствия, без которого Астрахань не могла продержаться буквально ни одного дня.

Но, сообщая самые тревожные, самые мрачные вести о деникинском фронте, Сергей Миронович тут же напоминал о наших успехах в борьбе с Колчаком и всю свою речь умел пропитать таким мощным революционным оптимизмом, что в результате самых тяжелых его сообщений создавался новый прилив энтузиазма:

«Советская власть все равно опять восторжествует и не даст белобандитам возможности терзать пролетарское тело!» После докладов Сергея Мироновича энтузиазм охватывал слушателей, и нередко тут же после собрания начиналась запись добровольцев на фронт на защиту подступов к Астрахани.

А нужда в укреплении сил на ближайших участках фронта была огромная. Дело в том, что первую, с большим трудом сформированную Кировым из остатков XI армии, крупную и надежную часть — 33-ю дивизию, — командование Южного фронта в июне вынуждено было взять из Астрахани для усиления других участков фронта, так как положение там было в это время исключительно тяжелое.

С уходом 33-й дивизии Астрахань фактически оставалась без сколько-нибудь серьезной защиты, а как раз в это время Деникин начал все крепче и крепче наседать с запада, отлично учитывая важность захвата Астрахани. Дальнейшая оборона Астрахани в этот момент многим казалась делом совершенно безнадежным.

Предатель Троцкий вместе с теми «специалистами», которыми он себя окружил, уже давал в это время из штаба главнокомандующего указания о необходимости эвакуировать Астрахань — в целях «выравнивания фронта». Уже многие коммунисты в Астрахани сложили чемоданы. Однако Киров» и Реввоенсовет заявили решительный протест против предательских приказов Троцкого и обратились непосредственно к В. И. Ленину. Ленин дал ответ: «Астрахань защищать до конца».

В своем докладе на партконференции 3 августа Сергей Миронович заявляет:

«…пока в Астраханском крае есть хоть один коммунист, устье реки Волги было, есть и будет советским!»

Киров, опираясь на призыв Ленина, переломил в короткий срок эвакуационные настроения, еще теснее сплотил коммунистическую организацию — гражданскую и военную, сумел вдохнуть в партийных и беспартийных большевиков Астрахани новую энергию и выполнил приказ Владимира Ильича.

Был ряд моментов исключительно опасных, особенно в начале июля, непосредственно вслед за взятием Деникиным Царицына. Но Киров, подкрепляя добровольцами те отряды, которые обороняли подступы к Астрахани, усиленно вел в то же время новые формирования. В трудные минуты Сергей Миронович сам появлялся на опасных участках фронта и своим мужеством и решимостью вдохновлял бойцов на новую борьбу, на новые победы.

Отметим здесь один эпизод, весьма характерный для этого особенно тяжелого периода.

Аэропланы интервентов почти ежедневно появлялись над Астраханью, сбрасывая бомбы, убивая людей, зажигая пожары и чрезвычайно нервируя широкие массы населения.

Должный отпор авиации противника дать было невозможно, так как наша «авиация» состояла всего из трех или четырех действующих самолетов устарелой конструкции и? сильно изношенных (их именовали попросту «гробами»); к тому же и горючего почти не было. Безнаказанность белых налетчиков создавала гнетущее настроение среди всего населения, в том числе среди рабочих и красноармейцев.

Киров с этим помириться не мог: он вызвал летчиков Щекина и Короткова и убедил их взяться за почти безумное предприятие — вступить в бой с противником, силы которого во много раз и во всех отношениях превосходили наши силы.

Отважные красные летчики выполнили поручение, вступили в воздушный бой с противником, подбили и заставили снизиться один из самолетов противника (летчика и наблюдателя— английских офицеров — забрали в плен), остальные самолеты обратились в бегство.

Успех наших славных летчиков сильно поднял настроение в Астрахани и, главное, показал, что даже и при нашей отсталой технике борьба с воздушным противником вполне возможна.

В июле белогвардейщина в самой Астрахани снова поднимает голову: попы и офицеры организуют заговор и ставят себе задачу — завладеть городом, организовать отравление всех руководящих коммунистов и единственной находившейся в Астрахани небольшой красноармейской части. Заговор был раскрыт, и его участники уничтожены.

Во все время своего пребывания в Астрахани Киров, разбивая гигантскую работу по укреплению обороны и ликвидации прорывов, которые обнаруживались чуть ли не ежедневно на том или другом участке боевой или гражданской работы, продолжал самым интенсивным образом поддерживать связи с подпольными партийными организациями и с партизанскими «отрядами, действовавшими в тылу у противника. Киров лично принимал товарищей, с опасностью для жизни прибывавших Каспийским морем на рыбачьих лодках из Баку и Петровска (ныне Махач-Кала), снаряжал обратно надежных товарищей с оружием, письмами, деньгами, с коммунистической литературой на разных языках. Значение этой работы для товарищей, действовавших в Баку, в Закавказье, на Северном Кавказе, было огромно, так как только через Астрахань они могли сноситься с Москвой, только через Астрахань могли получить необходимую помощь и руководящие указания.

В то же время и Сергей Миронович получал от кавказских товарищей крайне важную информацию о положении в Закавказье и на Северном Кавказе и немедленно сообщал полученные сведения в ЦК партии, В. И. Ленину.

Нужно отметить, что сношения с Баку имели большое значение и непосредственно для Красной армии и в частности для обороны Астраханского района.

Сергей Миронович сумел, опираясь на героическую работу революционных пролетариев Баку и Петровска и революционных моряков Каспия, организовать получение из Баку и Петровска контрабандным путем, на рыбачьих лодках, большого количества бензина и смазочных масел, так необходимых для наших военных автомобилей и особенно для военной авиации.