Голубые Крылья (СИ) - Алексеев Владислав Владимирович "Radical"

— Разве собственный народ не должен быть для него самым важным?

— Его силы постоянно уходят на то, чтобы у нас имелся богатый урожай, хороший климат, постоянная еда и тепло в домах. Если наш господин будет тратить свою энергию на каждого подопечного, пострадают все остальные, ибо холода и засуха грянут в наши земли. Но почему тебя это так волнует?

— Да так, неважно…

В тот момент мне вспомнилось, что в нашей земле тоже были хорошие условия, за исключением, может быть, тепла, но мы не просили этого у духов, так как приносили им жертвы и пели песни только ради благословления на хорошую охоту и урожай. Да, я поверила словам хозяина этого дома, но стоит признать, что тогда мою веру удерживало исключительно желание познать собственные проблемы, ведь разум уже начал постепенно отрицать все, что говорят об этом великом существе.

Мысли сконцентрировались на больном. Подобную проблему я встречаю впервые и не имею ни малейшего понятия как ее излечить. В действительности это была наследственная болезнь, связанная с непереносимостью кожей ультрафиолетовых лучей, которая рано проявляется и постоянно прогрессирует, но, очевидно, на тот момент мне это еще неизвестно. Проклятье, как утверждал отец юноши, казалось мне самой подходящей версией. Моя репутация как человека, умеющего снимать порчу, сформировалось исключительно из моей лжи, чтобы подкрепить легенду о моей связи с духами, поэтому в действительности это было мне непосильно. Если же я признаюсь в этом, мне придется вернуться назад во внешний округ в лучшем случае, а в худшем меня могут и вовсе вышвырнуть из города. Как же мне удержать свою позицию, но при этом не соврать что мои возможности здесь бесполезны? Я притворилась что осматриваю больного, пока мозг усиленно думал. Мне необходимо добраться до этого бога, но для этого, нужно привлечь его внимание, что будет намного легче сделать из этого округа. Заслужить его признание своими деяниями будет крайне трудно, ведь он почти не выходит к своему народу, но что если у меня получится обратить внимание на то, что беспокоит меня почти с самого момента появления в этих землях? Мысль пришла в голову мгновенно, и я решилась на очень опасный и рискованный шаг.

— На вашем сыне действительно лежит проклятье, но у меня вряд ли получится его снять, даже если я попрошу помощи у своих духов.

Лицо Кронта приняло немного озлобленное выражение.

— Мне сказали, что ты вылечила или избавила от порчи каждого, кто к тебе приходил, чем же мой сын хуже? Неужели слухи о твоей силе — это просто грязная ложь?

— Вовсе нет, — спокойно ответила я, — у людей из внешнего округа была простая порча, но это нечто более серьезное. Я ощущаю присутствие мощной силы, а тот, кто наложил проклятье, могущественнее меня. Как вы думаете, кто в этих землях достаточно опасен, чтобы наложить подобные чары?

Необходимый мне результат последовал незамедлительно, и лицо Кронта из озлобленного превратилось в недоуменное, а потом и вовсе удивленное. Я знала, что в этих землях нет знахарей, а раз он пришел за помощью из своих хором в самый бедный округ за малоизвестным шаманом из других земель, значит и других альтернатив мне здесь не присутствовало, а значит, в голову ему мог прийти только один вариант.

— Хочешь сказать, что порчу наложил наш господин? Да как ты вообще смеешь произносить столь мерзкие слова в моем доме?

— Мия, скажи мне, ты знаешь каких-либо других могущественных существ в этих землях, кроме вашего господина?

— Нет, Рэвери, только наш бог.

— Наверняка явился какой-нибудь проклятый странник вроде тебя, который наложил эти чары! — предположил Кронт.

— Вы обитаете в закрытом третьем округе, разве может странствующий шаман проникнуть сюда? Я же здесь впервые, да и в момент рождения вашего сына меня здесь и в помине не было.

— И правда, Кронт, к нам ведь не приходили чужие. Да и девушка выглядит молодой, не сильно старше нашего сыночка, — заступилась за меня жена хозяина, которая до этого стояла в стороне.

У меня постепенно получалось, так как я подстраивала все факты в свою пользу и не давала возможности возразить. Он не мог мне не поверить, потому что его господин отказывал в помощи, а я была его единственной, пусть и слабой надеждой на спасение его любимого сына. Какой бы ни являлась его вера в божество, пусть даже это одна из главных составляющих жизни любого местного жителя, даже она падет перед верой в спасение собственного ребенка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И что же ты предлагаешь? — тон Кронта все еще был слегка агрессивным, но его пыл сильно поубавился, и я чувствовала, что он уже практически в моих руках.

— Шансы излечить эту болезнь очень невелики, и мне нужно постоянно присутствовать неподалеку. Помимо этого, мне необходимо, чтобы моя помощница постоянно оставалась рядом, а для этого необходимо одобрение ее родителей, которые находятся в нашем округе.

— Конечно, это не будет проблемой, но низкий шанс меня не устроит, я хочу быть уверен в хорошем результате!

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Если хотите высокий шанс, то мне необходим тот, кто наложил проклятье. Может быть это ваш господин, а может и нет, но в любом случае это необходимо выяснить.

Ощущение приближения к цели переполняло меня. Добравшись до этого божества, я наверняка дам ему понять, кем являюсь на самом деле, а также смогу получить ответы на свои вопросы. Ликование от столь удачного плана переполняло меня, заставив позабыть множество своих сомнений, но где-то в глубине души было осознание того, что мелкий просчет может заставить пострадать и меня. Конечно, боли и смерти я не боялась, но все же не слишком приятно, когда тебя пронзают острыми предметами или отрезают конечности.

— С правителем не так-то и просто поговорить, — со вздохом ответил Кронт, который окончательно потерял желание отстаивать честь своего повелителя. — Он появляется лишь на празднике новолуния в его честь, да и там находится в окружении своих жрецов. От него и речь то редко услышишь, потому что даже говорят вместо нашего господина его подопечные.

— А как он выглядит? — поинтересовалась Мия.

— Его лицо закрыто черепом неизвестного нам животного, а тело покрыто роскошными тканями и мехами, и никто из жителей не знает, что таится там внутри. Поговаривают будто у него большие, сияющие как солнце глаза, которые испепелят любого человека, на которого он посмотрит без своей маски, а тело покрыто острыми шипами…

— Прошу прощения, — прервала я его. — Но он ведь как-то должен управлять своим народом. Или это за него тоже делают жрецы?

— Не совсем. Жрецы иногда приходят в другие районы и общаются со старейшинами, а собранную информацию передают нашему господину, который уже решает проблемы, если, по его мнению, они действительно важны. Иногда во дворец даже вызывают других людей, но они никогда не возвращались назад. Если же попытаться проникнуть в его владения, его могущество мигом уничтожит любого нарушителя, который посмел вторгнуться к нему без приглашения. Да, наш господин хоть и великий, но ошибок не прощает.

Лицо Мии выражало искренний интерес к таким историям, словно она слушала сказку на ночь, но Кронт не торопился продолжать.

— Если от него никто не возвращается, значит ли это, что он вызывает лишь провинившихся? — спросила я, вспомнив, как в моей родной общине наказывали трусливых охотников ударами плетью, которые долго были видны на голой спине.

— Ни разу не слышал, чтобы он вызывал к себе простых людей по другому поводу, — ответил он.

Значит, чтобы встретиться с ним, нужно просто сильно провиниться? Мою проблему можно решить достаточно легко, но хочу ли я пойти таким путем? Вспоминая жизнь людей на окраинах, приходило осознание того, что мне хочется не просто узнать больше о себе, но и понять, почему такое высшее существо, наделенное силой и властью, избрало именно такую дорогу — правление целым народом, да еще и нетрадиционным способом, с разделением на рабов и знать. Нет, мне хотелось бы поговорить с ним в более мирной обстановке, поэтому вариант с нарушением местного порядка я оставила на крайний случай.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})