«Арк Ройял» - Кеннет Пулман

Итак, «Арк Ройал» получил очередной приказ на океанский переход. Но прежде чем он отправился домой, ему выпала почетная задача сопровождать «Эксетер» и «Аякс» во Фритаун. «Эксетер» лишь чуть залатал свои раны и еще далеко не оправился, но это был гордый корабль. Он сумел выстоять под залпами 280-мм орудий. Как «Арк» приветствовал его, когда крейсер проходил мимо! Позднее самодеятельный оркестр авианосца устроил специальный концерт в честь «Эксетера», на этот раз подготовленный одними матросами. «Аяксу» тоже досталась частичка славы. Он прекрасно сражался, этот отважный маленький крейсер вместе с новозеландским «Ахиллесом»! Старший матрос Сирил Калдер, который теперь служил на «Арке», смотрел, как проходит его бывший корабль, и у него в горле стоял комок. В этот момент больше всего на свете он желал находиться на своем любимом корабле, на котором он прослужил так долго в дни мира.

Ощущения моряков «Арк Ройала» были довольно сложными. Это была смесь гордости, разочарования, расстройства и облегчения. Пилоты на все корки ругали туман в Южной Атлантике, который спас «Графа Шпее» от их торпед. Теперь им оставалось лишь повторять: «Если бы…» Но они были рады тому, что сыграли важную роль в этой трудной операции, которая в конце концов привела к уничтожению рейдера. Ведь именно страх перед «Арк Ройалом» заставил немцев отказаться от попытки прорыва из Монтевидео. Все на борту «Арк Ройала» знали об этом, и вице-адмирал Уэллс был так рад, что даже исполнил небольшой танец.

Во время поисков «Суордфиши» пролетели над пустынным океаном почти 5 миллионов миль. Однако больше всех были разочарованы пилоты истребителей, так как они не сделали вообще ничего. Потом команда отпраздновала тропическое Рождество во Фритауле. Было много сигарет и пива, которые были подарены жителями Кейптауна. Прибыл корабль снабжения с очень ценным в данный момент грузом. Рождественское утро запомнилось страшной жарой. Сначала был проведен строевой смотр на полетной палубе, затем капитан совершил традиционный обход кубриков, которые были украшены по-праздничному, только вместо еловых веток были использованы пальмовые.

Корабль во время охоты за «Графом Шпее» несколько раз пересекал экватор, но тогда было просто не до торжественных церемоний. Однако «Арк» был не тем кораблем, который упустит лишний шанс повеселиться, и во Фритауне его наконец-то посетил батюшка Нептун. Это был один из спектаклей «Арк Ройал Продакшн», в котором Боб Эверетт, загримированный под капитана 1 ранга Пауэра, пел: «Я капитан, который никогда не пересекал экватор!» Эверетт очень сомневался, разумно ли так пародировать капитана. Однако капитан 2 ранга Экклс выслушал песню, посмеялся и заверил Эверетта, что капитану она тоже понравится. Так и было. Как ни странно, он действительно ни разу не проходил обряд «крещения» по случаю перехода через экватор. По этому случаю он переоделся в старую рубашку и шорты. Его побрили и «макнули», как и полагается. Те, кто это видел, никогда не забудут, как капитана корабля «крестили», поливая из пожарного шланга.

И затем настало время отправляться обратно в Англию. Немцы тоже знали об этом. 10 февраля 3 подводные лодки прибыли в район Западных Подходов со специальным заданием атаковать возвращающиеся «Арк Ройал» и «Рина-ун». Они не встретились с прославленными ветеранами, но в утешение сумели потопить 9 торговых судов.

15 февраля «Арк Ройал» прибыл в Гладстон-док в Ливерпуле. Самолеты перелетели на берег еще до того, как он вошел в порт. Вскоре были заведены швартовы, и матросы отправились чистить и гладить форму первого срока, чтобы по-настоящему отдохнуть впервые за долгие месяцы войны. Каждая вахта получила недельный отпуск.

Те, кто остались на корабле, слушали лорда Хау-Хау. Он был вынужден признать, что «Арк Ройал» воскрес из мертвых, но теперь трещал на весь мир, что Люфтваффе прекрасно знают, где стоит авианосец, поэтому вскоре нанесут визит в Ливерпуль. Действительно, они прибыли, как и было обещано, и подвергли город ожесточенной бомбежке, хотя так и не сумели поразить авианосец.

Пока вторая вахта ожидала своей очереди отправляться в отпуск, Джон Кауард решил, как и многие другие, привезти свою жену в Ливерпуль. Ее поезд прибыл в разгар воздушного налета, опоздав на час. Вокзал Лайм-стрит был затемнен, поэтому поезд еле полз. Джон помчался по платформе, почти ничего не видя, выкрикивая имя жены. Наконец он ее встретил.

«Смотри! Я выпала из вагона и порвала новые нейлоновые чулки!» — сказала она.

Он понял, что действительно вернулся домой.

Глава 5.

Полуночное солнце

Едва «Арк Ройал» успел закончить текущий ремонт в Ливерпуле, как снова получил приказ выходить в море, чтобы охотиться за немецкими кораблями. В феврале 1940 года главнокомандующий силами Западных Подходов узнал, что 6 немецких торговых судов стоят в Виго, ожидая случая, чтобы прорваться в Германию. Поэтому он отправил свои корабли на перехват. Флот Метрополии одолжил ему несколько быстроходных кораблей: «Ринаун», «Арк Ройал», крейсер «Галатея» и группу эсминцев. В погоне также должны были участвовать французские корабли и самолеты Берегового Командования. Операция завершилась полным успехом, все немецкие суда, кроме одного, были захвачены или потоплены.

22 марта «Арк Ройал» вышел из Портсмута и направился в Средиземное море, имея на борту 3 новые эскадрилья «Суордфишей». Планировалось провести обучение пилотов ночным полетам и действиям над пустыней. Полеты в холодном мраке над морем и песком позволили бы летчикам позднее чувствовать себя уверенно в открытом океане.

Многие пилоты были новичками на корабле, так же, как и новый старший механик капитан-лейтенант Тони Оливер. Ему предстояло играть важную роль в обеспечении полетов, так как именно его подчиненные отвечали за безотказную работу всех палубных механизмов и устройств… Можно даже сказать, что он держал в руках безопасность летчиков.

Он прибыл на корабль в Портсмуте, где на авианосце устанавливались размагничивающие обмотки. Это был толстый электрический кабель, проведенный внутри корпуса на уровне ватерлинии вокруг всего корабля. Он должен был подрывать магнитные мины раньше, чем они подорвут корабль. Этот кабель устанавливали электрики, которыми командовал офицер с исключительно громким голосом. Казалось, его слышно по всему кораблю, где бы этот человек ни находился. Его сразу окрестили «барон де Гаусс». Немного позднее, когда корабль «барона» был потоплен акустической миной, он первый признал, что мина вполне могла сработать от его голоса.

«Арку» всегда выделяли необходимое количество механиков Королевских ВВС для обучения флотских авиамехаников. КВВС благородно отправляли на флот достаточно опытных механиков, чтобы они могли готовить новичков из ВСФ и временно исполнять их обязанности, до тех пор, пока моряки не смогут работать самостоятельно. КВВС также разрешали кое-кому переходить служить на флот. Так, в конце декабря 1940 года в рядах Королевского Флота служили около 2000 офицеров и рядовых КВВС.

Тэд Юстанс отнюдь не скучал, когда служил в КВВС. В 1938 году, когда международная обстановка начала быстро накаляться, ВВС принялись размещать личный состав по всему миру на наиболее важных авиабазах. Когда дошло до рядового 1 класса Юстанса, то вариантов было два: или отправляться на 5 лет за границу, или на 2,5 года на флот. Начальник зажмурился и ткнул пальцем наугад. Выпало второе. Тэд отправился на линкор «Барэм» в звено обслуживания катапульты.

Промозглым, унылым днем он прибыл в Портсмут. В это время линкор стоял в доке «С», так как проходил текущий ремонт, чтобы подготовиться к надвигающейся войне. Поэтому все работы велись в страшной спешке. Когда Тэд поднялся по крутой сходне, его чуть не сбил с ног какой-то матрос, тащивший огромный ящик. Тэд был обут в ботинки на резиновой подошве, поэтому он едва не растянулся на скользкой металлической палубе. Он совершенно растерялся.

Потом состоялось большое совещание в башне, на которой была установлена катапульта. В нем принимали участие инженеры верфи, корабельные механики и командование линкора. Ожидалось прибытие гидросамолета «Суордфиш», и башня была к этому уже готова. Чтобы добраться до катапульты, Тэду поднялся по стальному трапу, пролез между наружными щитами огромных 381-мм орудий и прошел по крыше башни. Он с трудом удерживался на мокрой и скользкой броне. Когда самолет краном поставили на тележку катапульты, чтобы закрепить его, морякам пришлось карабкаться по сложной решетчатой конструкции, которая, собственно говоря, и являлась катапультой. Тэд в своих ботинках постоянно скользил и терял равновесие. Если бы он сорвался, то рухнул бы с высоты 40 футов на квартердек.

Эта крыша башни стала его боевым постом на следующие 2,5 года. После службы в КВВС все казалось странным и непривычным. Шум и треск ремонтных работ долетал со всех сторон. На корабле что-то постоянно сверлили, клепали, сваривали. Повсюду тянулись пучки кабелей и трубопроводы. Сотни пиллерсов, люков, крутых металлических трапов казались непроходимым лабиринтом. Тэд никак не мог разобраться в сложной морской терминологии, густо приправленной сленгом. Все это пугало бывшего моториста КВВС, весь морской опыт которого сводился к паре поездок на пароме из Ливерпуля.