Мир Культиваторов и Стихий (СИ) - "geta"

— Перестань делать вид, что погружена в пустоту. — после слов царевича девушка приоткрыла глаза, бросив на юношу снисходительный взгляд.

— Мастер Ши не разрешала тебе сюда подниматься. — спустя пару секунд девушка демонстративно закрыла глаза, и вернувшись к медитации, добавила. — Лучше оставайся внизу. Тебе здесь не место.

Бам!

Из тела Лианга распространилась убийственная аура, что пробудила всех до одного старших, буквально вырвав их из медитации. Все они подумали, что их уже атакуют, вскочив на ноги и направив внутреннюю силу в формации новообретённых стихий. Но лишь завидев, что вся опасность исходит лишь от одного единственного младшего в Формации Воина (2), мгновенно расслабились.

— Ты убила Ву Чи. — зло процедил царевич. — Не хочешь ничего мне сказать? — девушка не удосужилась даже открыть глаза, а лишь увеличила концентрацию внутренней силы в ладонях, из-за чего жар пламени распространился, достигая кожи Гу Лианга. Тот инстинктивно отстранился, ибо сила подобного уровня могла легко нанести непоправимый вред. Даже лекарства Ши Бай Ко не помогут.

— Хм, я не виновата, что этот идиот полез куда не следовало. — демонстративно хмыкнув, произнесла Бию.

— Что? — рассвирепев, мальчик сжал кулаки.

— Что слышал. Мы хотели преподать тебе урок, а этот слабак стоял на пути. Тебе ли не знать, насколько он беспомощен перед практиками Формации Пути (3). — юноша был вне себя от злости. Когда девушка высказалась, со стороны старших послышались насмешливые поддакивания.

— Вот-именно, Лианг!

— Ву Чи слишком переоценил свои силы.

— Чего ты так убиваешься по нему? Возможно, тебе пробудят меридиан. Радоваться надо!

— Не хватало ещё из-за какого-то слабака расстраиваться.

— Кстати. — улыбнувшись на слова товарищей, добавила Бию. — Не держи зла, Лианг. Теперь мы все пробуждённые. Оставим прошлое позади, теперь мы значимые личности во всём мире. Давай не будем переходить черту, хорошо?

Услышав за спиной скрип открывающейся двери, Лианг развернулся и быстрым шагом направился вниз. Уже готовый покинуть обитель царевич услышал за спиной голос мастера Ши.

— Подожди. — царевич замер, словно скованный заклинанием противоречивых чувств. — Бию права. Не нужно принимать всё близко к сердцу. Это удел смертных.

— Почему вы позволили им убить Ву Чи? Он ничего плохого не сделал. — Спросил юноша, развернувшись и взглянув в глаза старой женщины.

— Смерть Ву Чи была предопределена. — слова мастера звучали так, что нельзя было не принимать их за чистую правду. Это было странно, горько и безжалостно. — Ву Чи остановился в развитии. Он был слаб.

— Это вовсе не так! — впервые Лианг воспротивился словам Ши Бай Ко. — Чи много тренировался, даже больше, чем кто-либо из младших!

— Тренироваться и расти две разные вещи. — безэмоционально поучала мастер Ши. — Ву Чи отринул свои собственные возможности, положившись на более талантливого человека. — эти слова ошеломили царевича. Сверху раздавались радостные крики и улюлюкания старших. Кто-то из них прорвался на следующую ступень Культивации.

— Я хочу уйти. — спустя минуту молчания произнёс Лианг.

— Почему? — вскинув седые брови, поинтересовалась Ши Бай Ко. Было не похоже, что старая женщина хотела удерживать парня силой, а просто хотела удовлетворить своё любопытство.

— С ними я не хочу становиться сильнее. Не смогу. — сжав кулаки, с трудом выдавил из себя объяснение царевич.

— Решил сдаться? — уточнила Ши Бай Ко.

— Нет. Просто у меня с этими шакалами разные взгляды на жизнь. — мастер сделала шаг навстречу Гу Лиангу, отчего тот подумал, что его ждёт наказание за оскорбление старших, но женщина лишь внимательно смотрела в глаза парнишки.

— Ты же понимаешь, что они сильнее, и поэтому правы?

— Понимаю.

— А если ты станешь сильнее, что тогда?

— К чему эти вопросы? — юноша потерял изначальную нить разговора. Для того, кто хотел покинуть обитель, ему задавали слишком необычные вопросы.

— Сейчас ты определяешь свою дальнейшую судьбу. Только и всего. Поэтому отвечай, Гу Лианг.

— Я стану сильным без всяких «если». Чтобы такие, как они больше не могли судить таких, как Ву Чи.

— Так Ты хочешь судить? — улыбнувшись, спросила мастер Ши.

— Буду. — ответил царевич, разворачиваясь обратно к двери. — Вы снимите защитный барьер, или может убьёте меня? — юноша не думал, что Ши Бай Ко не осмелится убить кого-то вроде него. Он был одним из многих её учеников. В любом случае парень слишком слаб, а старая женщина слишком сильна, возможно, сильнейшая во всём мире. Её мотивы и действия нельзя было предугадать заранее.

— В таком случае тебе стоит пойти со мной. — после этих слов женщина взмахнула рукой. Всё вокруг стало серым, потеряло цвета.

Замерли растения, что плавно двигались в такт эманациям витавшей энергии стихий. Частички пыли замерли в воздухе посреди незамысловатого вальса, словно прикованные невидимыми гвоздями к невидимым стенам. Увидевший это Гу Лианг в ужасе посмотрел на Ши Бай Ко, которая жестом позвала его за собой.

Поднявшись наверх, юноша заметил, что старшие не двигались с места. Как растения и пылинки они замерли. Их энергия всё ещё циркулировала, однако тела не отличались от статуй, безжизненных и холодных.

Пройдя мимо, царевич ловил на себе их взгляды, хотя зрачки глаз были обращены совсем в другую сторону. Они словно могли следить за ним каким-то другим способом. Находясь в окружении потерявших цвета предметов, царевич чувствовал себя крайне неуютно, а вот Ши Бай Ко словно проделывала такое уже тысячу раз. Сняв защиту с одной из дверей, женщина провела юношу в комнату с одним единственным столом, вырезанным из камня. Камень был пуст, разве что с небольшой выемкой в форме человеческого тела.

— Раздевайся и ложись. — велела старуха, после чего загнула длинные рукава облачения.

Промедлив секунду, юноша сделал шаг к каменному столу. Сбросив верхнюю одежду, царевич остался в набедренной повязке, но поймав взгляд мастера, сбросил и её, после чего вытянулся на каменной плите. Тело тут же съёжилось. Поверхность была необычайно холодной и даже не думала нагреваться от тепла человеческого тела.

Уставившись в потолок, Лианг увидел, как над ним открывается пространственный карман. По слухам подобное было подвластно только Культиваторам, находящимся в Формации Силы (5). Из кармана начала исходить сильная энергия, отдалённо напоминающая стихийную, но в значительной степени отличающаяся.

Она была намного сильнее, опасней. От этой энергии веяло древностью, могуществом, которое можно было узнать только из сказок и мифов о тех великих мастерах, что сражались с богами, и побеждали. Аура принадлежала вовсе не ценным ресурсам духовных растений, минералам и частям монстров, необходимых для пробуждения меридиан. Гу Лианг боялся предположить, что скрывается за аурой столь древнего зла.

Как только достаточно энергии вышло из кармана, она тут же начала проникать в тело юноши через глаза и рот. Гу Лианг потерял контроль над собственным телом сразу же после соприкосновения с неведомой сущностью, что обладала странным подобием разума, желаний и жизни. Никогда раньше он не видел ничего подобного: чтобы нечто бесплотное и неосязаемое обладало подобным уровнем могущества. Эта сила была вне Формаций Культивирования и уровней мастерства. Оно хотело поселиться в человеческом теле, соединиться с Ядром Души, превратив его в нечто иное.

Боль. Резкая и бескомпромиссная. Она перебила все прочие чувства. Юноша пробовал закричать, но не услышал собственного голоса, ибо через рот проникала неизвестная материя. Выемка в каменном столе словно стала глубже, заключая человека на нём в клетку со всех сторон. Бедняга не мог двинуть и пальцем. Оказавшись в подобном положении Гу Лианг не мог ясно мыслить, а нарастающая боль в конце концов сделала своё дело, надломив скорлупу Ядра Души, а затем проникнув внутрь.

Последние частицы древнего нечто вползли через глаза и полуоткрытый рот юноши, чьи ослабленные пальцы оставили глубокие отметины в каменном столе. Ши Бай Ко положила сухую ладонь на глаза юноши, возвращая потрескавшиеся белки в первоначальное состояние. После этого мастер извлекла из пространственного кармана другие лекарства, начав обрабатывать раны снаружи, и вливать восстанавливающие эликсиры в нос и рот, потому как всё внутри было выжжено, иссушено и разорвано.