В прицеле – Олимпиада - Максим Шахов

Единственное исключение составлял нож. Конечно, следовало бы взять на дело импортный «Ка-Бар» или «Атак», но Поручик все же предпочел привычный отечественный «Катран». Он называл его «нержавеющим ломиком» и с его помощью не раз успешно справлялся с врагами, патронными цинковыми ящиками, консервными банками и заусенцами на ногтях. Мог и побриться, если больше нечем.

Спецназовцы, подобно римским легионерам, тащили на себе все необходимое снаряжение. Кроме, разве что, бревен для частокола. Только один из них был свободен от хозяйственной поклажи. Боцман пер на могучей спине принайтовленного к легкой титановой раме человека. Вернее, то, что от него осталось.

У человека не было ни рук, ни ног, только голова и туловище. Немного, но вполне достаточно, чтобы жить и говорить. Руки и ноги у него отпиливали в течение последней недели, причем не сразу, а постепенно, по частям. Делали это Чак и Гюрза, лучшие специалисты по получению информации. А приказывал им помощник секретаря ООН по вопросам защиты детей в вооруженных конфликтах господин Усама бен Масих. Имени искалеченного не знал никто из группы, кличку — Дервиш — только Кэп и Поручик. Группа Кэпа прибыла сюда, на остров, именно за ним. Ради этого человеческого обрубка группа спецназовцев из Главного управления федеральной антитеррористической разведывательно-оперативной службы, сокращенно ФАРОС, взлетела чуть ли не к звездам, приводнилась возле острова Санта-Тринидад и нанесла непоправимый ущерб имуществу Организации Объединенных Наций.

Санта-Тринидад — небольшой остров в восточной части Индийского океана — получил название в честь затонувшего где-то поблизости флагманского корабля Магеллана. Когда-то остров служил базой малайским пиратам — морским даякам. Их потомки и сейчас заселяли прибрежную его часть и промышляли ловлей чего попало. Реже — рыбы, а в основном — беспечных путешественников.

На остров претендовали Испания, Голландия, Индонезия и даже Австралия. Даяки настаивали на своей полной независимости. После неудачной попытки индонезийцев высадить десант и подкрепить свои притязания силой оружия над островом был установлен протекторат ООН.

База ооновцев находилась в северо-западной части острова и была смыта до основания чудовищным цунами в первый день Рождества 2004 года. Денег на восстановление не хватало. На помощь пришел гражданин Швейцарии и по совместительству руководитель и вдохновитель псевдоисламской секты «Аль-Накба» почтенный Усама бен Масих. Он же глава крупнейшей и опаснейшей международной террористической организации с тем же названием.

За приличную сумму Усама купил себе необременительную должность заместителя секретаря ООН по вопросам защиты детей в вооруженных конфликтах. На Санта-Тринидаде он официально устроил свою штаб-квартиру. В строительство ООН не вложила ни цента, оно велось за счет самого бен Масиха.

Сейчас остров фактически находился в собственности Усамы бен Масиха. Он нашел общий язык не только с ООН, но и с даяками. В их внутренние дела не лез, зато понемногу снабжал деньгами и оружием их вождей. И ООН, и потомки пиратов горой стояли за своего благодетеля. Такое прикрытие позволило бен Масиху создать на острове Санта-Тринидад настоящее террористическое гнездо. Здесь террористы учились, здесь лечились и отдыхали в свободное от борьбы время. Здесь же готовились к новым подвигам. А после уничтожения международной сети баз террористов остров оказался последним их надежным оплотом.

От проникновения небольших диверсионных групп с моря базу бен Масиха защищали вооруженные до зубов пираты, от агрессии потерявших терпение великих и невеликих держав — флаг ООН. Стоило кому-то бросить в сторону Санта-Тринидада косой взгляд, как прикормленные международные чиновники тут же поднимали жуткий крик и грозили санкциями. Их поддерживали такие же прикормленные журналисты. Даже Соединенные Штаты предпочитали не связываться с этим бандитским гнездом и делали вид, что в упор его не замечают.

Но у российской разведки были свои резоны и свои возможности. Долго и планомерно вице-адмирал Старостин внедрял в высший эшелон руководства террористов агента по кличке Дервиш. И вот теперь, когда Дервиш дал первую по-настоящему ценную — на вес золота — информацию, его пришлось срочно эвакуировать.

Собственно, проваленного агента не надеялись найти живым. Но вице-адмирал Старостин считал, что отрицательный результат порой не менее ценен, чем положительный, и требовал от своих подчиненных доводить до конца любое, даже самое безнадежное дело. В этом был залог успеха, и здесь группе повезло. Правда, с эвакуацией немного опоздали.

Дервиша нашли уже искалеченным в подвале культурно-оздоровительного центра. Под зданием центра был оборудован зиндан — подземная тюрьма. Здесь в камерах содержались пятеро искалеченных человек. Кэп не сразу определил, кто из них Дервиш.

Разглядев, как террористы потрудились над пленными, спецназовцы сгоряча уничтожили всю охрану, а заодно и посетителей центра, хотя достаточно было вырубить и запереть их в подсобке. Других заключенных тоже пришлось добить, из сострадания. Дервиша обкололи снотворным и забрали, а при отходе взорвали и центр, и соседнее с ним административное здание, после чего тихо исчезли.

Впрочем, их исчезновение осталось незамеченным не для всех. И в самом скором времени на хвосте у спецназовцев повисла вооруженная до зубов многочисленная банда даяков. Они безошибочно взяли след. Теперь все дело было только в скорости.

…Группа спецназа продолжала двигаться в режиме ритмичного бега. Впереди зашуршали кусты. Друзей здесь быть не могло, только враги.

— Ибаны, мать их, больше некому! — проворчал Боцман.

— Зачем плохими словами выражаешься? — сделал ему замечание Бертолет.

— Он не выражается. Ибаны — это другое название туземцев, морских даяков, — просветил товарища Марконя. — Они у нас сейчас на хвосте сидят. А теперь и спереди зашли.

Шедший в голове отряда Поручик выпустил на шум короткую очередь, за ней другую, следом третью и сместился вправо. При этом стрельбу не прекращал, продолжал косить заросли очередями. Группа имела четкое деление на «первый-второй». Начало стрельбы послужило сигналом. Все первые номера автоматически сместились вправо, вторые — влево. Причем каждый следующий боец — на шаг дальше предыдущего. Раскрылись веером. Док шел следом за Поручиком и открыл огонь почти одновременно с ним.

Засаду на спецназовцев организовали примитивные дикари, злые, но неумелые. Из тех, кто любят стрелять, но редко попадают. Спецназовцы расстреляли их с ходу, в одну секунду, не сбавляя темпа, и снова выстроились в цепочку.

Но Боцман продолжал недовольно бурчать:

— Ну вот, нашумели… Сейчас их главные силы подтянутся. Они и так нас чуть не за пятки хватают.

Поручик нашел в его словах определенный резон. Он сместился в сторону, пропустил задних и поравнялся с Кэпом.

— Командир, есть предложение. Вы бежите дальше, а я отдохну. Что-то селезенка ёкает. Полежу вон там под пальмами, подожду наших друзей. Нехорошо ведь уйти, не попрощавшись. Мы не англичане и не Ленин на елке в Сокольниках.

Кэп окинул цепким взглядом позицию, на которую указал Голицын, и одобрительно кивнул:

— Валяй. Задержи их, сколько сможешь, и уходи. Только не нарывайся и не борзей, ты мне еще живым понадобишься. Мы будем тебя ждать на берегу.

Но Поручик покачал головой:

— Не надо ждать. Мне проще своим ходом домой добраться.

Тут подал голос бежавший следом подрывник Бертолет:

— Слышь, Поручик, кончай дурить! Мы без тебя не уйдем. Кэп, скажи ему…

Голицын глянул на него с нескрываемым сочувствием:

— Паша, дорогой, я остаюсь для того, чтобы задержать их, а не вас. А вам надо уходить, и как можно скорее. К тому же, сам видишь, наша группа поддержки где-то заблудилась, значит, эвакуироваться придется своими силами. Моторная лодка «Зодиак» поднимает как раз семерых бойцов плюс харчи, снаряжение и оружие. Я лишний. Если я буду думать, что вы ждете меня на берегу, то начну волноваться, нервничать, потеть. Запах пота будет меня демаскировать. Ты что, в натуре, хочешь, чтобы меня по запаху нашли? И вообще, ты меня за инвалида, что ли, принимаешь? Да я быстрее вас доберусь! Вы знаете что? Когда будете уходить, оставьте мне моноласту. Я еще в Приморском вас встречать буду. Спорим?

В поселке Приморском под Питером находилась база отряда подводного спецназа, к которой все еще были приписаны бойцы антитеррористического подразделения.

— Спорим! — отозвался Марконя. — Кто проиграет, накрывает поляну на всех!

Только спустя пару минут Марконя сообразил, как лопухнулся.

— Ну я и долбак! — запричитал он. — А если Поручик вообще не доберется?

— Взыщем посмертно, — утешил его Кэп. — Главное, чтобы ты добрался.