Мир Культиваторов и Стихий (СИ) - "geta"

— Это Вы про нас забыли. — сказал Лен Лау. Остальные закивали ему в унисон. — Лю Гай, Фэн Лун и остальные забрали себе всю еду и оставили нам только воду. Где ты был, когда мы голодали? Спрашиваешь, почему не тренируемся? Это потому, что Фэн Лун был намного сильнее, но как только мы его подожгли, он кричал как простой смертный!

— Вместо того, чтобы становиться сильнее, вы решили просто убрать конкурентов? — теперь в голосе Гюрена не было безразличия. Он демонстрировал недовольство. — Это недостойно Культиватора.

— Да что ты знаешь!? — Лен Лау взмахнул рукой, после чего под ним образовался вихрь.

Вместе с ним в воздух взмыло ещё несколько детей, тогда как другие, сорвавшись с места, понеслись в атаку на Гюрена. Они выглядели истощёнными, однако внутренняя энергия активно питала их тела, предавая невообразимые силы. Их атаки были чётко спланированы, синхронны и смертоносны. Они хорошо усвоили все слабые места человеческого тела, в которые нужно было атаковать дабы жертва скоропостижно скончалась.

Гюрен спокойно стоял, словно к нему не приближались десятки Культиваторов, желающих ему смерти. Как только те приблизились, неся в руках заряженные формации, юноша плавно поднял правую руку. В одно мгновение по одежде старшего заструились капли воды, они танцевали вокруг тела юноши, скатываясь вверх по руке, формируя в ней клинок. Он был полупрозрачный, источая прохладу и влажность. Его длина достигала двух метров, а вес будто не чувствовался. Гюрен сделал невесомый призрачный взмах и пятерых нападавших перед ним располовинило.

Взмах! Взмах! Взмах! Взмах-взмах-взмах-взмах!

Кровь смешалась с водой. Клинок окрасился в красный. Куски тел гроздьями сыпались на покрытую пеплом траву. Аккуратные человеческие половинки, что можно было собрать в мясной конструктор, разлетались в разные стороны.

Летящие сверху атаки достигли Гюрена, но юноша отреагировал невероятно. Вода словно стала частью его тела, и старший с поразительной гибкостью уклонился от ветряных лезвий, что достигли умопомрачительной скорости. Его клинок увеличился, и взмахнув им, Гюрен вспорол живот пролетавшему над ним Лен Лау. Мальчик закричал, ощущая как его внутренности вываливаются в полёте. Несколько кишок упало на плечо Гюрену, однако это никак не отвлекло его.

Пэн!

Ударив левой ладонью по земле, Гюрен вызвал каменный столб. Конструкция начала стремительно расти, поднимая Культиватора на несколько десятков метров.

Оказавшись на одном уровне с теми, кто всё ещё летал на потоках воздуха, Гюрен начал махать клинком кровавой воды со скоростью вихря. Следы от его взмахов распространялись на десятки метров вокруг, срубая верхушки домов и построек.

Культиваторы ринулись в рассыпную, ощущая большую опасность от этих атак. Прежде чем они успели что-либо предпринять конечности нападавших уже пронзила острая боль, а затем они познали чувство необычайной лёгкости. Всё-таки руки и ноги достаточно тяжелы, и лишаясь их, человек в полной мере осознаёт, насколько лёгким и воздушным он может быть.

Лен Лау тяжело дышал. Из его рта текли струйки крови, глаза были широко распахнуты. Взор затуманился, его мысли в хаосе проносились картинками прошлого и настоящего, сливаясь воедино в предсмертном потоке.

Трава щекотала вывернутые наружу внутренности, что длинной косой тянулись за телом ползущего Лау. От боли он не чувствовал ничего, ни внутри, ни снаружи. Ноги отнялись, снизу остался только необъяснимый холод. Руки едва двигались, на кончиках пальцев ещё теплилась жизнь. Мальчик цеплялся за своё существование из последних сил.

Бам! Бах! Бах!

Рядом падали отрубленные части тел. Крики учеников доносились со всех сторон, однако Лау не слышал их, уши заложил надрывный шум слабеющего сердца.

Бум!

Внезапно чьё-то тело упало на парня сверху, буквально впечатав его в землю с огромной силой. Острые кончики травы и камней вре́зались в открытые раны, вонзились в беззащитные органы. Лау хотел закричать, но воздух вышел из лёгких. Из горла вырвался только сдавленный хрип. Торчавшая из-под трупа рука хватала холодный воздух, пока на неё стекала чужая кровь.

Затишье. Крики и вопли стихли, внезапно погрузив окружение в безжизненное облако тумана. Сырость. Использование стихии воды заставило землю вокруг пропитаться влагой и кровью поверженных противников. Гюрен сжал ладонь, разрушив свою атакующую формацию. Водный клинок тут же испарился, превратившись в водяной туман, ровно, как и ранее брошенные водяные лезвия.

Бам!

Спрыгнув со столба, юноша заставил ползущие по низу облака тумана расступиться, расчищая перед ним узкий путь. Лен Лау к тому моменту сумел освободиться от давления упавшего трупа и полз прочь от старшего. Гюрен бесстрастно наступил ногой на кишки ученика, отчего тот дёрнулся на месте. Сдавленный крик почти вырвался из его окровавленной глотки, но сил на него не хватило. Раздался какой-то жалобный писк.

— Ты спросил, что я могу знать? М? — хлюпая подошвами сандалий по внутренностям последнего выжившего, холодно спросил Гюрен.

Лау из последних сил пытался вырваться, вытащить кишки из-под ног старшего. Страх смерти не позволял ему сдаться. Младший очень сильно хотел жить, как и остальные ученики.

— В своё время мы прошли через нечто подобное. — остановившись перед Лен Лау, Гюрен вытер подошву о его лицо. — Пускай мы и не справились с испытанием, мы хотя бы не убивали и не жрали друг друга. Понимаешь, о чём я?

— М-м-м!

— Заткнись. Вопрос был риторическим. — подняв ногу, Гюрен с силой опустил её на младшего. Шея Лен Лау громко треснула, переломившись, после чего дыхание парня стихло навсегда.

— Закончил? — с неба сквозь туман спустилась Дэйю, слегка раскачиваясь на ветряных потоках.

— Да. — сухо отозвался юноша, окончательно вытирая ноги о влажную траву.

— Спасибо, что сделал всё сам. Мне как-то не по себе убивать… своих. — прикрывая рот рукавом и стараясь не смотреть на останки младших поблагодарила девушка.

— Будешь должна. — как нечто само собой разумеющееся буркнул Гюрен. — Идём, нужно доложить мастеру.

Туман рассеивался, открывая свету Глаза Бога обезображенные, расчленённые тела. Звон колокола, что молчал два полных месяца провожал большу́ю партию душ в мир иной.

Два месяца назад…

Гу Лианг терпеливо ждал. Перешагнув порог обители, он едва не потерял сознание от ран. Запах трав и зелий был невероятно стойким, в разы сильнее, чем обычно. Казалось, сок целебных трав сконцентрировался в окружающем воздухе, проникая в поры и закупоривая повреждённые сосуды. Боль сама собой отступила, а разум прояснился. Готовый ещё секунду назад отключиться, царевич теперь стоял на ногах более твёрдо.

— Сядь за стол. — велела Ши Бай Ко, заходя следом и запечатывая дверь необычайно мощной формацией. — Выпей. — пододвинула женщина деревянную ступку с измельчёнными травами, что были залиты небольшим количеством масла.

Парень сделал, как ему велят, не без труда проглотив вязкую и слизкую субстанцию с горьким привкусом. Тело Лианга наполнилось теплом, а раны начали быстро затягиваться. Несмотря на весьма ощутимый эффект, царевич был сильно измотан, поэтому отключился прямо на столе.

Очнувшись, юноша почувствовал тяжесть во всём теле. Мышцы затекли, а позвоночник побаливал в области поясницы. Оценив своё состояние, мальчик понял, что вероятно проспал целый день, если не больше. Урчащий живот подтвердил это предположение.

Старших поблизости не было, как и мастера Ши, поэтому мальчик поднялся по лестнице на второй этаж. Раньше царевичу не доводилось бывать в верхних частях обители мастера, но после недавних событий он перестал бояться некоторых вещей.

Наверху обнаружился небольшой коридор и около десятка деревянных дверей с наложенными на них защитными формациями. В коридоре на полу сидели несколько старших. Медитация помогала им прийти в себя после пробуждения меридиан. На их ладонях царевич заметил ранее не принадлежавшие им стихии. Вода, огонь, земля. Ученики пробудили как минимум один меридиан, овладев новыми стихиями что танцевали во вместилище формаций на их раскрытых ладонях. Подойдя к Бию, которая пробудила стихию огня, мальчик встал напротив, глядя на неё сверху вниз.